убедятся, что за нами никто не следует. Они будут выбирать дороги с невысокой интенсивностью движения, где хвост, если он есть, будет сразу заметен. Убедившись, что всё чисто, они скажут, куда доставить выкуп.
Кросс заметил, как у Саманты задрожали руки.
— Что, если нас возьмут в заложники? — спросила она.
— Не беспокойся, дорогая, — ответил Уиндслоу. — Он защитит тебя. И мои шесть миллионов.
— Я прослежу, чтобы с тобой ничего не случилось, — добавил Кросс. — Давай, поехали.
Здание национального банка «Риггс» расположилось в квартале от Белого Дома. Его можно увидеть на обратной стороне десятидолларовой банкноты, позади Казначейства США. Наоми Чаттс, руководитель банка, встретила Кросса и Топперс у входа и проводила в депозитарий в подвале строения. Деррик остался снаружи хранилища, которое представляло собой, по сути, гигантский сейф, защищённый тяжёлой стальной дверью толщиной три с половиной фута — классической моделью фирмы «Диболд» с замком, управляемым часовым механизмом. За столом рядом с входом, ведущим к ячейкам, расположился внушительного вида охранник. Кросс перекинулся с ним парой слов.
Мисс Чаттс сопроводила Саманту внутрь, а затем вернулась, присоединившись к мужчинам. Примерно через десять минут в дверном проёме появилась Топперс, нагруженная четырьмя плотно набитыми сумками — по две в каждой руке. Кросс принял у неё груз, мисс Чаттс в это время заглянула в хранилище, проверить не оставила ли девушка чего-нибудь внутри — по рассеянности.
— Вы не дадите нам парочку охранников — проводить до машины? — обратился Деррик к Чаттс. Нести четыре сумки и одновременно обеспечивать безопасность он один точно не смог бы.
— Конечно, — ответила мисс Чаттс. Она попросила сидящего за столом охранника сделать звонок наверх, и к тому моменту, как Кросс и Топперс поднялись по лестнице, их уже ждали два вооружённых сотрудника службы безопасности банка.
— Передайте мои наилучшие пожелания сенатору Уиндслоу! — сказала мисс Наоми Чаттс на прощанье. «Таурус» был припаркован прямо у входа в банк. Кросс забросил все четыре сумки на заднее сидение. Топперс заняла место впереди, рядом с креслом водителя.
Пока всё шло хорошо. Но начиналось самое интересное. Нужно было оставаться начеку, чтобы не пропустить ни малейшего намёка на личность похитителей, не упустить даже тончайшей ниточки, способной к ним привести.
Проехав какое-то время, в зеркале заднего вида Кросс заметил подозрительный «форд» — седан без опознавательных знаков. Алекс свернул на Кей-стрит, неофициально считающуюся главной улицей города — из-за средоточия там юридических контор и офисов профессиональных лоббистов. «Форд» сделал тот же манёвр. Поток машин на Кей-стрит подхватил «таурус» Кросса и медленно — всё-таки, час пик — понёс на запад.
Внезапно Алекс резко крутанул руль, свернув с проезжей части на подземную парковку. Совершая этот дикий манёвр, он едва не сбил шагавшую по тротуару женщину. Отскочив, она ещё успела показать средний палец вслед съезжающей по пандусу машине.
Доехав до кабинки парковщика, Кросс сунул работнику стоянки ключи от машины, сгрёб сумки с заднего сидения, и крикнул Топперс:
— Пошли!
— Что происходит! — взвизгнула та.
— За мной! Быстро!
Алекс рванул к выходу. Два бетонных лестничных пролёта вывели их с Самантой в переулок за офисным зданием. Осмотревшись, Кросс поспешил в сторону 19-й стрит — ведущей к югу улицы с односторонним движением. Там парочка остановила такси. Скучающий водитель не стал выходить из машины, открыв багажник нажатием кнопки в салоне. Пристроив сумки, Алекс уселся на заднее сиденье рядом с пытавшейся восстановить дыхание Топперс.
