от тебя ничего не скрывал, Серафим. Если ты имеешь в виду её, — поворотом головы указал на меня, — не думал, что тебе это будет интересно. Сделка была выгодная. Тем более, девчонку охотники взяли бонусом.
— Когда я хочу, чтобы ты принимал решения, я так и говорю. У тебя были чёткие распоряжения по поводу данной партии. Разве нет?
— Не такие чёткие, — Алекс вышел из-за стола. Взгляд на меня и опять на Серафима.
Буря не прошла, но отступила.
— Много шума из-за шлюхи, не считаешь?
— А ты считаешь? – Серафим посмотрел на меня. Алекс тоже.
Я хотела дать ему хоть какой-то знак, но боялась просто сделать вдох. Охранник придерживал меня за локоть, хватка его грозила в любой момент превратиться в капкан. И всё-таки мимолётно я дотронулась до живота. Серафим ничего не понял, а Алекс… вспышка серебра.
— Уведи её, — приказал главный своему псу и уже Алексу – не приказ, но очень схожее: — Поговорим о делах. И правда, слишком много шума из-за обычной шлюхи.
У комнаты нас встретила девушка. Та же, что привела меня в кабинет к Алексу. Только была она совсем бледная и напуганная. Ни слова не сказав, охранник передал меня ей.
— Боже, — выдохнула она, когда мы оказались за дверью и, как будто спохватившись, встрепенулась. Быстрый взгляд к потолку в угол комнаты.
В этом доме, чёрт возьми, везде глаза и уши! Я сразу поняла, что камер она боится не многим меньше моего.
— Этот мужчина, он ведь главный? – спросила я громким шёпотом. Ответ знала и без неё, но… Правила игры изменились. Молчания и подчинения стало недостаточно. – Тот, со шрамом.
— Д-да, — от испуга она начала заикаться. Ясно, почему её оставили тут в качестве обслуги: некондиция. Хотя мордочка милая.
— Он сказал, что я буду лично прислуживать ему на корабле.
— Если С-серафим так сказал, значит, т-так и будет.
— Меня должен был купить мужчина, но…
— Серафим г-главный, — одёрнула она меня. — Т-тебе нужно переодеться, – показала, чтобы я повернулась спиной, и принялась расстёгивать платье.
Пальцы у неё были ледяные. Руки слушались плохо. Она тихонько ругнулась, когда волосы мои запутались в молнии. Дёрнула сильнее.
Я остановила её. Расстегнула сама.
— По-моему, он не такой страшный, как тебе кажется.
Девушка отвела взгляд, и это только подтвердило мою противоречащую сказанному уверенность: человек, оставшийся в кабинете с Алексом, не только улыбается словно метис Джокера с Сатаной. Примерно это он и есть. За свою жизнь я встречала много ублюдков, под многими из них лежала. Многие оставили на моей душе незаживающие раны. Но этот был самым страшным из всех.
— Он главный, — выдохнула, ужаснувшись этой догадке. Боже… Серафим главный не над этим питомником. Он… Главный.
О девушке я и думать забыла. Вопрос предназначался не ей, да и вопросом это не было.
— Я же сказала, что да.
Она раскрыла шкаф. Я опустилась на край постели и обхватила запястье. Невидящим взглядом упёрлась в пустоту, молясь только об одном: чтобы Алекс сумел совладать с собой. Ему нужно было отправить меня раньше. Теперь я это поняла. Я – его слабость, а слабость в играх с теми, кто повелевает судьбами и жизнями, большая роскошь. Смертельная роскошь. Главный. Император, построивший свою империю на страхе, боли и унижении. Император, чужие кровь и слёзы для которого дешевле грязи под ногами.
Глава 19.1
Стэлла
Помпезная обстановка зала была настолько откровенной, что вызывала неловкость. И, вроде бы, ничего не бросалось в глаза, но… Разлитое по инкрустированным фианитами бокалам французское шампанское, на столах блюда с ручной росписью, наглядно демонстрирующие иллюстрации Камасутры. Один из развалившихся на диване мужчин взял с выведенной умелым художником женской груди рулетик из бекона и отправил в рот. Подманил к себе девицу с подведённым чёрным карандашом глазами и, нагло сунув руку ей под платье, помял задницу.
— Пошла, — оттолкнул. – Работай. Что уставилась. Пошла.
Она забрала пустой бокал и поклонилась. Обслуживающий сборище матрос поднёс ему полный.
Серафим сидел на диване метрах в трёх. Самодовольным взглядом обвёл зал. Отплыли мы около получаса назад. Официанток было всего две – я и эта девица. Судя по тому, как она вела себя, та ещё сука – личная подстилка одного из приближённых Серафима, а заодно и его крыса.
Проходя мимо, она надменно задрала нос.
— Что встала, — прошипела зло. — Иди развлекай Серафима. Или считаешь, он тебя просто так с собой взял? – сощурила серые глаза. – Кого-то ты мне напоминаешь.
— Ты мне тоже, — взяв серебряный поднос, поставила на него бокал и тарелку. На ней была изображена грудастая девица, скачущая на развалившемся в кресле атлете, подобно наезднице на породистом жеребце. Пошло, хотя не без фантазии. Положила несколько маленьких пирожных.
— И кого же?
— Да так… — смерила её взглядом. – Считай, что я тебе завидую. Ты ведь уверена, что тебе должны завидовать.
Не дождавшись ответа, пошла к Серафиму. Только что Алекс сидел с ним. Переговариваясь, они выглядели довольными друг другом, и я испытала облегчение. Но сейчас рядом был другой, незнакомый мне мужчина.
На корабль меня привезли на внедорожнике, следовавшим за бронированной машиной Серафима. Алекса я увидела только поднимаясь по трапу. В чёрных джинсах и расстёгнутой на несколько верхних пуговиц рубашке, он стоял на палубе яхты и смотрел на скопившиеся на причале дорогие машины. Кончики наших пальцев невесомо соприкоснулись, когда я проходила мимо. Ни слова, ни взгляда.
— За это я тебя и ценю, — подходя, услышала я.
Сидящий рядом с Серафимом мужчина достал из конверта фотографию и подал ему. Серафим криво хмыкнул. Его шрам искривил ухмылку сильнее.
— На поиски пришлось потратить больше времени, чем я рассчитывал. Но в конечном
