Читаем без скачивания Пятница (СИ) - Яна Кельн

- Зачем ты мне все это рассказал? – ошеломленно пролепетал он, когда я закончил и отвернулся от собеседника, рассматривая частых прохожих за окном.

- Из-за твоей невесты. Она из бедных слоев, работает официанткой. Я слабо верю в то, что ее примут в твоей семье.

- У тебя с ней что-то было? – тут же вскинулся Джорджи, сверкая глазами.

- Нет. Я – гей, - ревность это похвально, в небольших дозировках.

- Я думал ты шутишь про трахнуть…

- Я шутил, у меня есть любовник, - воспоминание о Стасе приятно согрело душу, уже скучаю.

- Мама, она примет…

- Надеюсь, потому что иначе у тебя будет два выхода, бросить ее или бросить семью, третьего тебе не предоставят. С отцом не будет полумер.

- Я понял. Спасибо, наверное, - протянул парень и подошел ко мне.

- Если случится так, что ты бросишь ради нее все, я помогу вам, - я повернулся к нему и улыбнулся, давая понять, что во мне он сможет найти опору в любой ситуации.

- Спасибо! – Джорджи порывисто обнял меня и сильно сжал, выражая всю глубину своей благодарности, она была настолько глубокой, что парень едва не переломал мне ребра.

Как там говорил Стас? Я слишком добрый, чтобы причинять боль близким людям? Он прав. Но я не считаю это плохой чертой. Вероятно, я все же вырос.

Джорджи и Франческа улетели в Италию через три дня. Я вызвался отвезти их в аэропорт. С братом если не сдружился, то сильно сблизился. Как выяснилось, настырности в нем с головой. Достаточно, чтобы пробить весь мой негатив.

Шарль де Голь кипел и бурлил. Самолеты взмывали ввысь, садились на взлетно-посадочную полосу, лениво перекатываясь с одного шасси на другое. Пассажиры спешили по своим делам, волокли тяжелые чемоданы, толпились в очередях у стоек регистрации, шумели и смеялись, обсуждали закончившийся отпуск или строили планы на только начавшийся. Я вышел из стеклянных раздвижных дверей и тяжело вздохнул. Солнце светило в небе очень ярко, обдавая жаром, плавился раскаленный асфальт, и не было ни намека на то, что в ближайшие дни погода изменится и даст возможность вздохнуть полной грудью. Закидываю в рот сигарету и опускаю на глаза солнцезащитные коповские очки. Стекла светлые, практически прозрачные, с легкой коричнево-золотистой тонировкой. Курю и рассматриваю людей, спешащих мимо меня. На душе радостно-восторженное состояние. Хочется любить весь мир. А в особенности одного человека, которого я случайно выцепил взглядом.

- Месье Черных, вы забыли ваш багаж в здании аэропорта! – взволнованным голосом произношу, стоя позади Стаса.

Мужчина вздрагивает и резко оборачивается. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но скользит взглядом по моей улыбающейся мордахе и расплывается в ответной улыбке.

- Не ждал тебя до субботы, - обнимаю его и целую в губы.

Стас не отвечает, смотрит на меня испуганными зелеными глазами. Я уже говорил, что моего мужчину подменили? Дома он вел себя более уверенно, не считая нужным скрывать свои постельные предпочтения. Почему здесь не так?

- Как ты здесь? – удивленно выдает Стас, ненавязчиво сбрасывая мои руки с себя.

- Провожал подругу в Италию. Отпуск, - смотрю прямо ему в глаза, облизываю губы и рисую пошлую ухмылочку.

- Домой? – улыбается, в моем взгляде прочел все, что необходимо.

- Нет, мне нужно…

Разворачиваюсь и скрываюсь в здании аэропорта. Не договариваю, потому что знаю, теперь Стас пойдет за мной. Будем проводить лечение от страха демонстрации своих сексуальных предпочтений. Указания врача – секс в публичном месте.

Захожу в туалет. Встаю за дверью. Стас входит следом. Перехватываю руку с небольшим чемоданом, толкаю в спину, чтобы он двигался к кабинкам. На нас удивленно смотрят, но ничего не говорят. Закрываю за нами дверь. Я выбрал самую последнюю, она оказалась и самой большой. Отставляю в строну чемодан, припираю Стаса к стене, впиваюсь в губы поцелуем.

- Ты уверен, что этого хочешь? – интересуется он, отворачиваясь от меня.

- Уверен, - потираюсь вздувшейся ширинкой об его пах.

- Не пожалей, - по слогам шепчет Стас мне в ухо.

