а на это мало кто способен. Значит харизмы у вас море. Вам полстраны завидует, а другая половина восхищается. – не знаю, кто этот дед, но он умудрился заставить меня улыбнуться.
– Спасибо. Вы немного отогнали мою печаль.
– Всегда пожалуйста. Надеюсь, могу рассчитывать на чаевые. – он улыбнулся и до конца поездки мы молчали. Халиско определенно было неудобно сидеть боком, я начал понимать трудности хвостатых.
– Спасибо, это вам, сдачи не надо. – я передал ему вместо трёх ир сотню.
– Ох! Это много! Но огромное спасибо! Хранит вас Дайн! – столько доброго услышал, что на душе снова стало хорошо.
Когда мы вышли из такси и подошли к дому, машина уже стояла на обочине. Мы направились к двери.
– Твой рюкзак. – Халиско протянула мне рюкзак с деньгами.
– Ты не пойдешь ужинать? – она задумалась на мгновение и убрала рюкзак. Моя семья в этот момент уже ела. На крокодила за столом все смотрели нормально. Все хвалили её за то, что она спасла меня от покушения.
– Фоч, если ты не на стройке сейчас, то где ты живешь? – поинтересовался папа.
– Я бездомная. Тут тепло, поэтому и на лавке могу поспать. В армии я и не при таких условиях жила. – сказала она.
– Нет. Сегодня ты ночуешь тут. – сказала вторая мама. – Хотя бы на полу у Сони. Мы постелем тебе матрас.
– Ваше право. – нейтрально ответила она, продолжив есть.
– Ты немногословная. – сказал мой брат Ован.
– Она из охраны президента, там не до болтовни. – ответил отец. После этого её не беспокоили. Потом её отправили в ванну, где она отмылась и потом легла у меня в комнате. Я же сходил в душ после неё, отмылся и, вернувшись в комнату, застал её лежащую в обнимку с подушкой. На ней была только футболка на несколько размеров больше.
Я лёг в кровать, а затем выключил свет и уснул. Проснулся я от необычных тяжёлых вздохов. На секунду я даже забыл про Фоч в комнате. Оглядевшись, я увидел её сидящую на матрасе и закрывающую уши ладонями. Я удивленно глянул на неё и включил свет, она закрыла глаза, потом проморгалась и посмотрела на меня.
– Всё хорошо? – спросил я у неё.
– Паническая атака. – ответила она тяжело дыша. – Скоро пройдет. – я сел рядом с ней.
– Прости, что лезу не в свое дело. Я могу как-то помочь? – она молча обняла меня и прижала к себе. – Тебе надо что-то обнимать?
– Да. – нейтрально ответила она, так мы просидели пару минут. Я и не понял как уснул. Когда проснулся, сперва не мог понять, где я, а потом понял, что обнимаю крокодилий хвост и сосу кончик. На меня же смотрят залитые кровью от недосыпа сапфировые глаза. Я пару раз соснул хост, потом остановился, поняв в какой оказался ситуации.
– Про… прости… – она тяжело моргнула и указала мне на кровать. Я вернулся к себе, посмотрел на время и увидел на часах пять утра, после чего снова уснул.
Будильник разбудил меня на утреннюю пробежку. Звук будильника поднял и Халиско, но теперь её глаза были не такими красными.
– Пробежка? – спросила она, ещё заспанная.
– Да. Можешь спать. – она встала и начала переодеваться прямо в комнате в спортивные шорты и топ.
Пока мы разминались на улице, к нам подошла Каади.
– Ох! Я слышала на тебя вчера какой-то псих попытался напасть, всё в порядке? – спросила рыжуля, после чего удивленно уставилась на двухметровую женщину.
– Да. Снова благодаря ей. Она мой телохранитель и водитель. – девушка с интересом почесала голову.
– Ага. Ты с ней спишь что-ли? – Халиско, без особых изменений в лице, продолжила разогреваться.
– Сегодня у меня ночевала, а так она бывший телохранитель президента Мадонии. – рыжая удивилась.
– Ничего себе у тебя охрана. Я – Каади, девушка этого придурка. – нейтральный кивок. – Она неразговорчивая?
– Когда как. – после этого мы начали пробежку. Фоч была, как всегда, неразговорчивой, а Каади даже не замечала её, потому что мы с ней часто под прицелом папарацци.
– Тебе так и не писали из кинокомпаний? – неожиданно для меня спросила Каади.
– Неа. Они считают меня выскочкой и высокомерным. Поэтому пока никто не хочет брать мои сценарии. Я и не тороплюсь. В этот уикенд как-то не удалось, но к следующему точно сниму свой личный фильм.
– Будет круто. Давай поедем куда-нибудь, где будет снег? – спросила она, на что я с улыбкой закивал.
– Ага. Хочу тоже увидеть снег, никогда не видел его. – вообще-то я видел его неоднократно, но в прошлой жизни.
– Есть какие-то планы на сегодня? – спросила Каади с каким-то интересом в глазах.
– У тебя есть какая-то идея? – она улыбнулась мне, от её улыбки я уже начал переживать. – Мой брат предложил мне сегодня прыгнуть с парашютом, решила пригласить и тебя.
– Ему только с инструктором прыгать. Он весит около… – Фоч уставилась на меня, осмотрев с ног до головы. – килограмм тридцати четырех или тридцати пяти.
“У меня очень легкая кость, хоть и крепкая. Так что для стройного тильва это вообще-то нормальный вес”.
– Тридцать четыре килограмма и сто пятьдесят грамм, последний раз взвешивался. – Каади удивлённо уставилась на меня.
– Ты хочешь сказать во мне почти два тебя?! – удивленно выдала моя девушка, на что я опустил голову на бок и улыбнулся.
– Да. Для тильва-подростка такой вес нормальный. Кость тонкая, легкая, так мы ещё и поджарые и худые по своей природе. – она помассировала виски и снова уставилась на меня, осматривая с ног до головы. Потом взяла меня за подмышки и с лёгкостью подняла.
– Какой ты лёгенький. Я даже не представляю, что с тобой Хай сделает если переборщит. В ней сколько? – она меня отпустила.
– Ну, у хрросов кость тяжелая, ещё и рога весомые, ещё и мышцы… Она была сто сорок, когда измерялась перед летом. Двести пять рост и вес сто сорок два. – точно вспомнил ее показатели.
– Ничего себе. Хрроская “малышка”. Фоч, а сколько у вас вес с хвостом? – крокодил задумалась на пару секунд.
– Я вешу около двухсот килограмм.
