Читаем без скачивания Инженер – повелитель гномов - Олег Никитин

Осипов отошел от раненого и с удовольствием оглядел плоды своих трудов. Отлично! По крайней мере, теперь Эдбарт не умрет от потери крови.

Сзади раздались тяжелые шаги, и суровый голос пробасил:

– Государь! Пленные все рассказали.

Обернувшись, Николай увидел одного из дознавателей и крайне поразился его внешнему виду. Руки и борода телохранителя были густо измазаны свежей кровью, а костяшки пальцев напрочь сбиты.

– Говори, – коротко приказал Николай.

– Государь! Гнусные бунтовщики увидали из окна тронного зала вашу свиту и поняли, что вы никуда не убежали. Тогда презренный Ламбарт отдал приказ о начале обманного штурма стены. В это время несколько десятков нечестивых мятежников пробили тонкую перемычку в туннеле под стеной и ушли на нижние уровни.

Осипов несколько раз прищелкнул пальцами. Он наконец понял, для чего хранителю понадобился этот нелепый штурм. Николай, весьма довольный тем, что его опасения насчет хитрости Ламбарта оказались не напрасны, широко улыбнулся и кивнул охраннику. Тот тоже довольно оскалился и продолжил:

– После этого мятежники пробили лаз в отсечной стене и вышли в туннель, ведущий к пивному погребу. Долго, кстати, там возились. Стенка-то всего пять локтей толщиной, да вот руны там защитные, почитай, в каждый блок вплавлены.

Осипову до зубовного скрежета захотелось выпить кружечку пивка. Он непроизвольно сглотнул и провел по усам рукой. Потом помахал перед лицом рукой, отгоняя от себя искушающие видения, и уточнил:

– А к чему такие сложности? Почему сразу через погреб не пошли?

Охранник опустил глаза вниз и виновато ответил:

– Простите, Государь. Не успели об этом спросить.

– Почему? – недоумевающе протянул Николай.

– Дык… пленные кончились, – простодушно отозвался воин и широко развел руками в стороны.

– Совсем?

– Да, Государь. Совсем.

– Так. Понятно, – Николай задумчиво потеребил бороду и почесал в затылке. – Хорошо. А зачем мятежники все это проделывали?

– Хранитель вашего тигля сказал, что Ламбарт велел в провал Горна пробиться, а потом из него незаметно вылезти и убить толстого болотн… – охранник замолчал и два раза ритуально поклонился королю. – Это он так сказал. Не я. Так вот. Презренный бывший хранитель Рудной кирки увидел, что вокруг вас почти нет охраны, только придворные безоружные да сброд всякий. Вот и распорядился.

– Что за хранитель тигля? Что-то такого не припоминаю.

– А это тот, кого мы как раз на пол сбили. Мы его еще последнего вели. Ну, такой, с бородавкой на носу…

Из королевской штробы донесся отчаянный, полный ужаса крик Ранбарта:

– Беда, Государь! Беда!

Все находящиеся в зале гномы почти одновременно повернули головы и устремили взгляды в темный проем входа. Через несколько мгновений оттуда выскочил Ранбарт и, не разбирая дороги, кинулся к королю. По пути парень поскользнулся, с трудом удержал равновесие и чуть не врезался в Осипова. Тот успокаивающе похлопал юношу по плечам и мягко сказал:

– Давай рассказывай, только спокойно и без паники.

Ранбарт закивал, непроизвольно сжал кулаки и, нервно подпрыгивая на месте, зачастил скороговоркой:

– Государь! Наши до отсечной стены дошли. По пути несколько раз с мятежниками лихо сшибались. Я уже думал, что только в тронном зале остановимся, – дрожащей рукой парень протер взмокший лоб. – Но как только в лаз сунулись, так и началось…

Осипов смотрел в глаза юноши, иногда величественно вздыхал и в нужных местах сочувственно покачивал головой. Даже не дослушав до конца доклад Ранбарта, инженер четко осознал, что его самые наихудшие опасения полностью оправдались. Телохранителей в узком проходе встретили самые лучшие воины презренного Ламбарта. Те самые – в прочнейших непробиваемых доспехах. И теперь крошечный отряд Фестбарта отчаянно рубится с толпой гнусных бунтовщиков и медленно отступает в королевскую штробу.

– Десятник также просил передать, что долго они не продержатся. Там позади бунтовщиков находится презренный Ламбарт и кричит, что тот, кто убьет… э-э-э… – Ранбарт прикрыл ладонью рот и испуганно огляделся по сторонам. Потом немного помолчал и обреченно выпалил: – Тот, чья рука убьет короля, станет главным хранителем кирки, а те воины, кто срубит хоть одного из наших, сразу будут возвышены как Хозяева Замков.

