— Ты очень талантливый маг Ани, — неожиданно произнес Викрам. — Прости, если когда-то обидел своими словами о бытовиках. На самом деле я считаю, что каждый из нас важен, будь то высший маг, боевой или бытовой.
Невольно подняла глаза на архимага и утонула в ответном взгляде. Рука на талии потяжелела, и мужчина притянул меня к себе еще ближе. Горячее дыхание опалило губы. Поспешно отвернула голову, борясь с собственными чувствами и охватившим желанием. Нужно остановиться, вспомнить о приличиях. О Боги как же трудно! Викрам понял мои сомнения и слегка отстранился. Почему-то стало обидно, хотя должна была оценить его жест. Не каждый мужчина считается с мнением леди, а архимаг…
— Придется остаться здесь на несколько часов. Сейчас у меня не хватит сил построить портал, но уверен, ближе к рассвету мы вернемся во дворец. Отдохните леди Анна. Сегодня был трудный вечер.
Викрам окончательно меня разочаровал, убрав руку с моей талии и отвернувшись. Растерялась и не знала, как реагировать на это. Хотела было возмутиться, но вовремя себя одернула и повернулась к нему спиной. Хватит Анна! Если кто-то узнает, что ты лежала рядом с полуобнаженным мужчиной репутации конец. Кое-как успокоила себя этими мыслями и закрыла глаза, погрузившись в беспокойный сон.
Глава 32
Буря усиливается, поэтому просыпаюсь. Казалось, раскаты грома ударяют аккурат в старую каменную кладку и хотят ее раскрошить. В комнате холодно, камин погас. Лишь догорающие угли дают немного света, не тепла. Вновь возвращается детский страх, и закрываю лицо руками. Не замечаю, как начинаю дрожать. Помимо разгулявшейся стихии вспоминаю, где нахожусь и почему. Если до этого момента еще удавалось сохранять присутствие духа, то теперь осознаю весь ужас случившегося. Небо разрывается в клочья и капли косого дождя проникают сквозь окно. Пытаюсь магией создать заслон, но она не слушается. На глазах появляются слезы, и тихонько всхлипываю.
— Ани, что случилось?
Разбудила. Викрам поворачивается ко мне и нависает сверху, убирая руки от моего лица. Ничего не отвечаю, лишь продолжаю сильнее сжиматься после каждого удара грома.
— Девочка моя, — меня обнимают, окружая теплом.
Жар, исходящий от тела архимага, неожиданно успокаивает и согревает. Невольно прижимаюсь ближе и продолжаю всхлипывать, но реже. Рука Викрама начинает гладить по голове, окутывая чувством защищенности. Мужчина оборачивается на окно и, слегка скривившись от боли, ставит заслон. Дождь больше не проникает в комнату, а звуки становятся тише.
— Не бойся, моя девочка, — Викрам целует меня в лоб, и сама не знаю почему осторожно обнимаю его в ответ.
Рука мужчины опускается на спину и ведет по позвоночнику. Тепло ладони приятно и вызывает волнительное чувство в груди. Дыхание сбивается, мы становимся еще ближе. Болезненно близко.
— Почему он до сих пор у Вас?
Сначала архимаг не понимает о чем я, но заметив, как тянусь к звездчатому агату и провожу по его гладко отполированным граням, накрывает мою руку. Бережно.
— Этот камень шесть лет назад спас мне жизнь. Теперь он мой талисман. После того как я покинул Риттон-холл и направился в столицу, по пути попал в засаду. Меня целенаправленно пытались убить, и им бы удалось. Я пропустил один удар, который метил прямо в сердце, вот только тот маг не знал, что в нагрудном кармане у меня лежит камень-оберег. Сначала даже не понял, почему остался жив. Лишь после того, как убил последнего нападающего, вытащил твой дар из кармана. Внутри него образовалось углубление. Я сделал сквозную дыру и с тех пор ношу камень постоянно, вспоминая о маленькой девочке, которая безрассудно перегородила дорогу и отдала его мне. Почему ты так сделала Ани? Этот вопрос мучает меня уже шесть лет. Ответь, — и вновь дыхание опаляет губы, затягивая в глубокий омут запретных желаний.
