— Прекрасно выглядишь, мам, — сказала Лиза, подходя, чтобы поцеловать ее. — С перчатками ты, возможно, немного переборщила, но если они тебе нравятся, то все отлично.
— Откровенно говоря, я тоже думаю, что они ужасны, — призналась Матильда, — но они скрывают мои покрученные артритом пальцы. Из-за всех этих шишечек и бугорков я выгляжу, как старая ведьма. А тебе точно удобно сидеть в этих стрингах, дорогая? Не думаю, чтобы я захотела носить такие.
Рокси чуть не подавилась от смеха, представив эту картину, а Эми сказала:
— Я тут читаю сообщения, которые пришли сегодня утром. Если мы еще не знали, сколько друзей моя сестра разбросала по всему земному шару, то теперь наверняка это выясним.
Когда она вернулась к чтению, Матильда начала перерывать коробки и контейнеры в поисках чего-то, о чем знала только она сама. Рокси забрела на балкон и стала наблюдать, как снаружи собираются музыканты, а помощники, которых наняли на сегодняшний день, расставляют стулья рядами, готовясь к церемонии.
Эми все еще читала, когда Лиза повернулась расстегнуть чехол, который защищал ее платье. Чувствуя, что внутри нее опять закручивается вихрем комок нервов, она задержалась на мгновение и глубоко вдохнула. Все эти напоминания о жизни, которую она раньше вела, о безграничной свободе, которой наслаждалась, о том, как ей никогда, ни перед кем и ни в чем не приходилось отчитываться, заставляли ее с тревогой смотреть в будущее. А может, она просто боится, что кто-то упомянет в своих посланиях Тони? Или, скорее, расстраивается, что до сих пор никто этого не сделал?
— О боже, Дэвид приехал, — взволнованно прошептала с балкона Рокси.
У Лизы чуть не выскочило из груди сердце.
— Он потрясающе выглядит, — сообщила Рокси. — А с ним, я так понимаю, племянник — такой, ничего себе — и зять, который пилот, и... Ах! только посмотрите на мальчика, он просто великолепен... А это еще что такое? Люси! — хихикнула она. — Она только что прямой наводкой рванула к Лоуренсу и опрокинула парочку стульев. Лиза, честное слово, тебе нужно научиться контролировать свою собаку.
Стоявшая у нее за спиной Лиза выдавила из себя улыбку, а Матильда тем временем подошла к внучке и заглянула ей через плечо.
— Пока я читаю эти сообщения, продолжают приходить все новые и новые, — объявила Эми. — Мы ни за что не успеем просмотреть их все до того времени, когда надо будет спускаться.
— Бог ты мой! Готова спорить, это Майлз, — ахнула Рокси. — Если это так, ты права, Лиз, он просто убойный.
Матильда растерянно заморгала.
— Убийственно привлекательный, — объяснила Рокси.
— Я такое говорила? — рассеянно спросила Лиза, почти не слушая племянницу. Все ее внимание было приковано к шелковому чехлу, который она осторожно отделила от платья и уронила на пол.
— Ах, дорогая, — пробормотала Матильда, замерев на месте, — оно изумительно! Боже, я так горжусь тобой, что вот-вот расплачусь.
— Мам, может, все-таки послушаешь, — проворчала Эми. — Я пытаюсь создать лирически-ностальгический фон для процедуры надевания платья.
Когда Лиза начала его расстегивать, Рокси, подошедшая посмотреть, а заодно и послушать, сказала:
— Стойте, стойте, а как же что-то старое, что-то новое и все такое?[27] Мы уже это сделали?
Лиза посмотрела на Эми, удивляясь, как они могли забыть о такой устоявшейся традиции.
— Ну, за старую, пожалуй, сойду я, — сказала она, подмигивая. — По меньшей мере старую как для невесты, которая выходит замуж в первый раз. А платье новое, так что нам осталось разобраться только со взятым взаймы и голубым.
Пока они ломали головы, оглядывая комнату в поисках вдохновения, пришло еще одно сообщение.
— Придумала! Придумала! — объявила Рокси. — Бабуля, почему бы тебе не одолжить Лизе на сегодня свое обручальное кольцо?
Ошеломленная Матильда взглянула на свои затянутые в перчатки руки, как будто на них могло что-то появиться, пока она не смотрела.
Поспешив на помощь, Рокси стащила левую кружевную перчатку, обнаружив небольшой, но драгоценный сапфир. Можно было по пальцам сосчитать, сколько раз Матильда снимала его со дня собственной свадьбы.
— Чудесная идея, — тихо проговорила она, поднимая глаза и касаясь пальцами лица Рокси. Потом обратилась к Лизе: — Папа вроде бы как будет с нами, правда? Думаю, ему бы понравилось.
— Ах, мама, перестань, я сейчас разревусь, — запротестовала Эми, но ее глаза уже наполнились слезами.
— Уверена, что не против? — спросила Лиза. Ей тоже хотелось, чтобы отец мог быть с ними, и ее сердце переполнилось эмоциями.
— Я внесла пожертвование в фонд детской больницы, — сказала ей Матильда, снимая кольцо, — но то был свадебный подарок. А это тебе от нас с папой в твой особый день.
— Ох, теперь моя очередь, — пролепетала Рокси, хватая платок. — Бабуля, нам сегодня утром делали профессиональный макияж, и, если ты будешь продолжать в том же духе, все это пойдет насмарку.
Пропустив укор мимо ушей, Матильда с нежностью сказала:
— Его стоило ждать, моя милая, и сегодня я как никогда счастлива за тебя, поэтому...
— Мам, — воспротивилась Лиза. — Рокси права насчет макияжа, прекращай, иначе я испорчу платье.
Подняв руки в знак того, что подчиняется, Матильда отошла к туалетному столику и оперлась о край, а Эми вернулась к сообщениям.
— «Мы понимаем, что ты хочешь ограничиться близкими друзьями и родней, но, пожалуйста, знай, что, когда в следующий раз будешь в Гонконге, твои здешние друзья закатят вечеринку, — прочла она. — Поздравляем жениха, что завоевал себе такую красавицу невесту. Пит, Салли, Дженни и Фрэнк».
— В мое время посылали телеграммы, — сообщила им Матильда. — У меня до сих пор сохранились те, что получали мы с папой.
— Здорово было бы их посмотреть, — сказала Рокси, но ее взгляд был прикован к Лизе, которая осторожно надевала платье через ноги и уже дотянула его до бедер. — Ох, Лиз, — пробормотала она. — Когда ты сказала, что оно будет а-ля Вера Вонг, я представила дутый вариант из «Секса в большом городе», который был на Джессике... как ее... а, Паркер. Но оно совсем другое.
Лиза улыбнулась.
— В моем возрасте, Рокси, нечто в таком духе было бы явно чересчур.
— Помочь с молнией? — предложила Матильда.
— Да, мам, пожалуйста. Читай дальше, — сказала она Эми, которая с умилением за ней наблюдала.
Сглотнув подкативший к горлу ком, Эми перешла к следующему сообщению.
— «Что у него есть такого, чего нет у меня? — прочитала она. — Кроме сногсшибательной внешности, блестящих перспектив и бешеных бабок на счету? Волшебного праздника и прекрасной жизни! Всегда влюбленный в тебя, Стиви Б.»