— Куда едем? — спросил водитель.
— В Государственный департамент. Мы спешим.
— Как и все, — заметил таксист. — Вот в чём беда этой страны…
Водитель, судя по лицензии на приборной панели, приехавший из Ганы, немедленно принялся бичевать пороки американского общества. Кросс пропускал его болтовню мимо ушей. Он смотрел на дорогу, пытаясь обнаружить слежку. Всё было чисто.
Внезапно таксист замолчал. Взглянув в зеркало в салоне, Деррик понял причину — водитель не сводил глаз с тяжело вздымавшейся груди Саманты — та всё ещё не могла отдышаться после пробежки.
— Может, попробуешь смотреть на дорогу? — предложил Кросс.
Он ещё раз осмотрелся в поисках подозрительного «форда». Его не было. Алекс подозревал, что парни из той машины застряли на подземной парковке, и сейчас отчаянно пытаются объясниться с агентом ФБР Шауэрс. Та, конечно же, поняла, что готовится передача выкупа, как только Кросс отправился из офиса сенатора в банк. С чего ещё ему туда ездить? Она решила, что будет достаточно повесить к нему на хвост двух специальных агентов. Это было серьёзной ошибкой. Шауэрс пала жертвой ложного чувства защищённости, которое давал ей маячок в «таурусе». Из-за этого она решила, что сможет обойтись без привлечения большого количества людей и наблюдения с воздуха. Сторм бросил на парковке не только автомобиль. Там же остался и телефон, полученный от демина. Тот, наверняка, сейчас трезвонил, не переставая.
Примерно за квартал от здания Госдепа, Кросс сказал таксисту, что передумал:
— Отвези нас к Мемориалу.
Машина продолжила двигаться на юг, к Национальной аллее. Кросс снова проверил, нет ли «хвоста». Его не было. Они оторвались.
— Вы, ребята, женаты? — спросил таксист, притормозив на красный свет.
— Нет. Коллеги по работе, — ответил он.
— Повезло тебе, мужик, — сказал таксист, трогаясь на зелёный. — Работать с такой красоткой — одно удовольствие!
Услышав это, Саманта улыбнулась и произнесла:
— Спасибо!
Через десять минут они добрались до стоянки у Мемориала. Кросс, доставая из багажника сумки, едва не уронил челюсть, когда таксист оторвал свой зад от кресла, чтобы галантно распахнуть дверцу перед Самантой Топперс — очевидно, желая получше разглядеть и запечатлеть в своей памяти «архитектурную диковину».
Уверенный в отсутствии слежки, Алекс привёл спутницу к оставленному заранее фургону.
— Поедем на этом, — сказал он. — Залезай.
Едва спортивные сумки заняли место в грузовом отсеке, из крохотной сумочки от Лили Пулитцер в руках у Саманты зазвучал голос певицы Рианны.
— Твой телефон? — спросил Кросс.
— Ага.
Часы показывали шесть вечера. Похитители оказались пунктуальными людьми.
Топперс от волнения выронила телефон, едва достав из сумочки, и ей пришлось нагнуться, чтобы поднять его с пола.
— Дай сюда, — приказал Кросс. На звонок ответил он.
В трубке послышался низкий, похожий на принадлежащий Дарту Вейдеру, голос:
— Деньги при вас? — похититель, похоже, пользовался искажающей голос программой.
— Так точно. Куда нам ехать?
— Арлингтонское кладбище. Особняк Роберта Э. Ли. Бросьте первую сумку в мусорный контейнер, расположенный в пятидесяти футах от парадного входа, рядом с табличкой Службы национальных парков.
Связь прекратилась.
Мусорный контейнер в общественном месте. Странный выбор для получения выкупа. Или нет?
— Всё хорошо, — сказал он. — Отвлекись, думай о чём-нибудь приятном. Расскажи мне о Мэттью. Как вы познакомились?