Сквозь тело проходит разряд, когда Викрам прокладывает дорожку из поцелуев от запястья до локтевого сгиба. Шумно выдыхаю и скорее даже ощущаю, чем вижу странный блеск в карих глазах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ответишь? — рука мужчины опускается на бедро и комкает подол платья. Сама не осознаю, что уже давно вожу по обнаженной спине архимага, с трепетом изучая каждый доступный миллиметр.
— Трудно сказать, — произношу шепотом, чтобы не выдать собственных эмоций. Внизу живота начинает тянуть, мышцы сжимаются. Там образовывается пожар, и невольно ерзаю, пытаясь его унять. Не понимаю, в какой момент пальцы мужчины беззастенчиво откидывают подол платья и ведут по тонким чулкам. — Это скорее ощущение, предчувствие… Я знала, что должна отдать его Вам, защитить, спасти, как это сделали Вы…
— Ты, — прерывисто выдыхает мужчина, отвлекая от настойчивых прикосновений. Его рука устремляется чуть выше края чулок и уже беззастенчиво скользит по кружевной ткани нижнего белья. Сегодня Астра Лир уговорила меня надеть вместо панталон нечто фривольное и откровенное. Она сказала, что негоже такой молодой леди ходить в безвкусном ужасе. Не знаю зачем согласилась на это, зато теперь архимаг с видимым удовольствием исследует маленький кружевной предмет ничего собственно не закрывающий.
— Викрам…, - хотела протестующе вскрикнуть, но получилось как-то просяще-соблазнительно.
Вторая рука мужчины касается моих губ и ласково проводит по ним, обводит контур, изучает. Мне хочется приоткрыть рот и застонать. Не могу лежать спокойно и ощущаю, как между ног становится влажно. Что со мной происходит? Неужели я вот так позволяю трогать себя и получаю от этого удовольствие? Тону от прикосновений, которые делаются все настойчивее, увереннее, бесцеремоннее. Ощущаю, как ослабевает шнуровка платья. Губы ноют, напрашиваясь на поцелуй. Сердце колотится, а грудь высоко вздымается из-за глубоких прерывистых вздохов. Руки сами обхватывают шею Викрама, а потом наконец приходит осознание происходящего. Дергаюсь, но тут твердые губы накрывают мои. Жадный поцелуй выбивает все мысли. Мы целуемся яростно лаская друг друга, отстраняемся и вновь погружаемся в омут под названием страсть. Не понимаю в какой момент твердое тело придавливает сверху. Эта тяжесть оказывается неожиданно приятной. В голове блаженно пусто. Лишь близость Викрама сейчас имеет значение. Поцелуи превращаются в укусы, когда спускаются на шею, а затем одна рука архимага чуть сдергивает вниз платье, нетерпеливо освобождая грудь. Настойчивые губы захватывают острую вершинку и втягивают внутрь. Уже не сдерживаюсь и со стоном выдыхаю. Это какое-то сумасшествие, наваждение, опьянение. Другой рукой архимаг отодвигает кружево белья и начинает неторопливые дразнящие движения. Мой стон становится громче. Сама не замечаю, как начинаю двигаться в такт, стараясь поймать особенный, таинственный ритм который приведет к желанной разрядке. Мужские пальцы уверенно скользят то вверх то вниз, надавливают на какую-то неизвестную точку. Тело простреливает удовольствие, и я извиваюсь словно змея не в силах спокойно выносить все это. Вторая вершинка оказывается во власти ненасытного рта, пока рука мужчины уверенно приподнимает за спину, продолжая избавлять меня от платья. Сейчас весь мир сосредотачивается только на нас двоих и на том, что происходит между нами.
— Моя сладкая девочка, чувственная сладкая девочка, — как безумный шепчет архимаг, тяжело дыша и продолжая раздевать.
Неуверенность и стыд накрывают неожиданно, пробившись наконец сквозь пелену наслаждения. Отстраняюсь, а затем резко сажусь и прикрываю руками грудь. Наши лбы с Викрамом соприкасаются, дыхание смешивается. В возникшей тишине слышу как быстро бьются два сердца, почти в унисон.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Это неправильно, — скорее уговариваю себя, чем мужчину напротив.
Нет, нет, нет так нельзя! И тут же мысль теряется под настойчивым чувственным поцелуем. Архимаг чуть прикусывает, а затем оттягивает мою нижнюю губу. Повторяю его движение и поцелуй углубляется, переходя из дразнящего в восхитительно порочный.
— Это сильнее меня, — отвечает Викрам уже не в состоянии бороться с собой.
