А затем фактически совершенно нет оснований принимать постоянное действие раздражителей, о которых говорит автор. Прислушивание, как и вообще ориентировочный, или исследо вательский, рефлекс, как я его называю, появляющийся при всяком новом колебании обычной, окружающей животное сре ды, существует обыкновенно только в первый короткий период применения новых повторяющихся раздражителей и при обра зовании условного рефлекса с более или менее коротким интер валом между условным и безусловным раздражителями быстро сменяется специальной двигательной реакцией, свойственной данному безусловному раздражителю. А дальше постоянно имеется уже только условный двигательный эффект без следа ори ентировочного. Теперь условный раздражитель является чистой заменой, суррогатом безусловного раздражителя. Животное в случае условного пищевого рефлекса может лизать вспыхиваю щую лампу, может как бы хватать ртом, есть сам звук, при этом облизываться, щелкать зубами, как бы имея дело с самой пищей. То же относится и до выработанного запаздывающего рефлекса. Животное остается вполне индифферентным, спокойным в пер вый период действия условного раздражителя или даже (неред ко) сейчас же, с началом этого раздражителя, приходит в дре мотное и иногда резко сонное (с расслабленной мускулатурой и храпом) состояние, которое ко второму периоду условного раз дражения, пред недалеким присоединением безусловного раздра жителя, сменяется, иногда порывисто, яркой соответственной условной двигательной реакцией. В обоих случаях только при общей сонливости животного в течение опыта изредка на первый момент раздражителя возвращается ориентировочная реакция.
А наконец, анализируемое запаздывание есть действительно результат вмешательства специального, нарочного торможения, которое само по себе нам хорошо известно и детально изучается во многих случаях его проявления, а не «таинственная латен ция». Смысл дела ясен. Хотя продолжающийся значительное время условный внешний раздражитель остается одним и тем же, но для центральной нервной системы и специально, надо думать, для больших полушарий он в разные периоды его продолжения отчетливо разный. Это особенно явно выступает при запаховых раздражениях, которые мы сначала ощущаем очень резко, а потом быстро все слабее и слабее, хотя они объективно остаются постоянными. Очевидно, состояние раздражаемой кор ковой клетки под влиянием внешнего раздражителя последова тельно меняется, и в случае запаздывающего рефлекса только состояние клетки, близкое по времени к присоединению безус ловного рефлекса, является сигнальным условным раздражите лем. Это совершенно то же, когда из разных интенсивностей одного и того же внешнего раздражителя мы можем образовать разные условные раздражители, то положительные, то отрица тельные, то связанные с разными безусловными раздражителя ми. Разбираемый факт запаздывания есть явно интересный слу чай специального приспособления, чтобы условный рефлекс не наступал слишком преждевременно, чтобы не тратилась даром энергия сверх нужной меры. Что все это толкование отвечает действительности, устанавливается фактически. Прежде всего это ясно из процедуры образования запаздывающего рефлекса. Если условный рефлекс сначала был образован при коротком интервале в несколько секунд между началом условного и безус ловного раздражителя, а затем сразу этот интервал делается боль шим — в несколько минут, то условный эффект, ранее быстро наступавший, постепенно и быстро совершенно исчезает. Затем наступает, при продолжении опыта на порядочный срок, пери од отсутствия всякого условного эффекта, и лишь потом появ ляется снова условный эффект, сперва только в ближайший мо мент к моменту присоединения безусловного раздражителя и потом постепенно растет, подаваясь во времени несколько назад.
Что первый период запаздывающего рефлекса действительно есть период торможения, доказывается рядом фактов. Вопер вых, торможение запаздывающего рефлекса можно легко сум мировать. Затем, от запаздывающего рефлекса можно наблюдать последовательное торможение. Наконец, дремотное и сонное со стояние, наступающее у некоторых животных в первой части запаздывающего рефлекса, есть яркое выражение тормозного состояния.
Следующее явление — угасание условного рефлекса — автор обсуждает тоже без всякого внимания к фактическим подробно стям нашего исследования, имея в виду опять же предполагае мый им, но ближе не определяемый фактор, причем он припи сывает мне кроме ранее упомянутого «стремления позабыть» теперь — «утаивание от себя» чегото.
Прежде всего автор принимает, против нашего утверждения, что не краткость интервала между повторениями неподкрепля емых условных раздражителей способствует угасанию условных рефлексов, а число повторений. Но это решительно неверно. Неподкрепляемый условный раздражитель без всяких повторе ний, а просто продолжаемый 36 мин, непременно кончает уга санием до полного нуля — так называемое у нас сплошное уга шение, в противоположность прерывистому. Затем автор опять произвольно полагает, что угасание не постоянный факт, а исключение из правила частоты. Опять совершенно неверное утверждение. Угасание — один из постояннейших фактов физио логии условных рефлексов. Приняв то и другое вопреки действи тельности, автор, так сказать, очищает себе поле действий и представляет себе какието другие, ближе не определяемые аген ты, кроме главнейшего безусловного раздражителя, принимаю щие участие в образовании условного эффекта. Вероятно, опять же здесь разумеются движения животного, потому что тут же упоминается о постоянных и всяческих движениях животного в течение опыта. Таким образом, по автору, сумма агентов, оп ределяющих условный рефлекс, постоянно колеблется, оказы вается то больше, то меньше. Когда этих агентов становится меньше и условный рефлекс отсутствует или уменьшается, то другие, тоже неизвестные, агенты делаются тормозящими или, что то же, возбудителями других ответов.
Факт нарушения угасания посторонними раздражителями автор объясняет так, что эти раздражители «дезорганизуют позу и окружение», которые являлись тормозами условного рефлек са в стадии угасания, и, таким образом, временно восстановля ют угасающий рефлекс.
Автор не считает надобным сообщить, хотя бы предположи тельно, какие это именно раздражители вместе с безусловным поддерживают условный рефлекс и какие другие, тут же при сутствующие, являются тормозами этого эффекта. Когда автор посвоему объясняет нарушение угасания посторонними раздра жителями, почему он не говорит, каким образом посторонние раздражители, устраняющие действие тормозящих условный эффект агентов, не устраняют и действие тех, которые поддер живают условный ответ? Ведь они же — другие раздражители, а не эти последние!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
