Ее спутник не ответил на этот вопрос, как и на все предыдущие, которые она задавала после их ухода из гостиницы.
— Все хотите казаться таинственным и загадочным, милорд? Как вам только не надоест! Впрочем, чего еще можно ожидать от мужчины, готового рисковать жизнью за два пенса?
Ответа опять не последовало. Дарлингтон просто не слышал того, что говорила Сабрина. Ибо она сидела в том же седле за его спиной, крепко обхватив его талию и уткнувшись носом в теплый плащ виконта, который впитывал все предназначенные ему слова. Правда, иногда он оборачивался, чтобы бросить ей через плечо какую-нибудь насмешливую реплику. Но Сабрина была благодарна и за это. Самое главное, что Дарлингтон согласился охранять ее, если не до самой Шотландии, то хотя бы после выезда из Бата. Кроме того, Сабрина была просто вне себя от счастья, поскольку ей удалось ускользнуть от кузена Роберта со всеми его интригами! О том, что будет делать опекун, обнаружив ее бегство, Сабрина почти не думала. Сейчас все ее мысли были устремлены к Киту. Она должна освободить его прежде, чем кузен догадается, что искать убежище для себя и брата беглянка будет скорее всего именно в Шотландии.
Вдвоем на одной лошади Сабрина не ездила с детства, когда отец сажал маленькую дочь в седло перед собой. Тогда она не думала ни о чем, кроме проносящихся мимо деревьев, лугов, ручейков. Волосы развевались по ветру. Ноздри щекотал аромат трав и цветов. Это, и только это доставляло девчушке самое большое, единственное в тот момент наслаждение.
Теперь же, сидя за спиной лорда Дарлингтона, Сабрина чувствовала нечто совсем другое. Ветер все так же теребил волосы, деревья и кустарники вдоль дороги по-прежнему проносились мимо, запахи цветов и трав были такими же, как в детстве. Но все же…
Все же какое-то новое ощущение переполняло душу Сабрины.
Чтобы чувствовать себя удобно в седле, которое предназначено для одного всадника, но где теперь сидели двое, Сабрина отказалась от нижней юбки из китового уса. И вот сейчас при каждом скачке лошади бедра девушки волей-неволей терлись о нижнюю часть спины Джека. Правда, вполне возможно, что виконт этого не замечал. Но сама она чувствовала замешательство и смущение…
Начинало темнеть. Дорога шла лесом. Сплошь и рядом попадались глубокие рытвины, кочки и большие валуны. Лошадь преодолевала их длинными прыжками, отчего тряска становилась особенно жестокой. Один раз Сабрина от неожиданности прикусила язык. Она вскрикнула от боли, испугав лошадь, метнувшуюся в сторону. Взбешенный Дарлингтон резко натянул поводья, пригнулся к шее лошади и сумел успокоить животное. Но Сабрина вдруг почувствовала, что начинает неумолимо сползать с седла и вот-вот грохнется на землю.
— Милорд! — в ужасе закричала она и изо всех сил вцепилась в Джека. Тот перехватил левой рукой поводья, чуть откинулся всем телом назад и поддержал падающую девушку довольно пикантным образом — подложил правую ладонь под ее ягодицы.
Ощущение от этого прикосновения привело Сабрину в шок. Глаза ее почти вылезли из орбит, дыхание сделалось лихорадочным. Виконт же одним рывком приподнял девушку и усадил на прежнее место у себя за спиной. Сабрина вновь обхватила его талию и крепко прижалась всем телом.
Все это произошло за какие-то секунды. Сабрина вытерла ладонью кровь с разодранной щеки и попросила у Дарлингтона извинение за свою неловкость. Почему? Она и сама не знала.
Хотя с этой минуты Сабрина твердо решила не прижиматься так плотно к спине виконта, исполнить свое намерение ей не удалось. Джек еще раньше накинул ей на плечи свой широкий плащ и стянул юбки его полами, чтобы те не хлопали по спине лошади и не пугали ее. Однако плащ уже через несколько минут развязался. Холодный ветер пронизывал тело Сабрины. Пальцы рук и ног окоченели. Немного теплее стало только тогда, когда она прижалась низом живота и грудью к спине Джека…
Прошло еще несколько минут, и Сабрина призналась себе, что получает удовольствие от простого прикосновения к телу виконта, причем далеко не только от желания согреться. Долго не раздумывая, она обхватила Дарлингтона со спины обеими руками, просунула ладони под его камзол и почувствовала под пальцами мускулистую мужскую грудь, ребра и подтянутый живот. А каким горячим оказалось его тело! К тому же — твердым и могучим, как ствол большого дуба. Но живым, как у нее самой…
Интересно, что бы подумала Шарлотта Лавлейс, узнав, что ее подруга сбежала с известным разбойником Черным Джеком? Но нет! Джек Дарлингтон никогда не был разбойником, хотя и ограбил ее карету. Да, такое действительно было… Но Сабрина теперь считала, что виконт действовал по наущению дьявола.
Она должна была чувствовать себя напуганной, оскорбленной и возмущенной его недавним признанием. Ведь, в конце концов, он скрывал эту тайну до тех пор, пока не начал за ней ухаживать! Нет, о чем она думает?! Дарлингтон даже не делал вид, что ухаживает за ней! Их встречи ничем не напоминали трогательные свидания двух влюбленных. Виконт вообще не проявлял к ней никаких нежных чувств. Наоборот, всегда демонстрировал полное равнодушие. Это в лучшем случае. Зачастую же — пренебрежение и даже открытое презрение. Правда, иногда он позволял себе позабавиться, заигрывая с ней. Но даже накануне вечером, когда держал ее на коленях, во взгляде его были лишь похоть и надменная снисходительность.
Сабрина закрыла глаза и прижалась щекой к спине Джека, не в силах сопротивляться соблазнительному теплу, исходящему от его тела.
Но что это? Откуда такие мысли?! Или она… влюбилась?
Глаза Сабрины широко раскрылись. Этого не может быть! Влюбиться в виконта Дарлингтона! Да нет же! Она не любит его! Просто увлеклась. Это в конце концов можно признать… Виконт старался соблазнить ее и этим приворожил! Вот и все!
Нет, ведь она же не дура! Этот человек обесчестит ее, разобьет ей сердце и бросит, после чего она уже никому не будет нужна. Женщины, как правило, не любят таких мужчин. Они танцуют с ними, флиртуют, порой испытывают плотское желание… И только…
Но ведь она тоже хочет его! Хочет Джека Дарлингтона! Ее тело трепещет при каждом его прикосновении. Своим женским чутьем, о существовании которого Сабрина до сей поры и не подозревала, она угадывала, что делить ложе с Джеком Дарлингтоном будет несказанным наслаждением! Даже большим, чем его страстные, горячие поцелуи…
Но тогда почему бы ей и не вести себя с виконтом именно так, как, по мнению кузена Роберта, она уже давно ведет себя с мужчинами? Кстати, сам он большой распутник! Теперь ее детство кончилось. Возврата к прошлому нет. После бесчестья, которым Сабрина покрыла себя, убежав с Дарлингтоном, перед ней навсегда закроются двери всех аристократических домов и салонов. Даже Шарлотта Лавлейс, ближайшая и милейшая подруга Сабрины, скорее всего будет уклоняться от встреч с ней, чтобы не скомпрометировать себя.