Рывок и уже я прижат к стене. Звякает пряжка ремня. Стас сводит руки за спиной и стягивает на них кожаную ленту. Дергаю руками, туго. Черных вылизывает шею, прикусывает кожу, что-то порыкивает мне в затылок, жадно обхаживая мое тело руками. Бьет по ногам, вынуждая расставить шире. Делаю, как он хочет. Его руки выдергивают рубашку из джинс, проникают под тонкую ткань, гладят голое тело. Стас добирается до сосков и с силой сжимает сразу оба. Не выдерживаю, протяжный стон слетает с губ.

- Нет, малыш, надо тихо, - вновь горячий шепот обжигает. – Открой ротик.

Приоткрываю рот, в него тут же ложится гладкая ткань галстука, мгновенно затягивающаяся на затылке. Стас вновь ласкает меня, возбуждая все сильнее. Не могу больше ждать, дрожу и извиваюсь в его руках. Просил бы сжалиться, но могу только жалобно мычать и жаться к его телу. Звук расстегиваемой молнии, как бальзам на слух. Уже скоро, еще немного. Закрываю глаза, пот льет рекой, в паху все ломит от дикого желания. Трусь задницей о пах Стаса, спасибо, что он позволяет мне это. Руки немного сводит от неудобного положения, но так даже острей. Хочу! Стас, как же я тебя хочу! Вновь прижимаюсь к нему. Мужчина стягивает с меня джинсы, за ними нижнее белье. Трусы с мокрым пятном там, куда упиралась головка.

- Все настолько плохо? – усмехается Стас, проводя по мокрому члену рукой.

А я рассыпаюсь на множество созвездий. Так хорошо! Ничтожно мало, но безумно хорошо. Мычу ему в ответ, запрокидываю голову, ловлю взгляд. Зеленые глаза горят огнем, искрят. Стискиваю его галстук зубами в надежде перегрызть эту проклятую ткань. Так хочу поцеловать. Стас целует, лижет, везде, но только не губы. Вздрагиваю, когда его пальцы проскальзывают между ягодицами. Выгибаюсь, оттопыривая зад. Он касается ануса, надавливает.

-Ты слишком сухой и сжатый, Саша, - произносит четко и громко, словно собрался все бросить, оставить меня и уйти.

Не может он так поступить! Скулю, виляю задом, пусть будет дико больно, но я не смогу сейчас остановиться и даже хороший минет меня не спасет. Хочу, чтобы он меня трахнул! Черных разворачивает меня к себе лицом. Усмехается, смотрит в глаза и облизывает два сжатых пальца. Блять! Я готов кончить от неприкрытого эротизма его действий. Зажмуриваю глаза, чтобы продержаться еще немного.

- Смотри! – командный, приказной тон.

Мой господин, повелевает и властвует. Распахиваю глаза. Стас облизывает пальцы, оставляя на них большое количество слюны, нагибает меня, удерживая навесу за связанные запястья, и сразу же вводит в тело оба пальца. Выгибаюсь и мычу, боль и долгожданное проникновение прошибают до самой души. Подаюсь ему навстречу, скулю, каждым движением показывая, что мне нужно больше. Движения мужчины рваные и резкие, но Стас все равно знает, как нужно доставлять удовольствие, поэтому не забывает задевать бугорок внутри моего тела, чтобы я сходил с ума от его ласк. Черных дышит тяжело, со свистом выпуская воздух сквозь сжатые зубы, терпения на полноценную подготовку нет ни у него, ни у меня. Сквозь плотную вату, которая, кажется, забила уши, слышу, как он расстегивает ширинку черных брюк. Закрываю глаза, старюсь максимально расслабиться, но все равно дико больно, когда его член врывается в мое тело одним проникновением.

- Я скучал, Саша, - шепчет мне в лопатки, распутывая ремень на запястьях.

Его плоть пульсирует во мне. Распространяя потоки жгучей боли и жара. Стас откидывает в сторону свой аксессуар и растирает мои затекшие руки, которые теперь пронзаются множеством игл. Но его руки гладят и мнут, разгоняя кровь и прогоняя прочь неприятные ощущения. Хорошо. Блаженно прикрываю глаза.

- Упрись в стену, - Стас сам ставит мои ладони.

Руки быстро перемещаются на талию, тянут на себя, заставляя выгибаться. Как только мужчину устроил угол, Стас начал быстро двигаться во мне, срывая несуразные полу стоны, полу всхлипы. Галстук во рту я изгрыз, он натер уголки рта, руки до сих пол были наполнены слабостью, но это все было далеко неважно, Стас драл меня с таким упоением, что я просто не мог чувствовать и замечать ничего, кроме проникающих движений его плоти во мне.

Мое сверх меры громкое мычание, когда я забрызгивал туалетную плитку белесой струей, утонуло в громком смехе мужчин, вошедших в заведение в столь неподходящее мгновение. Когда разноцветные яркие всполохи перед глазами разбежались в разные стороны, заметил, что Стас не двигается. Мужчина замер, прижимая меня к себе и тяжело дышал.