— Нужно осмотреть рану и промыть, — пытаюсь отдышаться после сводящего с ума поцелуя и начинаю метаться по комнате, чувствуя на себе внимательный взгляд.
Раскат грома заставляет подпрыгнуть на месте, но продолжаю упрямо искать вещи погибшего мага. Перед глазами на мгновение появляется картинка тела на камнях, но отгоняю ее. Викрам пришел сюда один, спас меня, понял, что во дворце была вовсе не я…
Наконец нахожу вещи лорда Фара. Как и предполагала, рищец оказался предусмотрительным. Баночка с заживляющей мазью лежит на дне походной сумки. Открыла крышку, понюха и убедилась что это она самая. Викрам следит за мной, и ощущаю его взгляд между лопаток. Мне становится жарко, хотя в комнате заброшенного замка на самом деле весьма прохладно. Призываю магию и нагреваю в стоящем рядом с камином ведре воду.
— Впечатляет, — вздрогнула, когда сильные руки обняли со спины, начиная скользить по тонкой ткани. Прикрываю глаза, чтобы сосредоточиться на главном, но становится хуже.
Поцелуй обжигает обнажившееся плечо, и сотни мурашек бегут по телу.
— Что Вы делаете? — шепот срывается до тихого стона. Как же приятно.
— Сам не знаю…
Разворачиваюсь и на лице появляется самое строгое выражение.
— Сядьте и не мешайте мне!
Архимаг пытается улыбнуться, но тут же кривится от боли. Беру его за руку и словно ребенка отвожу к лежащему на полу матрасу, заставляя сесть. На удивление он не сопротивляется. Мне не нравится бледное лицо мужчины. Подношу ведро ближе и начинаю расстегивать пуговицы на камзоле, а потом аккуратно снимаю. С трудом подавляю вскрик от открывшегося зрелища. Все оказывается еще хуже, чем предполагала. Усмиряю собственные эмоции и медленно освобождаю рану, аккуратно разрывая рубашку. Вдруг замечаю на груди архимага коричневый камень с красными прожилками и отверстием посередине. Сердце мгновенно ускоряет свой ритм. На шелковом шнурке висит звездчатый агат, тот самый, который вручила ему шесть лет назад на дороге из Риттон-холла. Хочу спросить, но тут же одергиваю себя. Нет, не буду. Викрам внимательно смотрит на меня и чувствую как краснею, поэтому закусываю губу, чтобы отвлечься от той бури, которая поднимается в душе. Перекидываю камень на спину мужчины, иначе будет мешать мне и моим мыслям. Руки касаются обнаженного торса и скользят по твердым мышцам. Унимаю нервную дрожь и вот наконец рубашка полностью снята. Рву ее на лоскуты и окунув в воду начинаю смывать кровь. Щеки уже вовсю пылают и губы мужчины складываются в обольстительно-порочную улыбку.
— Вам нравится смущать меня? — стараюсь, чтобы голос звучал уверенно, но попытка проваливается.
— Мне нравится, как ты реагируешь, Ани, — архимаг запросто переходит на интимное "ты" и есть в этом что-то приятное. Его руки бережно обхватывают мои запястья и притягивают ближе.
Прерывисто дышу, упираюсь ладонями в широкие плечи.
— Нужно нанести мазь!
— Ты уверена, что она меня не убьет? — шутя спрашивает мужчина, начиная водить большими пальцами по моей коже.
— Я четыре года прожила под одной крышей с целительницей. Кое-что знаю и кое-что умею, — в голосе появляется негодование.
— Хорошо, — вдруг легко соглашается архимаг и неожиданно ложится на соломенный матрас. — Покажите же мне, леди Анна Саттэр, чему Вы научились.
Простая вроде бы фраза звучит как-то неправильно, порочно. Сглатываю и поспешно иду за баночкой, только бы не смотреть в лукавые карие глаза. Сажусь рядом и чуть ли не съезжаю на лежащего мужчину. Беру немного зеленоватой субстанции и начинаю смазывать края раны. Медленно пальчиками обрабатываю обугленную кожу и вижу как опускаются веки Викрама. Кажется, он теряет сознание. Невольно всхлипываю.
— Не плачь Ани, со мной все в порядке.
— Я вижу, как это в порядке, — из-за волнения голос плохо слушается, а сердце болезненно сжимается в груди.
Мои руки вновь перехватывают и заставляют опустить баночку на пол.
— Дай мне пару минут. Уже стало легче, правда. Сейчас отдышусь и дальше исцелю себя сам.
