плафоне ближайшего к скамейке фонарного столба, на высоте метров пяти над тротуаром, колыхалось характерное марево. Второй рейг также нашёлся поблизости, он сидел на покатой крыше двухэтажного здания напротив.
Нет, я, возможно, и правда несколько параноидален, но определённо простым совпадением подобное быть не может! Так, главное не суетиться, не пороть горячку и проверить всё ещё раз.
Надев сандалии, поднялся со скамейки, и, не оглядываясь, направился в сторону ближайшей остановки. Потребовалось гигантское усилие воли, чтобы идти спокойно, при этом постоянно не озираясь.
Мне немного повезло, автобус с нужным маршрутом подошёл почти сразу. Заняв место у окна, я, подобно обычному туристу, принялся с наигранным любопытством глазеть по сторонам, якобы любуясь городом.
На самом деле, разумеется, был занят иным. Искал взглядом характерное искажение в воздухе, по которому рейг может определить, что рядом в Изломе находится чужая проекция.
За всё время поездки ничего не увидел. Впрочем, меня это нисколько не успокоило. Во-первых, уже метров с тридцати на такой жаре разглядеть столь слабое искажение в воздухе почти невозможно, а во-вторых, что мешает этой паре рейгов выйти из Излома и наблюдать за мной, как это делают обычные люди. Я же не знаю, как они выглядят!
Выходя из автобуса, специально споткнулся, в этот раз искал не искажение, а пару молодых людей. Но и по этому признаку ничего не нашёл. Все, кого я смог разглядеть на улице, были в возрасте как минимум за тридцать.
Может, мне всё померещилось, и моя психика пошла в полный разнос? Возможно, и не было никаких рейгов в кафе? Правильно мне Мелани напомнила о панамке, как бы я не получил солнечный удар и, сам того не замечая, не начал бредить.
Нет, ну серьёзно, чем я мог заинтересовать местных Рыцарей? Я не знаменитость, моё фото нигде не мелькало…
Потрогал свой лоб, жара вроде нет. Да и сам не верю в то, что мне что-то привиделось. Рейги точно были рядом с тем столиком, где я сидел, и совершенно определённо вышли из кафе следом за мной.
Не люблю такие загадки, в которых не догадываюсь не то что о правильном ответе, а вообще не понимаю точность поставленной задачи. Случайность или нет. И если нет, то…
На этом простом «если нет, то…» голова дальше отказывает.
Поймав себя на том, что уже больше минуты стою на месте, на самом солнцепёке, отошёл в тень ближайшего дерева.
Местное кладбище очень напоминало военные захоронения в западной Европе. Ровное поле с аккуратно подстриженной травой, никаких заборов или оград. Все, как на плацу: будто вычерченные по линейке песчаные дорожки и многочисленные, совершенно одинаковые надгробия, отличаются только фамилии и даты, выбитые на камне.
Не понимаю я этой выхолощенности, отталкивает она меня. Вот вроде всё опрятно и смотрится, будто парк для прогулок, но всё это как-то внешне. Да, наши русские кладбища совсем иные, не такие солнечные и вылизанные, но в них есть место уединению. Можно зайти и посидеть рядом с ушедшими за своей маленькой оградкой, не привлекая постороннего внимания. Здесь же всё на виду.
Так, о рейгах подумаю позже, может, к тому времени голова успокоится, и в неё придёт что-то дельное, а сейчас нужно выполнить поручение Мелани. Тем более, как не разглядываю всё вокруг, но не замечаю ни следа проекций или подозрительных по возрасту прохожих. К тому же на этой тихой улочке и на самом кладбище людей-то почти нет. Всего три человека около могил, один из которых, судя по характерному фартуку и садовым граблям в руках, смотритель, и одна пожилая пара прогуливается по противоположной стороне улицы, да скучающая продавщица, изнывающая от жары за цветочным лотком.
Первым делом купил восемь жёлтых гвоздик. Ценник на цветы у самого входа на территорию кладбища был на треть выше, чем на вокзальной площади, но я сам виноват, что забыл приобрести их там, так что пришлось переплатить. Затем подошёл к смотрителю и, перекинувшись с ним парой слов, вручил ему сто франков. Немолодой мужчина, присматривающий за кладбищем, долго отказывался от денег. В принципе, глядя на идеальный порядок в этом месте, больше напоминающем парк, я вообще не понимал, зачем Мелани каждый год даёт дополнительные деньги. Но поручение есть поручение, и мне всё же удалось буквально впихнуть сто франков в руки смотрителя. И то пришлось прибегнуть к крайнему аргументу: «Мама сказала передать деньги, я и передаю!». Только это и подействовало.
Затем, следуя памяти Изао, без особого труда нашёл могилу его деда. Ничем не примечательный надгробный камень, простой шрифт на лицевой стороне: имя, фамилия, даты. Всё… Единственное, что помнит тело, – все эти ежегодные поездки сюда были для парня утомительной рутиной, и он не понимал их смысла. Деда мальчишка не застал, а мать о своём отце почти ничего не рассказывала, как, впрочем, и об остальной семье. Так что отношение Изао к этой семейной традиции было мне понятно.
Но всё же я не он и уважаю память тех, кого больше с нами нет. К тому же теперь знаю, смерть – это не конец пути. Поэтому не просто кинул цветы на могилу и вылил три стопки под камень, как это бы сделал Изао, а отнёсся к процессу с уважением, как того и заслуживают мёртвые.
Нет, я не говорил патетических речей, но укладывая цветы, мысленно поблагодарил того, кого когда-то звали Андрэ Вальян, за то, что он был. После чего достал из рюкзака бутылку виски и, наполнив до краёв первую стопку, опрокинул выпивку под основание могильного камня, про себя сказав «Земля тебе пухом…». Затем последовала вторая порция. А когда я наливал третью, то внезапно чуть не заорал от того, что за своим правым плечом разглядел характерное марево, стоящее буквально в сантиметрах за моей спиной. Выкрик удалось сдержать, но рука дрогнула, и немного столь дорогого виски пролилось на землю.
Это реально было неожиданно!
Значит, не случайность…
Спокойно!
Главное, не спешить и не делать глупостей. Вот только что будет глупостью в этой ситуации, а что правильным действием, я вообще не представлял.
Очень аккуратно, унимая внезапную дрожь в руках, наполнил стопку и, вылив её, поднялся на ноги, а затем не спеша поклонился могиле.
Если бы меня хотели убить, то сделали бы это давно и легко. Поэтому не стоит пороть горячку, врываться в Излом и выяснять, что тут, собственно, происходит. К тому же, если бы тот, кто стоял у меня за спиной, знал, что рейг Маэстро и
