Речь И. Капущака, прозвучавшая как гневное обвинение всей феодально-крепостнической системе, стала знаменательным событием политической жизни всей страны и нашла отклик в периодической прессе европейских стран. Ее содержание было напечатано в «Новой Рейнской газете», издаваемой К. Марксом и Ф. Энгельсом.
Требования И. Капущака поддержали все крестьянские депутаты Галиции и Буковины, которые вместе с другими демократами голосовали против выплаты выкупа помещикам. Однако большинством голосов рейхстаг провозгласил отмену феодальных повинностей за выкуп, две трети которого должны были выплатить крестьяне, а треть — государство. 7 сентября 1848 г. этот закон утвердил император. Закон предоставлял крестьянам гражданские права, право собственности на землю, находившуюся в их пользовании, но вместе с тем отменил их сервитутные права, назначив мизерное вознаграждение.
За отмену ^барщины помещикам Восточной Галиции был назначен большой выкуп — 58,9 млн. гульденов (145,6 млн. руб.), основная часть которого легла на плечи трудового крестьянства. Выплата выкупных платежей, сумма которых вместе с процентами возросла более чем вдвое, продолжилась до начала XX в. В собственность крестьянства перешло менее половины земельных угодий края. В основной своей массе крестьяне оставались малоземельными и экономически несостоятельными, значительная часть (халупники, каморники) была «освобождена» без земли и сразу же попала в экономическую кабалу к помещикам. В собственность последних перешли почти все леса и пастбища, за пользование которыми крестьяне теперь вынуждены были отрабатывать или вносить большую плату.
Аграрная реформа имела определенное прогрессивное значение для развития капитализма. Она проводилась в интересах помещиков и определила капиталистическую эволюцию сельского хозяйства Восточной Галиции по прусскому пути, наиболее тяжелому для широких масс крестьянства, когда, по словам В. И. Ленина, «крепостническое помещичье хозяйство медленно перерастает в буржуазное, юнкерское, осуждая крестьян на десятилетия самой мучительной экспроприации и кабалы, при выделении небольшого меньшинства «гроссбауэров» («крупных крестьян»)»[153].
В результате реформы помещики сохранили и упрочили свое господствующее экономическое и политическое положение, что стало серьезным препятствием на пути экономического развития Восточной Галиции и обусловило сохранение целого ряда феодальных пережитков в сельском хозяйстве, в частности отработочной системы.
Грабительская по своему характеру реформа привела к углублению противоречий между крестьянами и помещиками, обострению классовой борьбы на селе, получившей широкий размах на последнем этапе революции в Австрийской империи весной и летом 1849 г. В это время участились случаи самовольного возврата крестьянами захваченных у них помещиками общинных земель, лесов, пастбищ.
По неполным данным, крестьянские волнения охватили около 100 сел и имений Восточной Галиции. Большинство этих выступлений подавлялось с помощью войск.
Борьба за автономию Восточной Галиции. Начиная с середины 1848 г. развернулась борьба за превращение Восточной Галиции в отдельную провинцию, за ее территориальную автономию. «Головна руська рада», надеясь на создание в условиях автономии благоприятных возможностей для экономического и политического утверждения украинской буржуазии, 9 июня выступила перед императором с требованием разделить край на две автономные провинции: восточную (украинскую) с центром во Львове и западную (польскую). Местные «Рады» собрали среди населения свыше 200 тыс. подписей в поддержку этого требования. Однако Рада народова, «Руський собор», наместник Галиции активно противодействовали стремлениям и действиям «Головної руської ради». Австрийское правительство также игнорировало требования «Головної руської ради» и желания трудящихся масс украинского населения.
Во второй половине 1848 г. значительное распространение получило движение за создание украинской национальной гвардии в противовес организованным в начале революции под видом национальной гвардии шляхетским вооруженным отрядам, которые польская шляхта и буржуазия пытались использовать в своих интересах. Если украинской буржуазии национальная гвардия была нужна для укрепления ее классовых позиций, то народные массы усматривали в ней силу, способную противостоять эксплуататорской верхушке и защитить завоевания революции.
В окружные управления поступало множество заявлений от жителей сел, местечек и городов с требованиями разрешить создание отрядов национальной гвардии, обеспечить их оружием и т. п.
