— О, да! Великий Хедин, могущественнейший из могущественных. Владыка владык. Вместе с названым братом своим Ракотом правят они всем множеством обитаемых миров…
Хедин. Опять это имя. И его же выкрикнул Гент Гойлз. Какая тут связь? Ведь имена Хедина и Ракота — это всего лишь прозвания аватар Спасителя… или она не права?
— Ты можешь рассказать мне о нём? О… о великом Хедине, могущественнейшем из могущественных?
— Разумеется, госпожа, разумеется!
* * *
Ан-Авагар разливался. Никогда не жалей красивых слов, когда не знаешь, от кого сильным мира сего доведётся услыхать о тебе — раз уж придётся возвращаться к Хедину. А чародейка эта, конечно же, играет с ним, проверяет — о Познавшем Тьму она не может не знать, а раз не может не знать, значит, вопрос её — простейшая проверка его, Ан-Авагара. Что ж, проверяй, проверяй, он не поскупится на сладкие верноподданнические речи.
Тем более что сейчас он и впрямь почти что любил Нового Бога. Великий Хедин представал тем, кто сможет избавить его, Ан-Авагара, от удавки Наблюдающих, а ради этого можно и не такое сказать.
Но вампир и не лгал сейчас, сам веря собственным словесам. Когда придётся держать ответ перед великим Хедином, врать бессмысленно.
Слушая вампира, чародейка меж тем металась по комнате, беспорядочно швыряя на стол амулеты, талисманы и прочие магические вещицы. От явственной силы иных Ан-Авагару хотелось порою совсем не по-вампирски присвистнуть, уподобившись презренному мясу.
— Отсюда надо уходить, почтенная госпожа Клара, — прервался он. — Как можно быстрее и как можно дальше. Под… иное солнце. Под иные звёзды.
Волшебница остро взглянула на вампира.
— Иное солнце? Иные звёзды? Что ты знаешь об этом, вампир, говорящий на языке этого несчастного мира?
— Куда больше, чем могло бы показаться обитателю упомянутого тобой мира, — Ан-Авагар счёл нужным поклониться. — Но я бы поторопился на твоём месте, госпожа Клара Хюммель, ибо добрые обыватели, если меня не подводит мой слух, всерьёз собираются обложить твой дом хворостом. Советую…
— Молчи! — яростно зашипела чародейка, резко оборачиваясь. Пылающий взгляд упёрся Ан-Авагару прямо в глаза и почти что отшвырнул его к стенке. — Знаю твои делишки! Знаю, скольких ты досуха высосал! Ребёнка не пожалел! Молчи, вампир, иль возомнил, что я с тобой не справлюсь?! Не единого довелось прикончить из вашего племени; так что не доводи до…
— Покорнейше прошу госпожу простить меня. — Ан-Авагар смиренно склонил голову. — Я лишь указываю на прискорбный факт. Добрые жители Поколя явно не приняли вас всерьёз — или, пожалуй, слишком уж сильно приняли. Гляньте сами, досточтимая — готовы ли вы перебить их всех, или, по крайней мере, значительную часть?
Клара обожгла вампира злым, по-настоящему злым взглядом.
— Никто никого не станет убивать. Я уйду отсюда, и всё. Мне и так нельзя тут рассиживаться.
— Ты отправляешься за похитителем твоих детей, не так ли? — самым невинным тоном осведомился Ан-Авагар. — Я могу оказаться полезен. Встать на след…
Волшебница резко остановилась, и вампир позволил себе чуть заметную улыбку.
— Я знаю, всё знаю, досточтимая. Твой уважаемый супруг — дракон, как и ваши дети. Они похищены. Силы мои невелики, но, быть может, иные из моих скромных умений могут оказаться небесполезны… Надо лишь выбраться из этого мира. Не сомневаюсь, ты способна на это, досточтимая.
— Помочь встать на след? — Клара смотрела в упор, прищурившись, и вампир ощутил нечто вроде беспокойства — врать ей, как и самому Великому Хедину, не следовало. Отнюдь не следовало.
— Да, госпожа, — он не лгал сейчас и не притворялся. Ну, или почти не притворялся. В этом умении явить искренность, наверное, и состояла главная сила их племени, а не в силе, магии или, скажем, в способности летать. — Надо лишь выбраться отсюда. В пределах сего мира твоих детей нет.
— Это я и так знаю, — буркнула Клара, но по глазам её вампир понял, что дело сделано. — Хорошо. Уйдём вместе. Вот только дом…
— Я бы не оставлял тут ничего ценного, — вновь встрял вампир. — Добрые обыватели, боюсь, не успокоятся, пока не спалят его дотла. Надо же им выместить хоть на чём-то свои страх и ужас…
Шоня яростно мяукнул.
— Пусть только попробуют, хозяйка! Оставь меня тут, я пригляжу! Ни один не подступится! А если попытаются, я им… ух! Мррр-мяу!!! — само собой, слышала его только чародейка.
— Ты что, ты что! — замахала руками Клара. — Чтобы я тебя тут бросила?! На верную гибель?! Да пусть сто домов сгорит, чем…
— Я — страж-кот или кто?! — Глазищи у Шони так и сверкали. — Я при доме или как?! Нечисть мелкую не подпускал, а уж с людьми и подавно справлюсь!
Клара не выдержала, почти упала на колени, обнимая пушистого защитника.
— Шшш! Что за нешшшности! — сердито прошипел кот, вырываясь. — Торопись, хозяйка! Верни всех! Верни! А я уж никого к дому не подпущу, будь уверена! Станешь силой с собой забирать — сбегу, так и знай!
— Даже если мне будет нужна твоя помощь, Шоня? Даже если мне будет без тебя не обойтись, доблестный мой страж-кот, храбрейший из храбрых?
— Шшш! На жалость не дави, хозяйка! — Шоня вывернулся и стрелой метнулся прочь.
— На редкость красивый кот, — заметил не понявший ни слова Ан-Авагар.
Клара не ответила. Медленно выпрямилась, кулаки сжаты.
— Идём, вомпер.
* * *
Кажется, она не напяливала на себя столько магических предметов — колец, браслетов, амулетов и талисманов — даже в тот приснопамятный случай, когда покидала Долину, отправляясь на поиски Кэра Лаэды. Что не смогла унести — упрятала в подвальную яму, завалила камнем и запечатала всеми ведомыми ей отпорными заклятиями.
Туда же отправился и кристалл Гента Гойлза.
Вомпер деликатно оставался всё время наверху.
Шоня так и скрылся. Как ни звала, как ни кликала — не вышел. Мол, останусь, и всё тут. И что делать с этим хвостатым паршивцем?!
Клара распахнула дверь.
Знакомое до боли крыльцо, каждый сучок, каждая трещинка.
И люди. Молча застывшие в полутора десятках шагов.
— Слушайте все! — выкрикнула Клара, для внушительности вскидывая рубиновую шпагу. — Не хотите, чтобы я здесь жила — не стану. Ухожу на время, ещё вернусь, добро забрать. Но коль дом мой тронете, коль лапы свои протянете — так и знайте, не стоять тогда Поколю, и никто его уже не защитит!
Огнешар с шипением ударил в дорожную глину, полетели рдеющие брызги. Толпа охнула и попятилась.
— Понял меня, Свамме-гном?! — вновь возвысила голос чародейка. — Ты тут заводила, ты заправила, с тебя и спрошу, когда вернусь, коль в чём непорядок узрю. Иль не уверен, что я тебя на лопату посажу да в твоей же печи зажарю?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
