грустно ставя пустую чашку на стол проговорила я.
— Это главное. Катя, я пойду уже. Спасибо тебе за чай. Завтра вечером я за тобой заеду.
— Хорошо, спокойной ночи тебе, Алекс, — поднявшись на носочки, я поцеловала Алекса легонько в щеку и закрыла за ним дверь.
Следующий день я провела в бесконечном проигрывании различных вариаций развития ситуации. Шутка ли, привлечь внимание человека такого уровня, да еще и спровоцировать на поцелуй. Проще было бы подлить ему что-то в напиток, наверное. Но в таком случае, если бы кто-то заметил, я бы пропала. Кроме того, рядом все время будет Алекс, а это вдвойне усложняло задачу, ведь нужно было действовать так, чтобы он ничего не увидел и не заподозрил. Время пролетело быстро и я начала приводить себя в порядок к предстоящему вечеру. Надев синее платье и туфли на высоком каблуке, заколов высоко свои рыжие волосы и украсив шею красивой подвеской из черного жемчуга, я была вполне довольна результатом. Благо живота не было видно и моя талия сохраняла еще свою изящную тонкость. Глядя на себя в зеркало меня мучила мысль о том, сколько же еще мне придется принимать эти чуждые мне облики? Мне так хотелось просто жить, жить жизнью, наполненной простого человеческого счастья без этих игр, этого нескончаемого опасного спектакля. Но война требовала от всех нас в тот момент определенных усилий, вера в победу, лишь только она придавала мне храбрости и настойчивости в борьбе за свободу. Положив в маленькую сумку свое ядовитое оружие в виде ярко-красной помады и противоядие, я услышала стук.
— Алекс, я готова, — проговорила я распахивая дверь.
Алекс стоял, прислонившись к дверному косяку, и с восхищением смотрел на меня.
— Красавица, — ответил он.
— Да ладно тебе, сейчас таких красавиц будет знаешь сколько на приеме.
— Нет, у тебя особая красота.
— Конечно, потому, что русская, — спускаясь к машине и беря его под руку, проговорила шепотом я в ответ.
Алекс галантно открыл мне дверцу автомобиля, помогая сесть на заднее сиденье. Сам же сел рядом со мной и отдал указание шоферу везти нас в здание, где должен был проходить прием.
Дом был великолепен. Лепнина, колонны, великолепная витая лестница, шикарное внутреннее убранство заставили меня в изумлении смотреть на всю эту красоту.
— Алекс, это неописуемо! — проговорила я.
— Да, наш народ славится тем, что умеет создавать шедевры архитектуры, — ответил немец.
— Так, я немка, меня всем этим не удивишь. Забываю все, — нахмурив брови продолжила я.
— Ну, ты у нас немка, которая никогда не была в Берлине, поэтому удивляйся на здоровье, — засмеялся Алекс в ответ на мою реплику.
Пройдя в зал, где уже было довольно большое количество народа, мы направились к одной группе офицеров, сидящих за столом прямо возле сцены.
— О, Алекс! Ты уже вернулся! Рад тебя видеть! — проговорил один из сидящих немцев. — Да еще и не один! Что за прекрасное создание с тобой под руку? Это твоя жена?
— Нет, — ответил Алекс, помогая мне занять место за столом. — Это Катрин фон Вольф, жена Габриеля.
— Вот чертов Габриель, у него как всегда все самое лучшее. Ты смотри, и воюет, и жениться успел! Да еще на такой молоденькой красавице! Вы откуда, мадам Катрин? — спросил мужчина.
— Я из Кёльна, — улыбнувшись и застенчиво опустив глаза ответила я.
— А почему это ты, Алекс, пришел на прием с женой Габриеля? — не унимался немец.
— Тебе все надо знать, Дитрих. Ты совсем не изменился со времени учебы в университете! Катрин хотела увидеть Берлин, а так как я ехал сюда, предложил ей отправиться вместе со мной.
— Мне очень хотелось познакомиться с людьми, с которыми учился мой муж. Вы же все его друзья, я так понимаю. Время сейчас тяжелое, когда еще представиться такая возможность, неизвестно. Габриель думаю не против того, что я не сижу взаперти дома. Алекс наш друг и когда я в его компании, муж никогда не переживает по поводу этого, — проговорила я, решив закрыть тему двусмысленных намеков Дитриха.
— О да, Габриель всегда был уверенным в себе человеком. Думаю, это не изменилось, — сказал другой офицер, сидевший по левую сторону от меня.
В этот момент к столу подошел еще один человек. Подняв на него глаза, я застыла в напряжении. Это и был наш резидент.
— Здравствуйте, господа, — поздоровался он и занял место напротив меня.
— Вы не знакомы. Алекс, это Генрих. Генрих наш новый офицер Абвера. Он служит в отделе шифрования и радиоперехват. Генрих, а это наш новый майор, Алекс фон Рихтер, он вернулся с фронта и будет теперь курировать службу группы по правовым вопросам. Его спутница, Катрин фон Вольф, жена нашего друга, Габриеля фон Вольфа, который сейчас находится в этом русском аду, — презрительно закончил Дитрих.
— Мне очень приятно познакомиться с вами, — ответил так называемый Генрих, внимательно смотря на меня.
— Мне тоже, — кивнув головой ответила я.
Затем мужчины начали обсуждать какие-то военные дела, я же сделала вид, что внимательно смотрю музыкальную постановку, которую показывали на сцене. Сама же в это время краем глаза следила за Генрихом. Это был человек идеально подходящий на роль немца. Высокого роста, с точеными чертами лица, светлыми волосами и голубыми глазами этот мужчина был эталоном мужской красоты. Когда же зазвучала мелодия вальса, Генрих встал и подошел к нам с Алексом. Сделав небольшой поклон он обратился к моему спутнику:
— Можно пригласить вашу даму на танец?
— Да, конечно, если Катрин не против.
— Я не против, с удовольствием потанцую, — я встала и подала руку Генриху.
Пройдя в центр зала, мы закружились в танце.
— Кукушка, — наклонившись близко к моему уху произнес Генрих.
— Время идет, — ответила я, облегченно вздохнув.
— Вы молоды. Я думал будет кто-то постарше. Аида передавала, что будет необычайно способный агент.
— Так она обо мне и говорит. Не знаю, чем я заслужила такую похвалу.
— Да не скажите. Вы хоть представляете, куда вам удалось пробраться? Осмотритесь, здесь люди самой верхушки командного состава Германии. И у вас такая кристально чистая автобиография. Выстроить все, чтобы дело обернулось именно так довольно таки сложно.
— Это благодаря исключительно Габриелю фон Вольфу.
— Это благодаря исключительно
