Дело сделано. Эви сомневалась, что будет здесь счастлива, но, по крайней мере, у нее появится крыша над головой, пока она не торопясь поищет себе новый дом.
Зазвонил мобильный телефон, Роберт ответил, прокладывая себе путь в потоке транспорта на Гантер-авеню, односторонней дороге, которая делила Гантерсвилл пополам и пробегала между стоящих по соседству больших старых домов, выглядящих так, будто построены на рубеже веков.
— Думаю, она меня заметила.
— Что случилось? — спросил Роберт отрывистым тоном.
— Сначала она просто ездила туда-сюда по всему городу. Пришлось отстать, чтобы меня нелегко было заметить. Она несколько раз сбрасывала скорость, но ни разу не остановилась. Может, искала что-то. Затем въехала на скоростное шоссе, направляясь на юг в сторону Албервилля. Она была на внутренней полосе, я — на внешней. Внезапно, без предупреждающего сигнала, она свернула на автостоянку и едва не попала в аварию, совершая этот маневр. Я находился не на той полосе и не смог последовать за ней. К тому времени, как развернулся, она исчезла.
— Проклятие.
Роберт чувствовал одновременно усталость и гнев. Едва он уверился, что Эви невиновна, как она неожиданно начала вести себя подозрительно. Эви, совершенно очевидно, переживала за пристань, но у нее на уме имелось что-то еще, что она пыталась скрыть. Этим утром его охватила насущная необходимость удержать ее на весь день рядом с собой, таким образом ограждая от совершения какой-нибудь глупости. Роберт не привык, чтобы женщины отказывали ему в какой-либо просьбе, но у Эви, кажется, с этим не было никаких проблем. Она сказала «нет» с обидной легкостью.
Разъяренный, он даже попытался соблазнить ее остаться с ним и лишь утратил при этом самообладание, чего, как он поклялся, больше не произойдет. И после этого она все же отвергла его предложение.
— Я снова сяду ей на хвост, когда она приедет на пристань, — произнес мужской голос ему в ухо. — Простите, сэр.
— Это не ваша вина. Ни одна слежка не идеальна.
— Да, сэр, но мне приходится проявлять осторожность, чтобы не дать ей заметить слежку.
— В следующий раз возьмите две машины, чтобы меняться.
— Да, сэр.
Роберт закончил разговор и убрал трубку на место. Потребовалась вся его сила воли, чтобы не поехать на лодочный причал к Эви и не вбить в нее немного здравого смысла, как только увидит. Но он должен доиграть партию до конца.
У него имелись собственные дела, например, посещение продуктового магазина, как бы приземлено это ни звучало. Обычно он этим не занимался, но это не было обременительной обязанностью, и он не возражал. Южане закупку продуктов наполняли с той же непринужденностью, что характеризовала почти все, что они делали. Покупатели прохаживались вдоль рядов, задерживаясь, чтобы поболтать со случайно встреченными знакомыми или заговорить с незнакомцами. В первый раз, когда Роберт зашел в большой бакалейный магазин, его поразила мысль, что житель Нью-Йорка тратит на отдых в парке больше энергии, чем южане на поход за покупками. Но в чужой монастырь… Он научился замедлять свой темп, чтобы не налетать на пожилых леди, которые останавливались, чтобы обменяться приветствиями.
Однако сегодня Роберт был не в благодушном настроении. То, что он предоставил Эви самой повеситься на той веревке, которую он услужливо подкинул ей и Мерсеру, шло вразрез с его натурой защитника. Роберт хотел унести ее отсюда, похитить, если понадобится. Но если она связана с Мерсером, то это может спугнуть других, и, возможно, их никогда не поймают. Неполная ясность ситуации сводила Роберта с ума.
Еще два дня. Из перехваченных телефонных разговоров они знали, что Мерсер передаст очередные украденные данные послезавтра. Эви не удалось продать ни одну из прокатных лодок, следовательно, одной проблемой для Роберта меньше. Не имело значения, какую моторку возьмет Мерсер, поскольку на каждой установлен жучок. В течение двух дней всё, кроме зачистки, будет закончено. Через три дня, если план сработает, он вернется в Нью-Йорк. Вместе с Эви.
Ему не нужно много еды, только чтобы хватило на три дня, но у него закончился кофе, а питаться в ресторанах Роберт не хотел. Он с отсутствующим выражением лица шагал по проходам между полками с продуктами, планируя ремонтно-восстановительные работы, которые надо будет проделать. Действуя со своей обычной решительностью, Роберт за пятнадцать минут закончил с покупками и вышел из магазина. Однако, когда он проходил через автоматические двери с пакетом в руках, женщина, заходящая внутрь через другие двери, остановилась и посмотрела на него.
— Роберт.
Он тоже остановился, мгновенно узнав сестру Эви, Бекки. Позади него выходил другой покупатель, и Роберт отошел с прохода.
— Привет, Бекки. Как поживаете? — он слабо улыбнулся. — И как Джейсон? Я его больше не видел на лодочном причале.
— Разве Эви не сказала вам? Ему нельзя ходить на пристань до конца лета. Это настоящее наказание для него, — сухо произнесла Бекки. — Причал — одно из его любимых мест. — Она тоже отступила в сторону от дверей. — Нет смысла стоять здесь, блокируя проход. Я провожу вас до машины.
Они прошли по горячему липкому асфальту. Жара была удушающей, и на коже практически мгновенно начал выделяться пот. Роберт с иронией ждал, отчетливо видя на лице Бекки решимость. Покровительственная старшая сестра хотела откровенно поговорить с ним, дабы удостовериться, что он не причинит Эви боль.
Они достигли внедорожника, и Роберт убрал продукты внутрь, оставив дверь открытой, чтобы жар внутри салона хоть немного рассеялся. Он оперся на автомобиль и спокойно посмотрел на нее.
— Вы беспокоитесь об Эви? — поторопил ее Роберт.
Она бросила на него удрученный взгляд.
— Меня так просто прочитать?
— Она упоминала, что вы немного покровительственная, — пробормотал он.
Бекки рассмеялась и отбросила волосы со лба. Они были темнее, чем у Эви, но в этот момент Роберт заметил сходство в выражении лица и в хриплых нотках их голосов.
— Синдром старшей сестры, — сказала она. — Я раньше не была такой, только с тех пор как…
Она прервалась, и Роберт почувствовал, как зашевелилось его любопытство.
— С тех пор, как что?
Бекки ответила не сразу, вместо этого обратив взгляд на поток транспорта на шоссе. Это была тактика промедления, чтобы дать себе время подумать и выстроить ответ. Он терпеливо ждал.
— У вас с ней серьезно? — резко спросила она.
Роберт не привык к допросам о своих намерениях, серьезных или нет, но подавил порыв раздражения. Бекки спрашивала лишь из беспокойства за Эви, той эмоции, которую он тоже разделял. Очень ровным тоном Роберт произнес:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
