– Знакомила?
– Перестаньте. – Красивое лицо Коттрелла исказила насмешливая гримаса. – Не стройте из себя скромницу. Я не спрашиваю, какие мотивы могли заставить женщину, у которой некогда были достоинство и положение в обществе, попытаться заманить доверчивую девушку в ту же ловушку, в которую она попала сама, но я прошу вас не считать меня идиотом, который может поверить вашей лжи. Вы впутали Шарлотту в свою жизнь. И обрекли ее на такую же, как у вас, судьбу. Мы, – он взглянул на Макнилла и получил от него короткий подтверждающий кивок, – извлечем ее из этой западни. И вы нам в этом поможете.
Джинни побледнела. Она еще никогда не слышала столь прямого и жестокого обвинения, причем обвинения оправданного. Более того, она никогда не думала, что что-нибудь сказанное мужчиной может когда-нибудь снова обидеть ее. Она была не права. Но это не имело значения. Она не выдаст Шарлотту. По крайней мере пока.
– Я не подстрекала Шарлотту. Я не сводница. Очень жаль, что вы мне не верите. – Она вздернула подбородок.
Коттрелл пристально посмотрел на нее.
– Я вам верю. Но вам известно кое-что еще. И вы скрываете это от нас.
– Я того же мнения, – сказал Макнилл, прищурив зеленые глаза. – И не сомневайтесь, миссис Малгрю, что, если бы я не думал, что это может замедлить поиски Шарлотты, я бы вытряс из вас все, что вы от нас скрываете. Но если мы не найдем Шарлотту, причем быстро, я вернусь и уйду только тогда, когда получу от вас всю информацию, которой вы обладаете.
У нее екнуло сердце и пересохло в горле. Но трусихой Джинни никогда не была. Расправив плечи, она свысока взглянула на рослого шотландца.
– Вы мне угрожаете? Ответил ей не Макнилл.
Маркиз Коттрелл наклонился, так что его красивые черные глаза оказались на уровне ее глаз, и мягко промурлыкал:
– Вы можете рассчитывать на это, миссис Малгрю.
– Она лгала, – сказал Кит Макнилл, проходя следом за Рамзи Манро через парадный вход в резиденцию Котт-релла.
– Да. Но о чем именно? Мне показалось, что она была искренне обижена предположением, будто она выступала в роли сводницы для Шарлотты... – Он замолчал, стиснув зубы и едва сдерживая одолевавшие его эмоции. – Боже милосердный, Кит, я с трудом верю словам, которые срываются с моих губ. Обесчещена.
Сводница. Куртизанка – и все это по отношению к Шарлотте. Нашей Шарлотте. Нашей импульсивной, упорствующей в заблуждениях, жизнерадостной и предельно благородной Шарлотте. Хелен это убьет. – Он взглянул на Кита и, увидев первобытную ярость на лице своего друга, понял, что не он один боялся, что все это причинит страшную травму любимой женщине. – Извини, Кит. Я знаю, что Кейт будет так же глубоко потрясена всем этим.
– Кейт этому не поверит. Кто бы что ни говорил, она никогда не поверит, что Шарлотта выбрала для себя жизнь падшей женщины. Даже если бы сама Шарлотта сказала ей об этом, если бы она притащила к нам в дом своего последнего любовника, Кейт все равно сказала бы, что мы судим по тому, что лежит на поверхности, и ничего не знаем о глубинных течениях.
Рэм вздохнул.
– Да. Хелен тоже так считает, – сказал он, подумав, что его жену было бы не так трудно убедить, как Кейт. Ведь Кейт не пришлось провести последние три года, наблюдая, как Шарлотта подвергает осмеянию высшее общество, как она напропалую флиртует, как водит компанию с неподходящими людьми. А Хелен пришлось.
– Я снова съезжу к баронессе Уэлтон. Возможно, она вспомнит об этом Руссе что-нибудь еще, кроме того, что он француз и что он словно загипнотизировал Шарлотту.
– По крайней мере Шарлотта прогнала этого Руссе, – сказал Кит.
– И через несколько дней оба они исчезли? Маловероятно, чтобы это было простым совпадением, – сказал Рэм и закрыл глаза.
– Не думай об этом, Рэм, – посоветовал Кит, понимая, в каком направлении потекли мысли друга. Он и сам уже успел об этом подумать. Что, если этот Руссе увез Шарлотту и удерживает ее или, еще того хуже, убил ее, как это делали во все времена мстительные отвергнутые любовники? «Тогда этому Руссе лучше тут же покончить с собой», – в ярости думал Кит.
Пытаясь усилием воли избавиться от этой страшной мысли, Рэм открыл дверь и жестом пригласил Кита пройти в библиотеку. Появившийся в дверях слуга с поклоном протянул Рэму серебряный поднос, на котором лежали два конверта. Рэм рассеянно взял их и кивком головы отпустил слугу. На одном из них он сразу же узнал почерк Хелен.
Вскрыв конверт, он прочел письмо и, заметив заинтересованный взгляд Кита, сказал:
– Они предвосхитили наши действия. Твоя и моя жены снова побывали у баронессы Уэлтон в надежде получить дополнительную информацию.
Кит позволил себе сдержанно улыбнуться.
– Неужели ты ожидал, что они будут сидеть и ждать?
– Нет, – ответил Рэм, вскрывая второй конверт. На конверте не было надписи. Он вынул лист бумаги, и лицо его застыло.
– Что там такое? – спросил Кит.
– Анонимное письмо, в котором сказано, что Шарлотта находится в Шотландии, в замке графа Сент-Лайо-на.
– Сент-Лайона? – словно эхо повторил Кит.
– Французский эмигрант и ловелас, каких свет не видывал, – отозвался Рэм, на лице которого появилось встревоженное выражение. – Сент-Лайон, конечно, распутник, но он чрезвычайно осмотрителен. Он слишком любит высшее общество, чтобы рисковать своей репутацией.
– А это означает, – мрачно продолжил Кит, – что в отношении Шарлотты больше нет необходимости проявлять осторожность.
– Даже если в этом письме написана правда, – сказал Рэм, с трудом сдерживая ярость, – то это может быть просто розыгрыш, и цель у него совсем другая.
– Но мы не можем оставить это без внимания.
– Нет, не можем. Я отправлюсь на север, а ты останешься здесь и продолжишь поиски.
Кит покачал головой:
– Так дело не пойдет, Рэм, дружище. Я поеду с тобой. Чтобы обыскать город, ты нанял множество сыщиков. Если что-нибудь можно найти, они это найдут. У нас появился первый намек на местонахождение Шарлотты. Я не отпущу тебя одного. Я хочу добавить свой... голос в любом споре, который может завязаться у тебя с этим Сент-Лайоном, если то, что написано в письме, окажется правдой.
– Ладно, – согласился Рэм. – Оставляю тебя сообщить обо всем Кейт, а сам попытаюсь сделать все возможное, чтобы уговорить Хелен не следовать за нами. Выезжаем на рассвете. Договорились?
– Договорились, – ответил Кит.
К этому времени Рамзи и Кристиан получат его письмо. Они будут вне себя при мысли о том, в каком положении оказалась их свояченица, и, стремясь поскорее спасти ее, бросятся навстречу собственной гибели. А ему лишь надо набраться терпения и ждать. Все, что он утратил много лет назад, вернется к нему в десятикратном размере. Его репутация, его дом, его влиятельное положение... его жизнь.
