Наконец путь им преградила новая дверь. Земляне остановились возле нее. Фотоэлемент не сработал. Бежавший впереди Сумароков забарабанил по двери кулаками и отчаянно заверещал:
– Откройте! Откройте! Спасите нас!
– Попробуем так, – проговорил Байрам, поворачивая рычаг сбоку от двери.
Тотчас створка ушла в стену, и земляне через небольшой шлюзовый коридорчик выбрались в обширный зал, оборудованный несколькими иллюминаторами. Пропустив всех, разведчик потянул за точно такой же рычаг, как снаружи, и створки люка съехались, закрывая проход.
– Уже легче! – вздохнул Байрам.
Люди осматривались с надеждой. Они оказались в большом белом зале, который разделяли на несколько частей невысокие серые перегородки. Огромные шкафы возвышались по правую и левую сторону помещения, упираясь в потолок. На полу стояли желтые боксы и множество разнообразной техники. Больше всего зал напоминал лабораторию или орбитальный завод. Два огромных иллюминатора открывали ужасающую картину – объятое огнем, развороченное ядро станции. В безвоздушное пространство рвались языки пламени. Разгерметизированный «Госпиталь» стремительно терял энергию и кислород.
– Хотел бы я знать, надолго ли хватит автономных систем жизнеобеспечения, – проговорил Байрам. – А основной станции, похоже, каюк. Если мы ничего не предпримем, то и нам вместе с ней.
– А когда придет помощь, неизвестно, – добавил Антон.
– Какая помощь? – буркнул Яловега. – Ты на своих друзей хвостатых, что ли, надеешься?
– Придумайте же что-нибудь! – крикнул Коля Сумароков, с надеждой глядя на остальных.
– Что тут можно придумать! – пробормотал Кияшов. – Разве что распечатать вот эту дверь…
Договорить он не успел. Створка сама отъехала в сторону. На пороге стоял хвостатый в синем халате, прикрывающем бурый мех, с кривым ножом в руке.
Антону показалось, что он уже видел этого аурелианина прежде. Впрочем, точно сказать он бы не смог… Они все казались ему похожими друг на друга, словно братья-близнецы. Только по оттенку меха и можно было отличить одного от другого.
– Станция погибла, – проговорил хвостатый, казалось, он совсем не удивлен появлением землян. – Но у нас еще есть шансы спастись. Нужно только отсоединить модуль от основного комплекса.
– Ты кто такой? – спросил Яловега. – Чего с ножом разгуливаешь?
– Я тоже на станции, и довольно об этом, – ответил аурелианин. – Я рад, что вы все еще живы. Если вы и дальше хотите дышать и двигаться, расположитесь где-нибудь. Ничего не трогайте и не мешайте мне. – Он сделал широкий жест, указывая на шкафы и пластиковые боксы, словно предлагал землянам залезть в какой-нибудь из них.
– Послушайте, уважаемый, – проговорил Байрам Камаль, – мы хотим знать, что вы задумали. Полагаю, мы имеем на это полное право.
Остальные поддержали его, твердо заявив о своем желании знать, что хочет предпринять инопланетянин. Услышав чужую речь, земляне, словно по команде, начали говорить на языке аурелиан. Видимо, сказывалась сила внушения в телепатически-гипнотических машинах.
– Мы действительно в лечебном центре и абсолютно свободны, или мы не имеем права на свободное перемещение? – продолжил разведчик. – Повторяю вопрос, кто вы такой?
– Я исследователь и хирург, – пояснил аурелианин и вздохнул, по всему было видно, что ему совсем не хочется вступать в общение с людьми. – Я, как обычно, занимался исследованиями, когда все началось. Нас подбили! К сожалению, ретлианцам удалось отследить движение станции. Мы предполагали, что это произойдет, но не успели предпринять мер к ее защите. Иногда ретлианцы действуют совершенно непредсказуемо. В мои намерения вовсе не входит причинить вам зло. Не беспокойтесь. Чтобы заверить вас в моих дружественных намерениях, я назову вам свое имя. Меня зовут Джакат.. – Аурелианин приложил два пальца к виску.
– Ясно, – кивнул Яловега и повторил жест. – Только пора бы нам, друг, отсюда отваливать. Тебе не кажется, Джакат, что мы тут слишком задержались? Никого там уже нет, на станции вашей. Температура поднялась градусов до семидесяти, кислорода совсем не осталось. Отчаливать надо. Понял? Нет?
– Отчалим, когда придет время, – ответил аурелианин, отвернулся, отошел к дальней стене и принялся копаться в щитке. Из-за его плеча можно было рассмотреть переплетение проводов и вплавленные в пластик микросхемы.
– Не верю я ему. Дать бы ему по башке! – сказал Кияшов по-русски. – Но мы ведь не знаем, как управлять этой станцией. Или модулем…
– Узнать несложно, – ответил Байрам Камаль. – Не велосипед и не полинезийская пирога. Управление рассчитано на цивилизованных существ.
– А ты себя к таким относишь? – поинтересовался Яловега.
– Себя – да. Тебя – нет, – не остался в долгу разведчик.
– Вы действительно полагаете, что мы справимся? – спросила Инна.
– Уверен, – ответил Байрам. – Но против воли хозяев идти нехорошо. Все-таки мы здесь гости. Аурелиане ничего плохого нам пока не сделали. Предлагаю подождать несколько минут. И тогда уже действовать по обстановке.
– Мы все погибнем, – снова запричитал Сумароков. – Сейчас снаряды рваться начнут. Или еще одну торпеду по станции запулят снизу. И все, нам тогда конец! А вдруг она влетит прямо в этот отсек?!
– Что ты несешь? – поморщился Антон. – Не сей панику!
Но паника уже была посеяна.
– Не дайте пропасть, братцы! – заорал Яловега, прыгнул вперед и схватил инопланетянина за торчащий из-под халата хвост. Аурелианин зашипел от неожиданности и боли. Механик что было сил рванул хвост на себя. Джакат упал на пол и рефлекторно взмахнул ножом, отмахиваясь от нападающего человека. Байрам Камаль поспешил, чтобы перехватить руку аурелианина, но нож в последний момент изменил направление движения и задел разведчика.
Если бы в руках Джаката был обычный клинок, вряд ли он причинил бы Байраму серьезный вред. Но операционный нож аурелиан, должно быть, использовал вибрацию или какое-то излучение. Встретившись с телом, он рассек грудь разведчика, подобно лазерному лучу. Алая кровь брызнула во все стороны. Байрам снопом рухнул на пол. А залитый кровью землянина Джакат в ужасе закричал и уронил нож на пол.
Яловега продолжал тянуть аурелианина за хвост. Заметив, что Джакат лишился ножа, на него кинулся и Кияшов. Старпом принялся с самым сосредоточенным видом выворачивать хвостатому руки. О том, чтобы стать инопланетянам ближе и вести себя покультурнее, он, увидев, что произошло с разведчиком, забыл напрочь.
Доктор Химель поспешил к Байраму, попытался зажать рану, другой рукой нащупывая пульс. Пульс не прощупывался. Широко открытые глаза разведчика уже начали стекленеть, он смотрел в потолок, а по его подбородку текла пузырящаяся кровь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
