берег опустеет, после чего бросил сумку в мусорный бак, присыпав сверху использованными одноразовыми стаканчиками для кофе, жестяными банками, бутылками и мятыми газетами.
Как и в первый раз, песня Рианны встретила Кросса, едва он забрался на водительское сиденье.
В похищении участвовало четверо. Возможно ли, чтобы четыре разных похитителя следили каждый за своей точкой сброса денег? Как ещё они могли так точно знать о его местонахождении?
— Где ты пропадал? — поинтересовался Дарт Вейдер.
— Там были люди, — ответил Сторм. — Что, если кто-то посторонний случайно обнаружит сумку?
— Ваш парень умрёт.
Вейдер приказал доставить третью сумку в Хэйнс-Пойнт — на самый юг парка Восточный Потомак. Добрых двадцать минут пути в час пик.
Ограниченный рекой Потомак с одной стороны и Вашингтонским каналом — с другой, Хэйнс-Пойнт представлял собой южную оконечность рукотворного острова, намытого из грунта со дна обеих рек.
Добравшись туда, Кросс бросил сумку в контейнер для мусора, замаскировав её так же, как и две предыдущих.
Последней точкой стал Парк батареи Кембла, небольшая зелёная зона на северо-западе Вашингтона, окружённая домами богачей. Парк располагался на месте артиллерийской батареи времен Гражданской войны, возведённой на возвышении с тем, чтобы пресекать попытки вражеских войск форсировать Потомак и войти в город. Сейчас это было излюбленное место выгула собак. Значительную часть содержимого мусорного бака составляли пакеты с собачьими какашками. Ими Алекс и прикрыл спортивную сумку.
Телефон Саманты снова зазвонил как по сигналу.
— Мы выполнили свою часть, — сказал Кросс. — Где Мэттью?
— Езжайте на «Юнион-стэйшн» и ждите моего звонка.
— Мы играли по правилам. Если вы решили смухлевать, то сдохнете, не успев насладиться деньгами.
Связь прекратилась.
Кросс взглянул на Топперс. Та поправила юбку, и продолжала жевать резинку.
Она так и не поняла, что всю дорогу давала показания.
Глава 9
Кросс и Топперс заняли места у стойки бара на первом этаже вокзала «Юнион-стэйшн». Чтобы не пропустить звонок, Саманта положила сотовый перед собой. Она нервничала.
Повсюду вокруг царило оживление. Пассажиры спешили на поезда. Туристы таращились на восстановленную ротонду, шатались из лавки в лавку в поисках сувениров и беспрестанно щёлкали фотоаппаратами. Бездомный выпрашивал четвертаки. Ни Кросс, ни Топперс не обращали внимания на всё это кружение. Их взгляды были прикованы к розовому телефону, покоящемуся на барной стойке. Они ждали голоса Рианны.
— Чего они тянут? — сказала Саманта недовольно.
Прошло около получаса. Вдруг что-то привлекло внимание Кросса. Это был выпуск новостей на плоском экране телевизора за стойкой. Кросс жестом попросил бармена сделать погромче.
— Полиция не считает, что к взрыву причастны террористы, — задыхаясь, проговорила невысокая блондинка-репортёр. Камера отъехала, дав общий план, и на экране появился особняк Роберта Э. Ли. В мраморе его колонн отражались красные и синие огни мигалок машин оперативных служб.
Репортёрша продолжала:
— Повторяю, это не похоже на террористический акт. Тем не менее, представитель Службы национальных парков заявил, что взрыв не являлся следствием естественных причин или возгорания мусора. По его словам, в мусорный бак было помещено взрывное устройство, представлявшее собой, скорее, мощную петарду, чем бомбу. На данный момент мы не можем сказать, кому понадобилось взрывать бак с мусором. Предположительно, это могло быть частью акции протеста против увековечивания памяти Роберта Э. Ли и Конфедерации. Однако дом Ли не пострадал. Мощности взрыва хватило на то, чтобы уничтожить бак и всё его содержимое, но её оказалось недостаточно для каких-либо серьёзных разрушений.
На экране появился ведущий новостного выпуска. Он явно собирался прокомментировать репортаж своей коллеги шуткой, но ту лицо его помрачнело.
— Мне только что сообщили, — сказал он. — Был ещё один взрыв мусорного контейнера. На этот раз в Джорджтауне, на канале Чесапик и Огайо. Пострадавших нет, но взрыв встревожил обитателей района. Сапёры пока ещё в пути, полиция оцепила место взрыва и просит людей держаться подальше. Собаки, натасканные на поиск взрывчатки, обыскивают все мусорные баки вдоль канала.
Диктор сделал паузу, затем продолжил:
— Произошёл третий взрыв. На этот раз взорван мусорный бак в Хэйнс-Пойнт. Повторяю, это третье подтверждённое сообщение о взрыве мусорного бака. По нашим сведениям, начальник полиции, представители Службы национальных парков и Министерства внутренней безопасности и мэр намерены провести экстренное совещание, однако нет причин считать произошедшее террористической атакой. Пострадавших в результате взрывов нет. По словам полиции, взрывные устройства представляли собой, скорее, большие петарды, чем бомбы. Цель взрывов, по словам представителя пожарной службы, произвести как можно больше шума, разрушить мусорные контейнеры и сжечь всё их содержимое, а не нанести травмы или повредить имущество. Один из наших источников предполагает, что всё это — неудачная хулиганская выходка человека, знакомого с основами химии, и решившего напугать целый город.
Так как Парк батареи Кембла располагался на некотором отдалении от трёх других мест, новость о тамошнем взрыве попала в новости лишь через несколько минут. Когда ведущий сообщил о нём. Топперс едва ли не крикнула:
— Они уничтожают деньги!
Бармен и некоторые посетители с любопытством уставились на неё.
— Пошли, — сказал Кросс и, аккуратно взяв Саманту под локоть, повел её, лавируя в толпе, собирающейся к телеэкрану.
К моменту, когда они добрались до выхода из вокзала, Саманта пришла в совершенный ужас:
— Это какая-то ошибка! — сказала она. — С Мэттью случится что-то страшное. Я это чувствую!
Глава 10
От вокзала «Юнион-стэйшн» Кросс и Топперс направились прямиком к Уиндслоу в его офис. Агент Эйприл Шауэрс уже была там. А так же сам губернатор и его безутешная супруга, Глория, плакавшая на руках у мужа.
— Мы нашли Мэттью Дулла, — произнесла Шауэрс тихо.
— Он в порядке? Где он? — спросила Топперс. Но тут же поняв, почему мать Мэттью вся в слезах, охнула, и прошептав: «О, Господи!» — рухнула без чувств. Сторм перенес Саманту на диван, Глория поспешила утешить её. Обняв друг друга, женщины зарыдали.
— Его тело нашли в Анакостия-ривер, — продолжила Шауэрс.
— Убит? — задал вопрос Кросс.
Прежде, чем агент ответила, Глория повернулась к ним и закричала:
— Вы должны были вернуть моего сына живым! Я верила вам!
Сенатор Уиндслоу встал между разгневанной супругой и объектами её ярости.
— Будет лучше, если вы двое сейчас же оставите нас, — сказал он.
Кросс и Шауэрс направились к выходу, но сенатор попросил Деррика задержаться на секунду. Подойдя к нему, Уиндслоу наклонился к самому его уху, и шепнул так, что ни жена, ни Саманта не слышали его слов:
— Что, чёрт возьми, происходит? Я видел новости. Какого хрена ты дал этим ублюдкам взорвать мои деньги?
— Позже, сенатор, — ответил Кросс.
— Тебе легко говорить. Не твои же шесть
