Читаем без скачивания Пятница (СИ) - Яна Кельн

- Мне нравится твоя новая прическа, - выдохнул Черных в основание шеи.

- Самые те слова после секса в туалете аэропорта, - усмехаюсь, когда галстук Стаса больше не препятствует, и провожу рукой по короткому черному ежику волос.

Пусть так заметны шрамы, через неделю они уже скроются под волосами, зато сейчас я не похож на облезлую зверюгу с выстриженной плешью на голове.

- Теперь мы можем ехать домой? – Стас отстранился, его член выскользнул из меня, вслед за ним по ногам потекла сперма.

- Можем, - киваю, отматывая клок белоснежной туалетной бумаги.

Первый осенний день выдался на удивление жарким. Лето вновь не собиралось покидать город влюбленных. Выходной. Я научился ценить эти дни. Сижу на террасе, вытянув ноги, передо мной высокий стакан с лимонадом, в котором трескаются кубики льда и тарелка фруктов. Легкий полдник. Стас гремит на кухне, готовит ужин, а я позволил себе немного расслабиться, думаю, что заслужил минуты тишины, потому что Стас вновь не позволял спать ночью, находя более приятные занятия для нас. Усмехаюсь. Не удивлюсь, что меня скоро попросят съехать. Думаю, у жильцов этого дома никогда не было более шумных и неугомонных соседей. Только одна мысль не дает покоя моему сердцу, не позволяет наслаждаться счастьем в руках любимого мужчины. Стас уже месяц безвылазно находится в Париже. Пусть у него недавно состоялось открытие отеля, но это не повод. Он здесь до сих пор из-за меня. Вопрос, когда он все же решит, что засиделся и вернется в Москву?

- Саша, ужин готов, можем пойти погулять, если хочешь, - садится на соседний стул и выпивает половину стакана моего лимонада.

- Хочу, но…, - вздыхаю, сажусь, перенося вес тела вперед, и смотрю вдаль, перед глазами соседний дом, но не вижу ничего, решился спросить о том, что терзает душу. – Давай поговорим.

- Мне не нравятся разговоры, которые начинаются с этой фразы, - бурчит мужчина, но отставляет стакан и смотрит на меня.

- Стас, когда ты уедешь? – вопрос в лоб, как со скалы сигануть в бурлящие воды.

- Я уеду? – с акцентом на слове «Я». – Думал, что мы уедем вместе…

- Я не могу пока все бросить, может, через месяц и вырвусь на пару недель.

- Нет, Саша ты не понял, - Стас кладет руку мне на плечо и немного поворачивает к себе, чтобы видеть лицо. – Я думал, что ты вернешься со мной в Москву насовсем.

- Нет, - резко поднимаюсь, подхожу к периллам. – Я не вернусь, никогда.

- Хм, - поднимается и возвращается в квартиру.

Понимаю, что порчу выходной, но мы должны все решить сейчас. Влетаю вслед за мужчиной.

- Стас, неужели ты думаешь, что я брошу все ради тебя? – зря я, наверно, произнес это так ехидно…

- Нет? – тихо и спокойно. – Вот о чем ты говорил, когда упомянул про «воспользуешься» в больнице. Окреп? Встал на ноги? Я могу сваливать?!

Грохот оглушает, а посуда, стоящая на барной стойке летит на пол.

- Не переигрывай, - подхожу к нему вплотную, не хочу скандал, хочу поговорить.

- Саша, как ты думаешь, - шипит он, - скольким жертвую я, оставаясь здесь с тобой все это время?

- Многим, - нет смысла отрицать, я сам теперь понимаю, как для делового человека ценно время.

- Так какого хуя, Саша?!

- Ты требуешь невозможного, - шепчу я, наблюдая, как Стас вытаскивает и шкафа свой чемодан и кидает в него какие-то вещи.

- Ну-ну. Ты как был маленьким эгоистом, так и остался им, - бросает он через плечо.

- Пошел ты на хер! – взрываюсь уже я, вылетаю на середину комнаты и со всей силы пинаю стул.

Силы много, поэтому он отлетает и сметает все с низкого журнального столика.

- Ты Стас сам не видишь ничего, кроме своих интересов! Приехал, говорил, что все понял. Да, нихуя ты не понял! Я не хочу зависеть от тебя, не хочу, слышишь! Я не твоя собачка, чтобы бегать попятам!

- Саша, я не требую от тебя зависимости, просто ты легко можешь заниматься своим бизнесом и в Москве. Что тебе стоит продать здесь все и купить там небольшую сеть?

Его вопрос вызвал только истерический хохот. Как же он не может понять, что все, что я здесь имею, создано своими руками, взращено с самого низа. Это мое. Я не брошу. Не дождавшись от меня ответа, Стас зло усмехнулся, закрыл чемодан и направился к выходу.

- Ненавижу тебя! – кричу ему в след, боль скручивает внутренности.

