были осунувшимися и потерянными. И если подумать – разве могло быть иначе? Эти люди лишились домов, средств к существованию, привычной жизни. Убийства диких единорогов привели к стихийным бедствиям, и теперь все пожинали плоды. В груди у Скандара стало горячо от гнева, что все эти мучения – следствие эгоизма и жестокости, потому что Дориан Мэннинг готов пойти на всё, лишь бы на Острове не осталось духовных магов, лишь бы Скандар не собрал армию, которая могла бы отобрать власть у Серебряного Круга. Но глядя на лица всех этих пострадавших из-за магического дисбаланса людей, он невольно всё больше проникался этой идеей – собрать армию.
В отличие от большинства домов в Четырёхточии, под деревом тайных менял не было ничего, что указывало бы на их бизнес. Квартет спешился и оставил своих единорогов под низкими ветками. Приставленная к стволу лестница вела к откровенной развалюхе с гниющими углами и просевшей посередине крышей.
Митчелл едва шагнул к лестнице, когда дверь дома с грохотом распахнулась.
– Пожалуйста! Прошу вас, ещё одно слово! И всё наладится! – раздался молодой мужской голос.
Изнутри ему ответил хриплый бас:
– Твой секрет уместился в пять слов, и пять слов ты получил взамен. Правила есть правила!
– Я вас умоляю!
– Пошёл вон! – прорычал бас, и дверь захлопнулась.
Молодой человек, плача, спустился по лестнице. Заметив смотрящих на него пискунов, он крикнул:
– Не тратьте время! Всё равно обмен нечестный!
Скандар мог лишь гадать, что он так горячо хотел узнать.
– Если они так зациклены на количестве слов, может, стоит расписать наши секреты? – шепнула Бобби Фло.
Та помотала головой:
– Нет смысла. Они просто вычеркнут всё лишнее. И мы не хотим их злить, забыла?
– Как думаешь, тот душка за дверью и есть тот, кто придёт за тобой, если ты скормишь ему ложь? – спросила Бобби Митчелла.
– Идёмте, – бросил Митчелл, проигнорировав её вопрос.
Поднявшись по лестнице, Бобби постучала в дверь и, поморщившись, вытерла оставшуюся на костяшках пальцев грязь.
– Иду-иду. – Дверь открыл тот же ворчун. Он оказался младше, чем Скандар его себе представлял – может, лет пятьдесят, – с неаккуратной бородой и маленькими чёрными глазками. Над его бровью алел свежий шрам.
– К нам Гнездовская мелюзга пожаловала, Мойра! – крикнул он себе за спину. – Прогнать?
В ответ раздался женский голос:
– Гони их в шею, Раф. Они наездники без году неделя – что интересного для нас они могут знать?
Мужчина уже хотел захлопнуть дверь, так ничего им не сказав, но Скандар быстро шагнул вперёд и поднял правую руку к подбородку Рафа. Рукав он закатал заранее, и его духовная мутация сверкнула в свете лампы. Раф, не моргая, уставился на белую прозрачную кожу, а Скандар ещё дополнительно сжал и разжал кулак, чтобы он увидел сокращающиеся вокруг неподвижных костей мускулы и сухожилия.
Раф облизнул потрескавшиеся губы.
– Мне нужна информация, – с нажимом сказал Скандар. – И у меня есть секрет на обмен.
– Тогда заходи, духовный маг, – прохрипел Раф, и квартет последовал за ним в глубь тускло освещённого дома.
Внутри он выглядел так же ужасно, как снаружи. Влажный воздух пах плесенью, гнилью и старой бумагой. Куда ни посмотри, взгляд натыкался на башни из небольших деревянных ящичков: некоторые были невысокими, и тумбочки в них стояли друг на друге под опасными углами, другие же поднимались к самому провисшему потолку. Но у всех было кое-что общее – серебряная ручка с бумажной биркой. Бобби, проходя мимо, приподняла одну и сощурилась…
– Держи руки при себе, девчушка.
На одной из таких кривых башен восседала пожилая женщина, по всей видимости, Мойра. Такая ненадёжная опора делала её похожей на нечто среднее между строптивой школьницей и негодующей бабушкой.
Бобби торопливо выпустила из рук бирку, но взгляд Мойры уже сместился на Рафа:
– Я, кажется, сказала тебе отправить этих Гнездовских птенцов восвояси. – В голосе Мойры слышалось осуждение, которое Раф наверняка давно научился улавливать с первой же нотки, потому что он с улыбкой бросился к её башне:
– Один из них духовный маг, тот самый, что тренируется в Гнезде. Вот он. – Раф потянулся себе за спину и грубо дёрнул Скандара вперёд. Рукав у него всё ещё был закатан.
Выражение лица Мойры кардинально изменилось, и она спрыгнула со своей башни с ловкостью женщины лет на тридцать моложе. Фло от неожиданности отпрянула и врезалась в другую башню, которая опасно покачнулась. Хорошо, Митчелл успел прийти ей на помощь.
– Нам нужна информация о Первом Наезднике и Королеве диких единорогов, – решил не терять времени Скандар.
– А конкретно, – подхватил Митчелл, – нам нужна информация об оружии, которое Первый Наездник сделал из костей Королевы, и где его найти. У вас есть подходящие секреты?
Мойра перевела на него взгляд своих ясных голубых глаз.
– Вы не первые, кто пришёл сюда в поисках секретов Первого Наездника. Но пока нам не удалось поделиться тем, что нам известно. Ни у кого не оказалось достаточно важной тайны на обмен. – Она чмокнула губами, напомнив Скандару принцип их работы: за лживый секрет тебя убьют. Он не был уверен, что так было на самом деле, но проверять не собирался.
Фло недоумённо нахмурилась:
– Почему нет, если ваша информация может помочь Командующей найти оружие и спасти Остров?
Мойра ухмыльнулась:
– Ты нас с кем-то путаешь, серебряная.
– И с кем же?
– С хорошими людьми. Мы не выдаём наши секреты – только обмениваем их. Таков наш бизнес. Если бы мы помогали каждой заблудшей душе, пришедшей к нам за информацией, мы бы давно уже разорились.
– Так Нина Кадзама к вам уже приходила? – медленно спросил Митчелл.
– Мы не раскрываем личности наших клиентов, – сказал Раф и снова облизнулся.
– Они знают, чего мы хотим, – нетерпеливо бросила Бобби. – Давайте уже к делу.
Каждый член их квартета решил поделиться одним своим секретом в надежде, что это увеличит их шансы получить нужную информацию. Кто знает, что именно известно менялам, и чем больше слов они смогут обменять, тем лучше. Они условились, что не раскроют их друг другу, что вызвало определённую неловкость, когда Раф выдал им неровные полоски бумаги.
Когда они закончили писать, Мойра выдернула из их пальцев бумажки и принялась расхаживать между башнями, шурша серой юбкой и покачивая головой с длинными белыми волосами. Скандар откуда-то знал, что она получала огромное удовольствие от этого момента, глотая целиком их тщательно охраняемые секреты как голодная чайка.
Практически сразу она недовольно цокнула языком и всучила записку Бобби назад ей в руку:
– Мне это неинтересно. Британская повседневность здесь не ценится.
Бобби насупилась и сжала
