Глаза Сабрины стали круглыми от изумления.
— Откуда вам это известно?!
— Попросите фокусника раскрыть вам тайны его искусства.
— Вы наводили обо мне справки!
— Я делал куда больше: внимательно следил за вами. За каждым вашим шагом. Был вашей тенью в течение последних недель, почти ни на шаг не отставая.
Он сказал это таким небрежным тоном, что Сабрину затрясло от страха.
— Тогда почему вы ни разу и ничем себя не проявили?
— А вы думаете, что я этого не делал?
По мере того как Черный Джек говорил, тон и тембр его голоса казались Сабрине все более знакомыми.
— Наверное, гордость не позволяла вам меня замечать, — снова усмехнулся он.
Нет, этого не может быть!.. Но голос очень похож на… Нет, невероятно!.. Или все же…
— Дарлингтон! — непроизвольно вырвалось у нее.
— Пошевелите дрова в камине, мисс. Тогда станет лучше видно.
Сабрина почти машинально взяла кочергу. Еще не тронутое огнем полено ярко вспыхнуло и освети-ло комнату. Человек в маске сделал шаг вперед, чтобы свет упал на него. Сабрина подняла голову и… осталась стоять неподвижно с кочергой в руке.
Человек в маске был одет в костюм для верховой езды. На ногах блестели отменно начищенные сапоги со шпорами. Волосы отливали золотом при мерцающем свете камина.
Острый приступ разочарования поразил Сабрину в самое сердце. Она чувствовала, что вот-вот разрыдается, и пыталась сдержать слезы.
— Негодяй! Вам, видно, доставляет удовольствие делать из меня посмешище!
— Нет. Я просто подумал, что пришло время вам узнать, кто на самом деле тот человек, которого вы встретили несколько недель назад на дороге и приняли за Черного Джека.
— Вы хотите, чтобы я поверила, будто…
— Совершенно верно!
Дарлингтон вышел на середину комнаты. При свете камина он выглядел совершенно неотразимым.
— Я украл кое-какое количество фунтов у вашей экономки. Ведь именно ею была та женщина, которая сопровождала вас в поездке?
— Нет, я вам не верю!
Дарлингтон стоял на расстоянии вытянутой руки. На лице его играла довольная улыбка.
— Прикажете вас еще раз поцеловать? — издевательским тоном сказал он. — Может быть, это кое-что вам напомнит. Хотя я готов признать, что все события той ночи гораздо глубже врезались в мою память, чем в вашу.
У Сабрины от неожиданности и изумления приоткрылся рот, но она не могла произнести ни слова. Неужели этот человек говорит правду? Мог ли Джек Дарлингтон, английский лорд, ограбить карету, в которой она ехала? И почему он это сделал?
— Почему? — повторила она свой вопрос вслух.
— Желаете знать, почему я решил вас ограбить? Извольте! Причина достаточно обыденна. Но именно она подчас толкает человека на грабеж. Мне срочно понадобились деньги, которых не было. Вот и весь секрет!
— Но вы ведь виконт! И получили в наследство обширные владения.
— Не такие уж обширные. Наследство тоже не столь уж богатое. Если говорить начистоту, то все это очень печальная, хотя и романтичная история. Возможно, она найдет отзвук в вашей нежной душе и добром сердце.
До прошлого года я был отверженным сыном безумца. Брошенный и лишенный средств к существованию, я жил на острове, где единственным развлечением для человека в моем положении были пьянство и игра в карты. Совершенно неожиданно на меня свалилось наследство вместе с титулом. Так перед смертью распорядился мой горе-отец…
Но старые привычки умирают очень медленно. Деньги безумного родителя отягощали мои карманы. Поэтому я решил жить в новом качестве так, как считал удобным для себя. И увы, очень в этом преуспел. От одного дня получения ренты я едва дотягивал до следующего. Порой у меня в кармане не оставалось ни фартинга. Я превращался в самого настоящего нищего и влачил полуголодное существование.
В словах Дарлингтона и тоне, которым он говорил, Сабрина почувствовала горькую правду.
— С вашей стороны так вести себя было по меньшей мере неразумно! — сказала она.
— Вот именно! Это урок, который я никогда не повторю в будущем! Что ж, дорогая, вот вы и узнали все мои тайны.
— Итак, вы и есть Черный Джек — гроза больших дорог?
— За всю свою жизнь я ограбил всего одну карету. Вашу!
— Но если Черный Джек — это вы, то кто сейчас сидит в тюрьме Бата?
— Уже никто. Я освободил несчастного узника, как вы и просили.
— Что?! — воскликнула Сабрина, изумленная и даже шокированная этим признанием. — Но я просила освободить настоящего бандита!
— Я в точности исполнил ваше пожелание.
— Но тогда я думала, что… — Сабрина помолчала, стараясь разобраться в вихре собственных мыслей. — Значит, тот человек, который ограбил меня на дороге, не был настоящим разбойником?
— Вы в некоторой степени мне льстите! — рассмеялся Джек.
У Сабрины мелькнула мысль, что виконт, возможно, просто лжет.
— Докажите, что вы не бандит! — жестко потребовала она.
— Ведь именно вы окрестили меня Черным Джеком! Я не претендовал на это имя.
— Но и не стали отрицать!
— Я грабил вас, дорогая. В тот момент мне было не очень выгодно спорить.
— А где же тогда настоящий Черный Джек? Дарлингтон положил ладонь на спинку кресла Сабрины.
— Понятия не имею! Но тот несчастный, которого они пытались выдать за знаменитого разбойника, сейчас на свободе. Их руки теперь вряд ли смогут до него дотянуться.
Сабрина испуганно посмотрела на виконта:
— Вы хотите сказать, что тот узник также не был Черным Джеком?
— Увы, нет! Настоящий бандит, долгое время наводивший ужас на всю страну, куда-то исчез и не подает о себе никаких вестей. Признаться, на него это не очень похоже!
— Боже мой, но тогда все мои надежды рухнули! Джек обошел кресло и встал прямо перед Сабриной. До чего же она была хороша в этот момент глубокого горя! Все время, пока девушка спала в этом большом кресле, свернувшись калачиком, подобно котенку, Джек думал только об одном. Ему безумно хотелось поднять ее на руки, положить на софу и сделать своей…
Он протянул руку и дотронулся до упавшего на лоб девушки локона.
— О каких рухнувших надеждах вы говорите, дорогая?
— Я имела в виду свой план освобождения брата. Придется придумывать что-то еще!
— Значит, все это серьезно?
— Извините, графиня, за столь позднее вторжение, но мне необходимо срочно поговорить со своей кузиной и подопечной мисс Сабриной Линдсей.
Лотта сонными глазами смотрела на двух джентльменов, поднявшихся со своих мест, когда она вошла в гостиную. Графиня уже засыпала, когда ее подняли с постели.
Один из нежданных гостей был высокого роста, примерно ее возраста и одет в теплый плащ бордового цвета. Его голову украшал большой старомодный парик. Именно он и обратился к Шарлотте с довольно сухими извинениями.