- Что так и не отпустило с тех пор? – спрашивает мужчина, завязывая шнурки на туфлях.

- Отпустило, - резко беру себя в руки и окатываю Стаса ледяным взглядом. Пусть катится ко всем чертям. Я глуп, раз до сих пор верил, что между нами что-то возможно.

- Ты пожалеешь! – кидает он, дергая ручку двери.

Кажется, я все же сумел выбить почву у него из-под ног. В глазах боль, обида и злость. Зеркальные эмоции, все до одной сейчас испытываю я сам.

- Да, с чего ты взял, что у меня есть к тебе чувства?! Самоуверенный козел!

- А нет? – замирает среди разбросанных вещей, выпавших из шкафа.

- Есть, - не могу я это скрывать, все равно все льется через край, затапливая нас и окружающих.

- Поехали, - такого умоляющего голоса я от Стаса не слышал.

Мужчина стоит посреди бардака и хаоса и смотрит на меня. Так смотрит, что от его взгляда не могу сделать ни вдоха. Больно. Хочу к нему. Хочу снести стену, стоящую между нами, и просто сказать ему «да». Но не могу. Есть вещи куда значимее и ценнее любви. Плевать, что за такие крамольные мысли меня готов растерзать каждый романтик. Я им никогда не был. Поэтому для меня самое важное место в жизни занимает мое дело. Пусть Стас считается с этим. Я не буду принадлежать ему полностью и без остатка. Если он так хочет быть со мной, пускай довольствуется тем, что я могу предложить.

- Нет, - качаю головой и отворачиваюсь.

Знаю, что сейчас будет, и не могу на это смотреть. Больно. Вздрагиваю, когда за спиной с хлопком закрывается дверь. Ушел.

Не вернется. Отчетливо понимаю. Даже если рвану за ним и буду валяться в ногах, умоляя остановиться. Он знает, рано или поздно все закончится именно так. И я знаю. Никто из нас не уступит. Поэтому не бегу. Сложно сказать упрямство это или верность своим принципам, но есть грани, за которые мы не перейдем. Жаль, что они сходятся на наших отношениях. Выхожу на террасу. Холодно, солнце спряталось за лиловой тучей, ветер забирается под распахнутые полы белоснежной рубашки. Прикуриваю трясущимися руками, жадно затягиваюсь, смотря только на одну точку внизу, на напряженную спину Стаса, который удаляется от меня шаг за шагом. Слезы ледяными дорожками катятся по щекам. Это конец.

Эпилог.

День сегодня не удался. Из-за несдержанности Франи пришлось выплачивать неустойку клиенту. А попался нам мальчик из обеспеченной семьи, который оценил свою расцарапанную острыми когтями девушки щеку довольно дорого. Я мог бы упереться и не платить, был бы прав. Сексуальные домогательства караются весьма жестоко, и в свидетелях недостатка не было. Но здесь я не принадлежу сливкам общества, здесь некому заступиться, в отличие от этого щеголя, его звонок отцу и мое кафе было бы закрыто за остаток дня. Мне не стоит рассказывать, как это происходит, сомневаюсь, что ситуация сильно отличается от тех, что происходят в Москве, да и по всему миру. Стандартная картина. Позволяющий себе все сынок богатенького папеньки возжелал внимания простой официантки в простом кафе. Девушка отказала. Попытка заставить силой и вновь грубый отказ. Работодатель девушки выплачивает оскорбленному клиенту денежную компенсацию, чтобы просто замять неприятную ситуацию. По сценарию я, как работодатель девушки, должен со следующего дня удерживать какую-то часть суммы из ее зарплаты, но я не опущусь до такого. Хотя, зря. Но я еще не зачерствел настолько, чтобы вынуждать девушку платить за свою внешность и за прихоти таких ублюдков, как Шагони.

Отфыркиваюсь от воды, заливающейся в нос и рот. Душ снимает напряжение. Усталость постепенно уходит, силы возвращаются. Не могу сказать, что я не рад большому объему работы и некоторым неурядицам, минус только в том, что они высасывают деньги. Не хочу, чтобы все было гладко. Желаю только одного уставать настолько, чтобы не было сил даже думать. Потому что…, стоит только появиться возможности окунуться в остатки памяти, как все сводится только к одному человеку. Стас. Я поверил, я понадеялся, посчитал, что ему удалось мне доказать. Вновь повелся на тот факт, что он спас меня. Его поддержка была для меня именно спасением, я бы не смог оставаться один после поступка Рауля. Вероятно, у этого человека просто комплекс героя и ему необходимо защищать чью-то жизнь. И он решил стать моим опекуном. Не могу сказать, что не рад. Он дважды спас мою шкурку. Сначала пожар, теперь Рауль…. Никогда бы не подумал…. Но, вашу мать! Я в поступках Стаса вижу иной подтекст! Я хочу, чтобы он кидался в мои проблемы и вытаскивал меня оттуда за волосы не просто так, а потому что я ему дорог. Я. Дорог.