– Мертв, – объявил Химель. – Мертв… После всего, что было… После всего…
– Сейчас мы эту хвостатую тварь тоже прирежем, – прошипел Яловега. – А ну-ка.
– Нет! – закричал Сумароков. – Он знает, как сажать корабль! Не убивайте его!
– Соображаешь, парень! – выдавил Кияшов и ребром ладони ударил аурелианина по шее.
Джакат сразу обмяк и стал похож на тряпичную куклу. Старпом поставил его на ноги и отвесил пощёчину, чтобы тот пришел в себя.
– Ты убил нашего товарища! – прорычал Яловега, примеряясь для нового удара.
– Нет! – закричал Антон. – Джакат действовал не злонамеренно. Более того, виноват в смерти разведчика был именно Яловега, напавший на аурелианина.
Делакорнов подобрал нож, пока это не догадался сделать кто-нибудь другой. Обладание оружием в такой неспокойной ситуации давало определенные преимущества. Антон собирался помешать Яловеге убить аурелианина. Они еще не вырвались ни со станции, ни с планеты, принадлежащей «хвостатым». Да и сколько еще аурелиан в этом модуле – большой вопрос.
– Дай сюда нож, – исподлобья глядя на Делакорнова, сказал Кияшов.
– Он мне тоже нужен, – ответил Антон.
– Что, бунт на корабле? – ощерился старпом.
– Считайте как хотите. Нож я оставлю себе. Попробуйте отберите, если сможете.
Кияшов сплюнул:
– В то время как мы боремся с инопланетной нечистью, ренегаты пользуются плодами нашего труда. Видал, Кирилл Янушевич?
– Господи, да прекратите вы ругаться между собой! – крикнула Инна. – Подумайте лучше, как заставить его сделать то, что он собирался, и спасти нас!
Делакорнов нахмурился. По залу пробегали красные огни – отражение сполохов за иллюминаторами. Ситуация казалась почти безвыходной.
– Пусть Антон будет главным! – сказала Инна. – Он человечнее вас всех. И будет заботиться обо всех, а не только о себе!
– Знаю я таких заботливых! – фыркнул старпом. – Раньше их вешали на реях. Да и потом, он же наркоман. Ты, Инна, что, вообще ничего не соображаешь?
Яловега обнажил в усмешке зубы. Ситуация его явно забавляла.
– Не стоит конфликтовать, друзья, – заметил Химель. – Мы все сейчас в одной лодке. К чему нам её раскачивать?
– Это не мы, а кое-кто ее раскачивает, – уточнил Яловега и снова принялся выкручивать аурелианину руку.
Тот, не в силах терпеть мучения, жалобно попросил:
– Я не буду сопротивляться. Отпустите меня. Сейчас важно одно. Нам надо отсоединить модуль от станции и посадить его на планету. Причем в том месте, которое контролируется нашими силами.
– Ага, – хмыкнул Кияшов. – Чтобы вы нас всех перебили. Не выйдет. Будешь сажать там, где мы скажем.
– До сих пор вы не могли пожаловаться на обращение, – попытался воззвать к разуму землян инопланетянин.
– А теперь у нас другие планы. Отсоединяй модуль. И задавай режим посадки, – приказал Кияшов. – И имей в виду – мы настороже. Шаг влево-вправо – и мы тебя заживо закопаем. Чтобы без фокусов! Теперь я командую, и только я!
– Я заинтересован остаться в живых не меньше вашего, – пробормотал аурелианин. – Как же вы не понимаете, если мы сядем слишком далеко от нашей территории, у нас не будет ни малейшего шанса выжить!
Яловега наконец отпустил его, и Джакат заскулил, поглаживая выкрученную руку.
– Делай, как я приказал! – рыкнул старпом. – Уже садились, и, как видишь, живые…
– Я протестую, Евграф Кондратьевич, – вмешался Химель, – что за странные вещи вы говорите? Мы уцелели только чудом. И посмотрите, сколько нас осталось.
– Чудом, чудом… – проворчал Кияшов… – И снова спасемся, если потребуется. А ну пошел! – Он ткнул Джаката кулаком в плечо так, что тот едва не упал.
В сопровождении Кияшова и Яловеги аурелианин направился к терминалу главного компьютера, а Антон присел рядом с телом Байрама. Рядом стояли Инна и Сумароков. Химель по-прежнему держал руку мертвого косморазведчика.
– Надо спрятать его куда-нибудь, – сказал Антон. – Может, у них здесь есть холодильники. Потом похороним, когда приземлимся.
– Если до земли дотянем, – вздохнул Михаил Соломонович. – Эта планета определенно собирается нас сожрать!
Сумароков всхлипнул, нагнулся к телу разведчика.
– Можно я часы его возьму? На память? – спросил он. – Всегда мечтал о «Кремлевских»… Да и пригодиться они еще могут. А? – Он с надеждой посмотрел на Антона, как будто он был здесь главным и мог решать, брать Коле часы убитого разведчика или оставить их мертвецу.
– Делай что хочешь, – буркнул Делакорнов, поднимаясь. – Михаил Соломонович, пойдемте осмотрим помещение. Может, холодильник какой-нибудь найдем.
– Хорошо, – вздохнул доктор. – Что же с нами происходит такое? Мы словно прокляты кем-то! Ай-ай-ай. – Он помассировал грудную клетку. – Кажется, мне нужен покой. В моем возрасте вся эта беготня может пагубно сказаться на здоровье. Если вернусь на Землю, сразу подам в отставку. Да нет, что там – на первой же станции подам. И домой – рейсовым космолетом.
Инна посмотрела на Химеля с жалостью. Ей захотелось сказать ему что-то ободряющее, хоть как-то обнадежить. Она дотронулась до руки доктора и проговорила:
– Все будет в порядке!
От этого прикосновения Михаил Соломонович подпрыгнул:
– А, о… Ну и напугали же вы меня, Инночка.
– Простите, не хотела… – девушка отвернулась.
Оставив тело Байрама, Делакорнов и Химель пришли по коридору следом за Яловегой, Кияшовым и пленным инопланетянином. Джакат колдовал над бортовым компьютером. Определенных успехов ему уже удалось добиться, модуль отделился от основного ядра станции и теперь плыл в космосе сам по себе. Сила тяжести еще заметней упала. Видимо, модуль имел свой небольшой вспомогательный генератор тяготения, но работал он куда менее эффективно, нежели основной.
Антон распахнул один из шкафов. Он весь был набит хирургическими инструментами. Такой шкафчик ему уже доводилось видеть в другом крыле станции. На специальных крепежах болталось несколько ножей, наподобие того, который он сунул себе за пояс. Во втором шкафу стояли на полках мутные банки – реактивы или лекарственные препараты.
– А вот и холодильник! – сообщил Сумароков. Он и Инна предпочли оставить тело убитого и присоединиться к исследованиям модуля. На запястье Коли светились часы разведчика. – На нем надпись есть. Вот тут, сбоку.
– Действительно, надо читать информацию на этих маленьких табличках, – кивнул Антон, обнаружив такую же табличку с надписью «Анестетики» на своём шкафу. – Мы ведь и читать научились в этой телепатической машине… Что ж, посмотрим, поместится ли здесь Байрам.
Сумароков распахнул дверцу холодильника и вскрикнул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
