кандидатов.
– Конечно, мистер Вантхкайх. – ответил кинорежиссер, актер и менеджер.
– Я понимаю, что вы терпели много неудач и всего остального, но если фильм выстрелит, то у нас будет продолжение частей на пять. В каждой из них потребуетесь все вы. В особенности вы, мистер Нофхард. Мистер Гифхиф, если всё удастся, то актеры получат роли в следующих фильмах. Ну а вы, режиссер, возможно, будете наняты моей будущей студией. – тут все трое удивились.
– Вы хотите создать свою киностудию? – я улыбнулся.
– Конечно же да. Меня в этом году даже не позвали на награждение Гарри Поттера и точно слили во всех остальных номинациях. Может я и надумал, но у меня есть обида. Поэтому, приглашаю всех обиженных в случае успеха. – троица глянула друг на друга, потом на меня.
– Отлично. Я в деле. Посмотрим, как я смогу справиться с главной ролью в новом амплуа. – ответил старик.
– Мне уже надоело кланяться перед всеми режиссерами, у которых был хоть один хороший фильм. Поэтому я и мои актеры, мы выложимся на полную. – ответил уже менеджер.
– Ох… сложная будет задачка. Моя команда тоже в деле. Выложусь настолько хорошо, насколько это возможно! – толстячок воодушевился и сжал руку в кулак.
– Хорошо. Я не обижусь, если фильм провалится, но я хочу чтобы он был снят настолько хорошо, насколько это в наших силах. Главное – не деньги, главное – творчество. – троица улыбнулась моей наивности, но я в одно время тоже актер, пытающийся быть подростком который обожает творчество!
Прослушивание было интересным. Менеджер собрал большое количество актеров и, что мне нравилось, никто не был одарен какой-то выделяющейся внешностью. Все были серые и весьма невзрачные, но, как по мне, это главное, ведь в фильме “Пила” почти все выглядели как обыватели, а не суперзвёзды вроде Тома Кукурузы и Брэда Питта.
На роль Лоуренса Гордона, врача онколога, оказавшийся в подвале, мы нашли идеального кандидата. Мужчина эрийец, блондин, плотного, работящего телосложения и не урод, но и не красавчик. Спокойного доктора отыгрывать он точно сможет. Разве что мы сменили оригинальное имя на более эрийское.
На роль Адама, что был вторым игроком и фотографом, что следит за людьми, подобрали не из народности эри, а талантливого худощавого лесного альва невысокого роста. Мало того, что он подходяще выглядит, так ещё и его голос укладывается в рамки моего видения роли, такой немного бесявый и молодой.
На роль детектива Теппа мы взяли эрийца. Сейчас просто невозможно сделать детектива чёрным, их слишком мало. Пока что надо держаться местной системы, чтобы не получить по шее. Он уже играл в картинах на роли детектива, да и, будучи ветераном второй мировой, вполне вписывается в роль.
Каади успешно прошла на роль Аманды, где нужна молодая белая наркоманка, но крепкая и весьма сильная. Все-таки в моей девушке силы хоть отбавляй, а в фильме её персонаж таскает тела, собирает ловушки и многое другое. Только это уже во второй части. Хотя, мне кажется, что они немного подсудили в её пользу, чтобы порадовать меня, но это не точно.
“Эх… насосала на роль, получается? Хотя она хорошо сыграла”.
Основные персонажи были найдены, эпизодические тоже. Я даже не лез в процесс прослушивания и съемок, да и на съемках больше для галочки появлялся, ибо все шло достаточно хорошо.
– Как всё идет, мистер Годфорф? – спросил я у режиссера спустя пару дней съемок.
– Прекрасно, мистер Вантхкайх. Мы очень хорошо идём. Первые сцены в подвале уже засняли. Актеры очень воодушевлены и заинтересованы.
– Хорошо. Не буду отвлекать всех от процесса. Вы же знаете, что Каади будет сниматься только в субботу и воскресенье? – толстячок показал большой палец.
– Конечно! Наша юная актриса будет сниматься во всех сценах в выходные дни. Думаю, мы спокойно управимся за две недели. Я больше беспокоюсь за мистера Нофхарда, он всё-таки часами лежит на полу.
– Я принимаю успокоительное, чтобы вообще не двигаться. Главное не уснуть. – загримированный под мертвеца старичок усмехнулся и отпил чай.
– У всех всё хорошо? – спросил я уже у съёмочной группы и актеров этого дня.
– Все отлично, мистер Вантхкайх! – ответили мне весьма дружно.
– Хорошо. Тогда я поехал спать. Вы тоже не задерживайтесь. – ответил я с улыбкой пай мальчика.
– Мы ещё снимем ночные сцены на парковке и некоторые другие. Сцену погони снимем в тёмном гараже и просто потрясем машину для экономии бюджета. – ответил режиссер.
– Хорошо. Миссис Халиско, если что, сообщайте мне обо всем. Пока я буду в школе – вы за главного. – крокодил уверенно кивнула.
– Я за всем прослежу, мистер Вантхкайх. – меня немного напрягает, что меня так называют, даже Фоч.
“Эх… надеюсь фильм не попадёт под цензуру и я смогу окупиться. Мне не хочется в срочном порядке писать новую книгу. Пришлось потратить почти все деньги, что я накопил за свою книжную карьеру. Даже редакцию выдоил по максимуму ради фильма”.
В школе Каади восхищенно рассказывала всем про фильм. Она не могла молчать о том, что снимается в фильме, пусть у неё и мало сцен. К тому же, она очень важный персонаж для второй части. Хотя бы это она ещё не рассказала.
Да и когда мой отец привёл съемочную группу в участок, это заинтересовало многих сотрудников. Копы уже стали ждать, какой же фильм снимает сын их коллеги.
Мамы же рассказали о том, что я снова ужасы создаю, отчего расстроились, посетовав, что я не снимаю что-то милее и романтичнее. Сестры молчали как партизаны, ибо не хотели чего ляпнуть лишнего.
Папарацци снова появились вокруг меня, из-за чего работы для Халиско стало больше. Я попросил её выдать небольшие подробности о фильме. Она с радостью рассказала: “Фильм дешёвый, но он очень интересный и захватывать дух будет как “Молчание Ягнят”, благо сценарий просто потрясный”.
СМИ мгновенно подхватили новость о том, что мальчик-гений Сони Вантхкайх решил рискнуть и снять за свои деньги дешёвый фильм с небольшой командой. О некоторые участвующих актёрах стало известно, но и они молчали о содержании фильма. Окрестили же мой фильм провалом за триста тысяч ир.
Что же, по крайней мере это была бесплатная реклама. Кроме того, совершенно неожиданно для меня прилетевшая в Новый Руган на турне Эротия мимоходом прорекламировала мой фильм в Шоу Катриха Хиргина.
– Я буду очень
