как-то помочь.
— Плохо… — нахмурился я, просчитывая варианты. — Значит наш левый фланг, считай, теперь оголен. Передай Онгу, что мы постараемся сделать все, что в наших силах, но если в течение суток не дадим положительный ответ, пусть действует, как считает нужным. За одно уточни, сколько союзных Мастеров вместе с ним попали в окружение, чтобы мы примерно понимали его возможности.
— Сделаю.
Вскоре пришел ответ. Вместе с Онг Чиа в окружение попало еще два мастера.
— Получается, у них мастеров столько же, сколько и у нас… — быстро прикинул я. — При этом атакуют их силы раза в три больше, если считать только в количестве высокоуровневых энхансеров. Значит, британцы сначала хотят разобраться с ними… И по-прежнему думают, что у нас только один мастер. Недооценка наших сил сыграет с ними самую злую шутку в их жизни. Дорогие товарищи-командиры, вот что я предлагаю…
* * *
Около двухсотен элитных рейнджеров рассредоточившись пробирались в ночи, чтобы окружить область, в которой предположительно засели партизаны Луньес. Двигались они со стороны юга, высадившись на границе Центрального и Северного Калимантана, и были оснащены по самому последнему зову техники, поэтому ночные джунгли почти не являлись для них преградой.
Никто из рейнджеров не был ниже второго ранга энхансера, числилась пара десятков третьего, поэтому их скорость продвижения была намного быстрее, чем это могли бы позволить себе обычные силы спецназначения. Более того, командование выделило им в помощь двух энхансеров четвертого ранга, поэтому рейнджеры не опасались даже прямого столкновения с более многочисленными силами партизан. При таком сценарии их основная задача — задержать противника, навести координаты артиллерии и дождаться высадки подкрепления с воздуха.
Командир рейнджеров изрядно удивился, когда они вышли к целевым координатам, так и не встретив дозора противника. Цепочка замкнулась, партизаны окончательно попали в кольцо. Неужели миссия выполнена? Осталось окопаться и доложить на…
Однако ровно в этот момент в джунглях позади них послышались приглушенные рыки, а затем тыловые подразделения вступили в ожесточенный бой с неизвестным противником, который прекрасно ориентировался в ночи.
Глухую ночь озарили вспышки выстрелов, а затем и взрывы гранат. Положение рейнджеров затруднялось еще и тем, что они были рассредоточены на большую область и лишь ограниченно могли помочь друг другу.
— Это звери-мутанты! Второй и третий ранг! А-а! — закричал в наушник один из офицеров, после чего в динамике раздалось раскатистое урчание и треск помех.
— Всем двигаться в квадрат эль! Повторяю, всем двигаться в квадрат эль! — сцепив зубы, приказал командир рейнджеров.
Пока он колебался, что делать и вызывать ли воздушное подкрепление, крупные кошки расправились как минимум с двумя десятками солдат, нападая на людей группами по двое и по трое, разрушая энброни рейнджеров множеством ударов когтей, обернутых во внутреннюю энергию.
Но самым странным, как потом выяснилось, оказалось то, что довершающие удары приходились в сочленение экипировки солдат. Кошки словно знали, куда и как нужно атаковать, чтобы быстро вывести противника из строя… Чтобы затем тут же накинуться на соседнего! А встречаясь в бою с энхансерами третьего ранга — они тут же отступали и находили себе более легкую цель!
Один из рейнджеров-энхансеров третьего ранга смог серьезно ранить одну из кошек, как внезапно на него напали сразу две кошки, чьи эндоспехи светились от голубой энергии! Даже с одной он бы вряд ли справился… Его биоэнзащита лопнула менее чем через десять секунд!..
Командиру рейнджеров постоянно поступали обработанные ИИ данные о потерях и действиях противника, которые мелькали на периферии зрения его тактического боевого шлема. Наконец он заподозрил неладное — уж слишком целенаправленно звери расправлялись с его бой…
…В следующий момент его голову прожгли из гаусс-винтовки, и пользуясь сумятицей в рядах рейнджеров, огромный отряд партизан колонной бегом двинулся на прорыв. Теперь почти каждую секунду кто-то из рейнджеров лишался жизни или падал на землю серьезно раненым — несколько групп партизанских снайперов прицельно работали по самым активным отрядам противника, которые продолжали сопротивляться звериному натиску или пытаться остановить прорыв партизан.
Ближайший энхансер четвертого ранга двинулся было колонне противника наперерез, как ему дорогу преградил здоровенный мускулистый мужчина, который размашистым ударом своего молота на излете вышиб полуметровые щепки из ближайшего дерева-исполина. Слегка побледнев, мастер тут же понял, что так просто к колонне его не пропустят…
…В британский штаб уже успел поступить сигнал о помощи, в воздух поднялись сверхскоростные реактивные вертолеты, однако к тому моменту, как по предполагаемой траектории движения противника прилетел первый артиллерийский снаряд — партизаны малыми группами рассредоточились по джунглям, уходя вглубь гор и лесов в сторону Центрального Калимантана.
Кошек-мутантов и след уже простыл. Вместе с ними исчезли и три фигуры партизан, чей синий блеск ауры уже наверняка заинтересовал британское командование…
* * *
Нужно отдать рядовым рейнджерам должное — лишившись сразу нескольких командиров и невзирая на потери, они очень быстро смогли прийти в себя, снизить урон к минимуму и достойно поогрызаться в нашу сторону. Профи, что сказать.
Бросил взгляд в спину последнего скрывшегося подчиненного и удовлетворенно переглянулся сначала с Селией, а затем и подоспевшим Дунканом, который уже успел слегка «подвигаться» с британским мастером, пока мы с Луньес выступали натуральными щитами для колонны, принимая на себя самые серьезные и опасные контратаки противника.
— Ну и как он тебе, Дунк? Пересчитал косточки? — спросил я, разгоняясь по ночным джунглям.
Глава 25
Дункан не отставал. Боевой молот болтался у него за спиной. Периодически своей могучей рукой он заслонял хрупкие окуляры шлема ночного виденья. Перед нами постоянно на большой скорости мелькали опасно торчащие ветки и свисающие мотки лиан. С его комплекцией — Дункану приходилось намного тяжелее, чем нам с Селией.
— Он больше делал вид, что атакует, — разочарованно отмахнулся мой боевой товарищ. — Как и те двое при вчерашнем наступлении. Едва пощупал, как меня едва не закидали десятками гранат…
— Вся суть знатных бриташек! — усмехнулся я. — Мастера умирать здесь не хотят… И даже выкладываться будут, наверное, только при реальной угрозе жизни. И это для нас не то чтобы плохо…
— Схожие мысли, Двейн.
— Потом поболтаете! — обернувшись, тихонько шикнула Луньес, бежавшая первой. — Шевелитесь, а то не успеем!
Мы рванули с удвоенным темпом. Путь наш лежал в западном направлении, километров сто, может чуть больше. Мы смогли ловко взбудоражить британцев своим прорывом. Но ночь еще не закончилась…
Ларавель осталась за главную, провожая отступающие силы. Помимо
