от дневной строгости и важности не осталось и следа. Да и одета она была по-другому – в красное облегающее платье, с открытыми плечами, а на ногах блестящие туфли на высоком каблуке. На лице яркий макияж – красная помада на губах, на глазах стрелки и приклеенные ресницы, а завитые в локоны пышные каштановые волосы развевались по плечам. Выглядело все это весьма эффектно. К тому же судя по разгоряченному лицу Бардачки, она уже успела немного выпить и потанцевать, поэтому ее глаза блестели и жаждали продолжения. Краем взгляда я сразу же заметил, как со стороны барной стойки к нам повернулись несколько местных завсягдатаев – ночных охотников до легкого секса и стали буквально поедать Бардачку взглядами своих жадных, полупьяных глаз. В этот самый момент местный диджей, по-видимому решив, что пора уже начинать реальное «пати», включил свой самый энергичный трек и резко прибавил громкости в колонках. С непривычки мои уши заложило от звука мощных басов. В голове послышался противный звон. А Бардачка, наклонившись к моему уху, громко прокричала: «Что ты пьешь? Виски? А я буду текилу. Я молчал, делая вид что не слышу ее. Она по-видимому ожидала что я угощу ее. Но у меня не было денег. Я не знал как объяснить ей это. На мое счастье Бардачка оказалась понятливой, увидев мое замешательство, она сама протянула бармену свернутую купюру, а затем повернулась ко мне, но теперь уже прислонилась совсем близко, так, чтобы я почувствовал аромат ее духов и свежего тела, а затем снова прокричала мне на ухо: «Скоро начнутся танцы, готовься». Через пару минут бармен подал Бардачке довольно приличную рюмку текилы и кусочек лайма. Она быстро выпила все залпом, чуть попробовала лайм, бросила его в пустую рюмку и засмеялась. Видимо ей этого оказалось вполне достаточно чтобы расслабиться. Мне же в данной ситуации не помогла бы наверное даже целая бутылка виски. Я все никак не мог отделаться от гнетущего чувства ожидания какого-то подвоха или подставы со стороны Бардачки, поэтому чувствовал себя словно загнанное в ловушку животное. Тем временем, интенсивная музыка сменилась на медляк. Танцпол постепенно начал заполняться влюбленными парочками. Повеселевшая Бардачка задорно посмотрела на меня, взяла за руку и потянула за собой в самый центр танцпола, где мы влились в круг вяло-танцующих пар. В этот момент я понял что мне нужно не облажаться. Она любит танцы поэтому от моего поведения зависит продолжение этого вечера. Она хочет чтобы мы стали королем и королевой этого танцпола. Возможно какая-то очередная рефлексия детских травм. Но мне некогда было об этом задумываться. В дело вступали основные инстинкты и я быстро вспомнил каково это. Еще в школе на местных дискотеках я понял как надо «вести» свою даму и что нужно сделать, чтобы своим шестым чувством она поняла что ты именно тот кто ей нужен. Впрочем с Бардачкой в этом плане все оказалось совсем просто. Словно моя тень, она прижалась ко мне всем своим телом, так сильно, буд-то бы пыталась повторить контуры моего. А я в свою очередь крепко держал ее руку в своей, а второй рукой слегка придерживал талию. Бардачке в тот момент было очень весело, она широко улыбалась, и вообще вела себя легко и расковано, а все мои усилия направлялись на то, чтобы хоть как-то остановить внезапно нахлынувшее на меня сильнейшее возбуждение. Я хотел ее, хотел обладать ей, хотел безумно прямо там, на этом танцполе, пусть даже на виду у всех вокруг. Уже давно ни к одной из женщин я не испытывал чего-либо подобного. Благо мои плотные джинсы позволяли хоть немного скрыть это, но думаю что Бардачка все равно это почувствовала. Ведь слишком крепко мы прижались друг к другу. Мои мучения были недолгими, медляк вскоре закончился и мы вернулись к барной стойке, чтобы снова выпить. Стоит сказать что танец вышел вполне удачный, это я понял это по лицу Бардачки и по взглядам окружащих. В баре я пошел ва-банк и на последние деньги заказал пару дорогих коктейлей «голубая лагуна». Мы выпили с Бардачкой их на брудершафт и снова пошли танцевать. Во время этого танца Бардачка вдруг расчувствовалась, положила свою голову мне на плечо и стала шептать, казалось бы столь обычные в такой ситуации слова, но весьма опасные для моего текущего положения. Она вполне явно намекнула мне на продолжение вечера: «Давай потанцуем еще немного, а затем проводи меня домой. Я живу сейчас одна. Мне так холодно одной по ночам». Ее слова и горячее дыхание обжигали мое ухо. С любой другой женщиной я был бы за и уже даже мысленно бы предвкушал события, но только не с Бардачкой, от которой можно было ожидать чего угодно. Вот поэтому я не поддался на ее уговоры, сделал вид что не слышу ее слов и мы продолжили танцевать как ни в чем не бывало. Мы пробыли в этом клубе еще какое-то время, не помню точно сколько, вокруг меня все слилось в бесконечную череду алкоголя, музыки, танцев. Постепенно я начал уставать от этого, да и по виду Бардачки становилось понятно что еще чуть-чуть и ее совсем развезет. Я колебался между желанием уйти домой или все же принять приглашение Бардачки. В итоге выбрал второе, поэтому, улучив момент, пока она ходила в дамскую комнату, вызвал такси, а затем сам ненавязчиво предложил проводить ее до дома, она легко согласилась. Мы покинули ночной клуб и поехали домой к Барадачке. Я все еще не знал чего от нее ожидать, поэтому как минимум был настроен довезти ее до места назначения а затем вежливо откланяться. Но в быстро едущей по городу машине такси, между нами вдруг началась магия. Та особенная химия, которой у меня уже давно не было ни с одной женщиной. Мы вдруг поняли друг друга без слов, и сидя на заднем сиденье автомобиля тесно прижались друг к другу. В полумраке я трогал Бардачку везде, а она в ответ шептала мне что-то почти неразличимое, ее руки тоже активно исследовали мое тело. Мы уже почти потеряли всякое приличие и только наличие водителя такси останавливало нас от того что предаться страсти прямо в машине. Когда мы доехали до дома Бардачки, я кое как насобирал остатки денег по своим карманам и рассчитался с таксистом, а затем пошел провожать свою даму до дверей ее квартиры. Мы кое как сдерживались на улице и в подъезде, но, оказавшись наедине в кабине