Его голос успокаивает и неожиданно за окном вновь сверкает молния, а затем раздается мощный удар грома. Вздрагиваю всем телом, но отстраниться не получается.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Боишься грозы? — серьезно спрашивает архимаг, без насмешки.
— Это было давно, — уклончиво отвечаю, смутившись от того, как сильные пальцы волнительно скользят по ладоням, выводя замысловатые узоры на коже.
— Расскажи, — просит он и чуть прикрывает глаза.
— Надо бы сначала укрыть Вас. Я кажется видела плащ лорда.
"Ему теперь он уже не пригодится", — мелькнула в голове циничная мысль. Странно, но теперь не испытывала сожаления из-за смерти ришца. Этот лысый лорд готов был перерезать мне горло или блефовал? Освободившаяся рука непроизвольно тянется к ране на шее и архимаг тут же порывается сесть, чтобы помочь.
- Лежите! — произношу непреклонно и сама обрабатываю свою рану, а затем наношу мазь. Надеюсь, к утру все заживет. Похоже субстанция и впрямь сильная. С облегчением наблюдаю как бледное лицо архимага приобретает более здоровый цвет. Нахожу плащ ришца и укутываю им Викрама. Остаюсь сидеть рядом, с беспокойством вглядываясь в его лицо, словно хочу запомнить каждую черточку.
— Я жду обещанного рассказа, — напоминает архимаг и видя, что не очень-то хочу уступать, добавляет. — Это поможет отвлечься от боли.
— Их было много?
Викрам понимает, о ком я спрашиваю, и под моим настойчивым взглядом сознается.
— Десять.
— Вы поступили безрассудно! — укоряю его. — Придти сюда в одиночку и…
— А ты бы хотела оказаться в руках врагов? — жестко спрашивает он и карие глаза темнеют.
— Нет, — качаю головой, — но предпочла бы это, если бы на кону стояла Ваша жизнь!
Выпалила не подумав и снова покраснела. Викрам итак знает о моих чувствах, и из-за этого еще больше смущаюсь. Вот только на мои слова он мягко улыбается и, вдруг резко схватив за руку, тянет на себя. Оказываюсь на матрасе рядом и пробую вырваться, случайно задев при этом рану. Архимаг зашипел и тут же начала извиняться.
— Не дергайся Ани, просто ляг рядом. Пока организм восстанавливается, будет немного холодно. Раз уж решила не дать мне уйти на тот свет будь добра выполняй свои обязанности до конца, — с легкой насмешкой произнес Викрам, устраивая меня под боком, пока потеряла бдительность.
Продолжаю громко сопеть от возмущения, но послушно лежу, стараясь лишний раз не шевелиться, чтобы не потревожить рану. Она итак оказалась слишком опасной. Уверена, те десять магов, с которыми архимагу пришлось сразиться, были не самыми слабыми, а скорее наоборот. Столько стараний чтобы выкрасть меня с отбора и увезти в Ришское королевство, зачем? Вопрос так и остался без ответа, но лучше его и не знать.
Рука мужчины опускается на мою талию и прижимает еще ближе. Чувствую как Викрама бьет озноб, и подавив собственный принципы, стараюсь согреть его своим телом. Укутала нас плащом и положила голову на сильное плечо.
— Мне было десять, — начинаю рассказывать, нервно теребя край плаща. — Я любила сбегать от своей гувернантки и пряталась на чердаке старой башни, чтобы спокойно почитать очередную сказку. Однажды засиделась и не заметила, как поднялась буря. Молнии сверкали так ярко, что хотелось закрыть глаза. Наверху башни стихия чувствовалась особенно близко, а удары грома казалось готовы были разнести мое убежище по камням. Мне было страшно, но не решалась покинуть свое убежище, а потом одна из молний залетела в окно, и начался пожар. Помню, как пламя лизало деревянный пол, охватило старый шкаф и стремительно приближалось ко мне. Помню удушливый запах дыма и собственную беспомощность. Воздуха не хватало, а перед глазами все плыло. И когда казалось, что смерть уже близко на руках появилась магия. Она то и погасила пожар. При поступлении в МАКП выяснилось: я — бытовой маг. Именно поэтому мне удалось тогда выжить в пламени и заставить его исчезнуть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Замолчала и между нами появилась угнетающая тишина. Невольно вспомнила о Корнеле Лассе и том унижении, которое пришлось пройти на вступительных экзаменах. К бытовым магам всегда были несправедливы, недооценивали и считали чуть ли не низшим сортом. Я мечтала, что смогу изменить такое отношение. Именно поэтому планировала окончить обучение и доказать всем: бытовики кое-чего стоят.