Пламя факелов остановило свою бесконечную пляску, тени на стенах перестали метаться, а окружающие Осипова гномы превратились в каменные изваяния. Сердце инженера остановилось на несколько мгновений, а потом бешено застучало. И сразу Николай понял, что победить Ламбарта у него не получится. Он сам своими идиотскими действиями и нелепейшими поступками загнал себя в ловушку. И везение, щедро отмеренное ему Владыкой, полностью закончилось. И остается только одно – достойно умереть в бою, не посрамив при этом честь и достоинство правителя Рудного.

Король отстранил Ранбарта со своего пути, поднял с пола окровавленный топор и решительно переступил порог родовой штробы. Сзади раздались крики, и кто-то весьма непочтительно толкнул короля в спину. Выскочивший вперед Хелфбарт неодобрительно посмотрел на сюзерена, мрачно покачал головой и убежал в темноту. За ним, устало топая, побежали все остальные. Только один Ранбарт с нещадно коптившим факелом в руке остался возле короля.

В груди Осипова разлилось ранее не испытываемое чувство. Удивительно теплое и одновременно пронзительно печальное. И он понял, что безмерно сожалеет о том, что больше никогда не увидит гномов из рода Эрикбарта и смешного, низкорослого десятника. Только сейчас инженер осознал, какими близкими и родными стали для него его товарищи. Вытирая грязной рукой слезы, обильно катившиеся по толстым щекам, Николай сделал три шага вперед, зацепился ногой за выступающую из пола плиту и со всего размаха рухнул на пол.

Осипов выругался, оттолкнул попытавшегося ему помочь юношу и выпрямился во весь рост. Над его головой ярко вспыхнул светильник, а слева раздался неприятный треск. Большой кусок стены на миг заискрился молниями и исчез. В образовавшейся нише Николай увидел невысокий черный постамент с лежащими на его поверхности семью небольшими каменными рунами.

Ранбарт потрясенно вскрикнул и отступил на несколько шагов в сторону. Инженер подошел к пульту управления охранным заклинанием, прислонил к нему топор, закрыл глаза и прикоснулся ладонями к холодным камням. Кончики пальцев неприятно кольнуло, а руны привычно засветились синим. Николай из-за нехватки времени не стал корить себя за непроходимую тупость, а вместо этого принялся напряженно размышлять.

Хорошо. Он знает, как отключить заклинание. Для этого необходимо в определенном порядке прикоснуться к каменным плашкам. Вот в таком. Желание. Безопасность. Право. Власть. Подчинение. Две оставшиеся руны имели самые обычные, даже заурядные названия. Кирка и борода. Понятно, что они обозначают право монархов Рудного на отдачу приказов заклинанию. Также ясно, что и эти руны каким-то образом необходимо использовать. Но вот каким?

Осипов точно знал, что решение крайне простое и лежит на поверхности. Ведь этим заклинанием обязаны управлять и совсем юные отпрыски королевского рода. Инженер прикусил губу и решил попробовать самый логичный вариант. Активировал сперва руну, обозначающую зрелый возраст, а потом нажал в обратном порядке на остальные. Ничего не произошло. Ранбарт дернул за рукав короля и буднично сообщил:

– Государь! Я вижу слабый свет в дальнем конце штробы. Значит, скоро мы предстанем перед Владыкой.

– Не понял! – удивился инженер. – А почему так быстро до нас добрались?

– Нет, Государь, – почтительно возразил паренек. – Не быстро. Вы уже почти полчаса здесь стоите.

– Надо же! А я и не заметил. Ну ладно, сейчас еще попробуем. Как говорится, попытка не пытка, – бодро проговорил Осипов и неожиданно застыл с открытым ртом. Он понял, что если он оживит охранные чары, то они немедленно убьют всех, кто находится в штробе. Ну, кроме короля, конечно. А вот остальных уничтожат без разбора. Николай с ненавистью посмотрел на постамент и перевел взгляд на Ранбарта.

– Вот что, парень. Беги к нашим и передай мой приказ, – Николай закашлялся и протер предательски заблестевшие глаза. – Пусть немедленно разворачиваются и со всех ног выметаются из штробы.

Ранбарт покачнулся и умоляюще выставил перед собой руки.

– Это приказ короля! – злобно прорычал инженер и несколько раз гневно притопнул. – Я лучше знаю, что надо сейчас делать. А если кто-то заупрямится, то скажешь ему, что я его и в небесных Чертогах найду, бороду вырву, а потом буду мыть ею полы в конюшне. Понял?

Юноша побледнел, поклонился и немедленно умчался, словно за ним погнались подземные демоны.

Инженер находился в одиночестве минут десять. Все это время он неотрывно рассматривал руны, а в одну из них даже потыкал несколько раз пальцем. Потом он услышал дробный стук сапог и тяжелое, надсадное дыхание. Первым мимо него промчался охранник, весьма успешно проводивший допрос пленных. Доспехи на нем были настолько изрублены, что от них на ходу отваливались пластины и мелкие обрывки кольчуги. Воин притормозил возле короля и раскрыл рот, явно намереваясь что-то сказать. Но Осипов без разговоров стукнул охранника рукояткой топора чуть пониже спины и яростно заорал: