Революционные события в Австрии и в других европейских странах, демонстрации во Львове вызвали волнения во всем крае. В центре политической жизни оказался крестьянский вопрос. Крестьяне выражали недовольство попытками правительства урегулировать размеры барщины. Помещики и австрийские власти боялись нового крестьянского восстания. В связи с этим Центральная рада народова обратилась с призывом к шляхте немедленно добровольно освободить крестьян. Однако помещики не откликнулись на этот призыв.
Предотвратить восстание стремилась и местная администрация. Губернатор Стадион в донесениях в Вену предупреждал, что австрийское господство в Галиции под угрозой, крестьянство не может быть опорой правительства, а в его ненависти к шляхте скрывается опасность повторения событий 1846 г. Австрийское правительство после обсуждения положения в Галиции 17 апреля дало указание губернатору немедленно объявить об отмене барщины.
22 апреля в Галиции был объявлен циркуляр губернского управления о том, что с 15 мая 1848 г. «все барщинные работы и подданнические дани отменяются за вознаграждение в будущем за счет государства». Соответствующий императорский указ был опубликован позже. Оставляя временно в силе сервитуты — права крестьян на пользование лесами и пастбищами, он обязывал их вносить плату за них помещикам на основе «добровольного» соглашения.
Таким образом, страх перед возможностью нового крестьянского восстания вынудил правящие круги Австрии отменить барщину в Галиции «сверху» почти на 5 месяцев раньше, чем в других провинциях монархии.
Отмена барщины предотвратила восстание, но не удовлетворила крестьянство. Оно было недовольно прежде всего неопределенностью вопроса о сервитутах. Стремление помещиков лишить крестьян прав пользования пастбищами и лесами и толкнуть их в кабалу отработок стало причиной многочисленных активных крестьянских выступлений.
С апреля по ноябрь 1848 г. возвратить потерянные пастбища силой пытались жители сел Высечка, Горошева, Лагодов, Ремезовцы, Словита, Литвинов, Скоморохи, Ямница, Монастыриска, Нисколизы, Соколов и др. (всего 45 сел). Благодаря своим решительным действиям крестьяне во многих округах овладели землями, ранее захваченными у них помещиками. Подавляя крестьянские выступления, австрийские власти использовали военную силу.
Весной и летом 1848 г. во время полевых работ крестьяне прибегали к массовым бойкотам, отказываясь работать в помещичьих имениях даже за деньги. Губернское управление 19 июля уполномочило окружные староства силой заставить крестьян начать работу на господских полях. Но это не дало желаемого результата. Крестьянство все решительнее выступало против помещиков, за свои права.
Национально-освободительное движение в Восточной Галиции. С развитием революции активизировалась борьба народных масс против национального гнета. Вскоре после мартовских событий во Львове некоторые представители прогрессивной интеллигенции высказались за выдвижение украинским населением отдельных требований перед правительством. Использовать украинское освободительное движение в своих интересах решила далекая от народа и известная своим консерватизмом верхушка униатского духовенства. 19 апреля 1848 г. представители высшего духовенства вручили губернатору Стадиону петицию на имя императора, в которой от имени украинского населения выдвигались довольно умеренные требования: введение в школах и делопроизводстве учреждений Восточной Галиции украинского языка, доступ украинцам ко всем должностям и уравнение в правах духовенства всех вероисповеданий. В петиции совершенно не затрагивались жгучие социальные проблемы, от решения которых зависела судьба широких народных масс, в частности, не упоминался вопрос о барщине. Авторы петиции заверяли императора в своей лояльности.
Молодая украинская буржуазия, еще только выходившая на политическую арену, также стремилась использовать освободительное движение народных масс в своих классовых интересах и шла на сговор с высшим духовенством. Результатом такого сговора было создание представителями буржуазии, чиновничества, интеллигенции, духовенства постоянно действующего политического органа, который должен был представлять украинское население Восточной Галиции в центральном правительстве. 2 мая во Львове было объявлено об основании «Головної руської ради». Ее председателем был избран епископ Г. Яхимович.
Неоднородный социальный состав «Головної руської ради» не мог не породить идейно-политические противоречия между ее членами. В «Раде» имелось два крыла. Одно из них составляла верхушка униатского духовенства и буржуазии, другое — представители интеллигенции и низшего духовенства. Если первое, как указывал И. Франко, прислушивалось к тому, что делается в Вене и что говорят в наместничестве, то второе (к нему принадлежали такие члены «Рады», как И. Борисикевич, Ю. Лавровский, Е. Прокопчиц) вынуждено было в определенной степени считаться с требованиями народных масс[151]. В целом же «Головна руська рада» представляла собой буржуазно-либеральную организацию, на деятельности которой существенно сказалось влияние реакционного высшего духовенства.
Печатным органом «Головної руської ради» стала газета «Зоря Галицька», начавшая выходить на украинском языке с 15 мая 1848 г. В воззвании к народу «Рада», подчеркнув, что население Восточной Галиции — это часть украинского народа, призывала его использовать завоеванные революцией буржуазно-демократические свободы, создавать на местах «Рады». Вместе с тем «Рада» недвусмысленно заявляла о своей преданности конституционной монархии.
Программа «Головної руської ради» содержала требования буржуазных реформ в области промышленности, сельского хозяйства, социальных отношений, культуры и обеспечения свободного национального развития украинского населения Восточной Галиции. Эта программа выражала главным образом классовые интересы украинской либеральной буржуазии, по своей природе неспособной выдвинуть более радикальные требования. Но в борьбе за реализацию даже этой ограниченной программы, осуществление которой было необходимой предпосылкой буржуазного развития, «Головна руська рада» проявила непоследовательность и недостаточную настойчивость. Вот почему деятельность «Рады» вызвала справедливую критику со стороны прогрессивной общественности.
В отличие от «Головної руської ради» местные «Рады», возникшие в городах, местечках и некоторых селах Восточной Галиции, были более демократичными по своему составу. Всего было организовано около 50 местных «Рад» (из них 12 окружных). В их состав избирались главным образом интеллигенция (учителя, учащаяся молодежь), крестьяне, мещане, низшее духовенство. Организаторами местных «Рад» были М. Верещинский, И. Кобрынский, Я. Головацкий, Р. Мох, И. Бирецкий и другие литераторы, общественно-политические и просветительные деятели. Активно включались в деятельность местных «Рад» и некоторые участники антикрепостнического подполья 30-х годов и бывшие политзаключенные — И. Охримович, С. Мейский, В. Секало и др. Благодаря своему демократическому составу и прогрессивному руководству многие «Рады» развернули активную общественно-политическую и культурно-просветительную работу и завоевали признание и популярность среди народных масс.
Активизация национально-освободительного движения сопровождалась дальнейшим развитием связей Восточной Галиции с Россией и Украиной. Некоторые прогрессивные деятели (В. Подолинский, автор листовки «Украинец к полякам», опубликованной под псевдонимом Федько из-над-Полтвы, анонимный автор трактата «Условия согласия между Польшей и Русью») в своих публицистических выступлениях высказывали веру в свободную, республиканскую, демократическую Россию и Украину, возлагали надежды на то, что настанет время, когда великий и могучий русский народ осознает свою силу и обеспечит национальное освобождение других народов, в том числе украинского. Общественно-политический деятель И. Борисикевич, присутствовавший на Славянском съезде в Праге, познакомился с М. А. Бакуниным, от которого получил и сохранил французский оригинал его проекта «Основы новой славянской политики», проникнутого идеями революционного преобразования славянского мира и создания федерации славянских демократических республик на руинах феодально-абсолютистских монархий Европы.
Призывы к использованию культурного наследия русского и украинского народов звучали с трибуны съезда деятелей науки, просвещения и культуры Восточной Галиции, состоявшегося во Львове в октябре 1848 г. Секция школ предлагала наряду с другими европейскими языками ввести в гимназиях преподавание русского языка. Секция философии приняла решение о необходимости выписывать из России новейшие книги по философии, математике, физике. Писатель Н. Устиянович призывал участников съезда набираться сил у «громкого Шевченко».
