это не они.
– Не понимаю, как тебе это удалось, – сказала я.
– Собственно, с сегодняшними возможностями медицины сделать такую пластику легче, чем кажется. Главное: найти нужных хирургов. А не тех, кого рекламируют поросшие мхом звездульки в инете. Этой техникой давно пользуются спецслужбы по всему миру. Обыватели очень удивились бы, если бы узнали, скольких людей давно заменили. Первые эксперименты еще в 80-х годах проводили в СССР, и очень успешно. Юлиан Семенов об этом писал. Я нашел нужных спецов. Связи из зоны очень помогли. Рост и фигура у нас одинаковые. Манеру речи, походку и мимику скопировать легче, чем кажется, а я брал уроки актерского мастерства. Я стал твоим Родей. Я им дышал. Я им жил.
– А голос? – спросила я. – Тебе почти удалось. Почти.
– Нанял фониатра, который поставил голос и научил дышать, как Родион. Ты знала, Ника, что голос человека зависит от его дыхания?
– Нет, не знала.
– Я стал Родионом. Ходил и дышал, как Родион. Установил за ним круглосуточную слежку. Для айтишника моего уровня это не проблема. Я знал, как он чешет нос и как занимается сексом. Как шутит и как ест. Всё это время работал из дома, почти не выходил. Лера была моими ногами. Посредником во всём.
– Авария была случайностью или… – задала я наболевший вопрос.
– Или. Это я устроил аварию.
– Мы устроили, – поправила его Лера.
– Да, – согласился Гарик. – И в момент аварии мы с Лерой заменили твоего мужа на меня. Я себе специально башку разбил. Но не сильно. Лера отвезла твоего муженька на кладбище и здесь его похоронили. Поэтому мы с Лерой и привезли тебя сюда. Хотела быть с мужем? Будешь.
Значит, они не знают, что мы с Юрой и Ариком уже были здесь. И сторож, как и обещал, им ничего не сказал. Они до сих пор думают, что Родион похоронен в одиннадцатой могиле.
– План был идеальный, – подала голос Лера. – Если бы ты, дрянь, всё не испортила.
– Что я испортила? Вы и так меня убьете.
– Это да, – согласился Гарик. – Вопрос в том: как? – он подошел ко мне и взял за подбородок, заставляя поднять голову и посмотреть на него. – Всё должно было быть не так. Ты всё испортила. Весь мой гениальный сюжет запорола вместе со своим папашей, – он резко повернул мой подбородок.
Шея хрустнула, я застонала от боли. Гарик сел за стол напротив меня.
– Мы хотели довести тебя до стресса, до полного безумия. Чтобы ты сама наложила на себя руки, как это сделала Ариадна. Чтобы свести тебя с ума я манипулировал тобой. Повышал накал тревоги. Ты и так нервная, как все писатели. Я нарочно тебе подкидывал разные неточности, чтобы ты понимала: рядом не твой муж. Наслаждаясь, играл на нервах, а на людях изображал любящего и терпеливого супруга. Клим мне очень помогал, сам того не зная. Рассказывал, что ты такая экзальтированная, как твоя мать. И что он тоже с ней намучился в свое время. С ее приступами тревожности и нервозности. Поэтому он тебя всегда держал в ежовых рукавицах и просил меня вести себя так же.
– Зачем же вы пытались убить папу?
– Да потому что твой папаша неожиданно примчался сюда и узнал Леру, которую до этого не видел с тех пор, как меня посадили.
– Она на суде была, да? – мне необходимо было вытащить из него как можно больше информации и записать на дядю Сёму.
Чтобы после моей смерти у Юры и Гарика были железные доказательства. Вся схема их аферы. Страх внезапно куда-то улетучился. Наверное, потому что он жил со мной все эти месяцы и достиг максимума. А потом мозг, видимо, устал бояться. Не было метаний, слез и паники. Не было ощущения, что вот сейчас я проживаю последние минуты. Что больше не увижу лето, осень, зиму.
Я словно смотрела на всё это со стороны. Как будто мне показывали фильм, сценарий к которому я написала сама. И теперь просто вношу правки, проверяя стройность сюжета, складывая финальную мозаику событий, как обычно это делают писатели-детективщики и авторы триллеров.
– Не понимаю, как Клим узнал Леру, – с досадой развел руками Гарик. – Пять лет прошло. Она похудела на тридцать килограммов, поменяла цвет волос и даже вставила себе линзы. Про макияж уже не говорю. Ее никто не узнает. А он узнал.
– Я не знала что это чужая книга. Клянусь! Отец мне рассказал, что это черновик мамы, – не знаю, почему мне показалось важным оправдаться.
Не из-за них. Из-за Ариадны. Вот кто, действительно, ни в чем не виноват.
– Правда? – медленно протянул Гарик. – Мне плевать. Я тебе не верю. Знаю таких, как ты. Ни в чем никогда не виноватых, – он вскочил, бросился ко мне и схватил меня за горло. – Надеешься на пощаду? Даже не думай! Ты всё знала. Я столько раз представлял себе этот момент, когда схвачу тебя за горло. Увижу, наконец, как в твоих глазах медленно исчезает жизнь. Когда я спал с тобой, то балдел от того, что дрючу жену этого урода. Имею и его, и тебя, и твоего папочку. Жаль, что моего лица ты не видишь. Чтобы и на том свете я у тебя перед глазами стоял, – он отпустил меня, потому что я закашлялась, задыхаясь.
– Гар, сломай ей шею, как Рите, – Лера вскочила и подбежала к нам.
– А Риту ты за что убил? – с трудом прохрипела я, держась за горло. – Она ведь тебе ничего не сделала.
– Эта старая тварь могла помешать, – ответила Лера. – У нее был отвратительный характер. Она везде лезла. И, знаешь, мне доставило жгучее удовольствие смотреть на видео, как она скатилась по ступенькам и сломала себе шею. Тот, кто выполнил для нас это задание, прислал видео. Это был такой кайф! Я три раза пересмотрела, как сдыхает та, что тебе заменила мамочку. Уверена, что моя мама в этот момент радовалась там, на небесах. С папочкой, правда, неудачно получилось. Прыткий оказался, хоть и пожилой. Так припустил, что еле догнали. Еще и сопротивлялся.
– Эта гнусь привыкла выживать еще при советской власти. Такого просто так не убьешь, – процедил сквозь зубы Гарик. – Ничего, сейчас закончим с тобой, а потом наведаемся в больницу.
Он схватил меня за горло.
– Сломай ей шею, Гарик! – зашипела Лера. – Подожди, подойду поближе, хочу в подробностях увидеть, как она сдыхает, – она прижалась ко мне и заглянула в лицо.
17 глава. Истина в огне
Юра
Не спалось