Во многих селах отряды национальной гвардии возникали стихийно. Были попытки организовать их во Львове, Станиславе, Бережанах, Тернополе. В Яворове в украинскую национальную гвардию поступило свыше 300 мещан-ремесленников.
Стремление народных масс вооружиться серьезно встревожило австрийские власти. Губернское управление циркуляром от 16 октября 1848 г. категорически запретило организовывать отряды национальной гвардии в селах, а уже созданные без разрешения властей распорядилось распустить, в случае необходимости даже с помощью военной силы.
Вооруженное восстание во Львове. Наступление реакции. Начиная с лета 1848 г. силы контрреволюции в Галиции, как и во всей Австрии, восстановив и укрепив свои позиции, стали переходить в контрнаступление. В ответ на это во Львове консолидировались и объединяли свои ряды революционные силы — рабочие, ремесленники, студенты, мелкобуржуазная интеллигенция, готовившиеся к решительному бою с контрреволюцией. Активизации трудящегося населения города в борьбе против Габсбургов в известной степени содействовала пропаганда освободительных идей и принципов утопического коммунизма, проводившаяся революционными демократами во главе с Э. Дембовским еще накануне национально-освободительного восстания 1846 г. Способствовали подготовке восстания и буржуазные демократы — представители Польского демократического общества В. Гельтман, П. Дараш, М. Домагальский, прибывшие в начале революции в Галицию. Отказавшись от сотрудничества с либералами в Раде народовой, пытавшейся сдержать революционный порыв народных масс, они развернули активную пропаганду среди городской бедноты, поднимая ее на борьбу против австрийского абсолютизма.
Пожар в ратуше и баррикады во Львове во время восстания 2 ноября 1848 г. Акварель середины XIX в.
В активизации подготовки вооруженного восстания важную роль сыграла статья К. Маркса в «Новой Рейнской газете» «Июньская революция»[154], сообщавшая о героическом выступлении пролетариата Парижа. И июля 1848 г. эту статью под заглавием «Еще раз об июньской революции» перепечатала львовская «Газета народова».
Большие надежды возлагали демократы на национальную гвардию, «пополнившуюся летом демократическими элементами, и на студенческий, так называемый академический легион, в котором было немало украинцев.
После получения известия о революционных боях в Вене положение во Львове в конце октября стало исключительно напряженным. Не проходило и дня без столкновений между правительственными войсками и национальной гвардией. 1 ноября 1848 г. оружейные залпы по народу послужили сигналом к восстанию. Прозвучали призывы: «К оружию! На баррикады!». Рабочие и ремесленники, собравшиеся на площади Рынок, начали строить баррикады. В течение ночи баррикады выросли на всех прилегающих к площади улицах.
Весь центр города оказался в руках восставших. Народ поспешно вооружался ружьями, косами, топорами, саблями, кольями, разбирал все, что было в оружейных магазинах и скобяных лавках. Действиями по захвату оружия руководили портняжный подмастерье Иван Крипякевич, сапожник Осоцкий, часовой подмастерье Маевский, слесарь Грибовский и др.
Современники единодушно подчеркивали самое активное участие в восстании городской бедноты — «черни» — рабочих, ремесленников, прислуги. Во время восстания, по свидетельству очевидцев, выступило «новое войско — пролетариат, вооруженный косами и топорами на длинных кольях»[155]. К повстанцам присоединились академический легион, часть национальной гвардии. Среди восставших были украинские студенты. На баррикадах звучали революционные песни. На улице Армянской на баррикаде появилось красное знамя. Но в то время как городская беднота вступила в неравный бой с контрреволюцией, умеренные и правые элементы Рады народовой, руководство национальной гвардии и Комитета общественной безопасности стремились сдержать революционный порыв восставших.
В 10 часов утра 2 ноября по приказу командующего австрийскими войсками в Галиции начался артиллерийский обстрел города. Во время обстрела было убито 55, ранено 75 человек, преимущественно рабочих и ремесленников. В городе возникли многочисленные пожары. Сгорели здание университета, большая университетская библиотека, театр, политехническая академия, городская ратуша. Повстанцы держались героически, но силы были неравными, и восставшие вынуждены были капитулировать. 3 ноября в городе ввели военное положение. Несколько сотен участников восстания были преданы военному СУДУ» национальная гвардия распущена, запрещены разного рода собрания и политические общества, закрыты все периодические издания. 10 января 1849 г. военное положение было распространено на всю Галицию.
