Он оторвал кусок простыни и обмотал его вокруг кровоточащей раны на шее Клариссы. Но вампир понимал, что уже поздно. Девушка потеряла слишком много крови, чтобы выжить. Ее пульс стал очень слабым, а биение сердца — неровным. Еще немного, и оно остановится навсегда. Франц Леопольд даже не надеялся, что Кларисса придет в себя.
— Она умирает! — в отчаянии закричал Лучиано.
От него тоже не укрылось, что состояние девушки было безнадежным. Если бы вампиры могли плакать, то Носферас, наверное, рыдал бы. Он словно ребенка качал лежавшую на его руках Клариссу. В ее теле медленно, но необратимо угасала жизнь.
Внезапно Лучиано оторвал взгляд от девушки и диким взором посмотрел на Франца Леопольда.
— Ты должен ей помочь!
— Я?
— Да, ты, потому что это твоя вина. Если бы ты не плел свои подлые интриги, ничего бы этого не произошло!
«Возможно, не сегодня, но рано или поздно это все равно случилось бы», — подумал Франц Леопольд, но не стал произносить этого вслух. Вместо этого он спросил:
— И как, по-твоему, я могу спасти ее?
Венец прочитал ответ в мыслях Лучиано и отшатнулся.
— О нет, даже не думай об этом. Несмотря на то что я Дракас и мои силы значительно превосходят твои, я не могу превратить ее в вампира.
— Ты просто не хочешь! — упрекнул его Лучиано.
— Может быть и так, потому что я не уверен, что это хорошая мысль. Но я правда не могу этого сделать. Я лишь уничтожу вмеете с Клариссой себя — что, полагаю, вовсе не огорчит тебя, — но спасти ее все равно не смогу. Поэтому попрощайся с ней и пойдем. Не забывай, она всего лишь человек. Рано или поздно ты забудешь ее.
— Никогда! — крикнул Лучиано голосом, полным боли.
Франц Леопольд поднял руку.
— Тихо! Что это было?
Взгляд вампира упал на дверь. Ручка начала медленно опускаться. В комнате воцарилась мертвая тишина. Затем в замке что-то щелкнуло. Франц Леопольд вскочил и уже собирался броситься к двери, когда та распахнулась и Алиса, Иви и Сеймоур ворвались в комнату. Ну конечно. Кто же еще мог подобраться к ним так незаметно?
— Мы опоздали, — простонала Алиса, взглянув на девушку. — Она умрет.
— Да, потому что Лео отказывается мне помочь, хотя это он во всем виноват.
Иви заперла дверь и лишь после этого подошла к кровати. Осмотрев девушку, она с грустным видом кивнула.
— Ее тело слишком ослаблено. Она уже не поправится. Прости, Лучиано, я ничем не могу ей помочь.
— Можешь! Если кто-то и может это сделать, то только ты, — сказал Лучиано. Он поднял Клариссу и придвинул ее к Иви. — Пожалуйста, я не умею этого делать, но у тебя много сил и опыта. Ты можешь спасти ее и подарить ей вечную жизнь!
Иви покачала головой.
— Вечную жизнь ей может даровать лишь ее Бог, если то, что утверждает ее религия, соответствует действительности. Вампир же обрекает себя на вечную тьму.
— Сейчас не время философствовать! Я не хочу ее потерять. Поэтому помоги мне, Иви, умоляю тебя!
Иви взяла друга за руки и серьезно посмотрела на него.
— Лучиано, послушай, даже если бы я хотела обречь Клариссу на такое существование, я не могу этого сделать. Я нечистокровная, разве ты забыл? Я сама была человеком, а превращать людей в своих слуг испокон веков могли лишь чистокровные вампиры.
Лучиано недоверчиво взглянул на ирландку. Казалось, он не хотел верить в то, что в мире есть что-то, чего она не может.
— Но ты знаешь, как это делается, — вмешалась Алиса.
Иви кивнула.
— Хорошо, тогда нам нужно попробовать сделать это вместе. Мы можем поддерживать друг друга, как мы обычно делали, выполняя слишком сложные упражнения. А Иви будет говорить нам, что именно мы должны делать.
Иви повернулась к Алисе.
— Значит, ты тоже за то, чтобы мы превратили эту девушку в вампира?
— Если это единственная возможность для Лучиано не потерять ее, то да.
— А Кларисса? Ведь мы не спросили ее, желает ли она для себя такой участи.
Алиса пожала плечами.
— Не думаю, что у вампиров принято просить у людей разрешения. Нет, я не представляю себе, что хоть кого-то из слуг об этом спрашивали. Кроме того, Кларисса больше ничего не сможет нам сказать. Она уже не очнется. Поэтому нам нужно самим принимать решение. Как бы то ни было, я не нахожу наше существование таким ужасным, чтобы считать, что лучше позволить ей умереть.
Франц Леопольд кивнул.
— Если я могу чем-то помочь, просто скажите мне об этом.
Но Иви снова повернулась к Лучиано.
— Ты уверен?
— Да! Пожалуйста, помоги мне! Умоляю тебя!
Ирландка медленно кивнула. Она еще раз осмотрела Клариссу и прислушалась к еле слышному сердцебиению девушки.
— Она почти готова. Подойди, Лучиано. Ты сделаешь это сам. И буду рядом и дам тебе силы, которые позволят тебе справиться с этим и не погубить себя.
Алиса и Франц Леопольд, не сводя глаз со своих друзей, немного отступили в сторону, в то время как Иви расцарапала руку Лучиано и поднесла ее к лицу Клариссы, чтобы кровь вампира попала ей в рот. После этого ирландка сняла с шеи девушки повязку, которую наложил ей Франц Леопольд. Рана уже почти перестала кровоточить. В теле Клариссы осталось совсем немного крови.
— Так, а теперь возьми ее на руки и сделай еще один глоток. Медленно и осторожно. Попытайся сохранять ясную голову и отстраниться от Клариссы за миг до последнего удара ее сердца. Я подскажу, когда будет нужно это сделать, и дам тебе силы оторваться от нее.
В спальне Клариссы воцарилась гробовая тишина. Девушка прощалась с жизнью. Ее грудь поднялась, чтобы сделать еще один, последний вздох. Иви схватила Лучиано за плечи.
— Сейчас!
Зубы вампира выскользнули из раны. Последняя капелька крови скатилась по шее Клариссы и упала на подушку. Ее сердце еще раз дрогнуло и остановилось, словно часы, которые забыли завести. Кларисса была мертва. Все собравшиеся в комнате молча смотрели па нее.
В конце концов Алиса нарушила тишину:
— Это сработало? Она выглядит так, как будто умерла.
Иви кивнула.
— Кларисса мертва и такой и останется. Но скоро в ее теле начнут происходить перемены, после которых она превратится в вампира, — сказала ирландка и посмотрела на Лучиано, который дрожал от волнения. — Теперь она твоя тень, которая должна служить и подчиняться лишь тебе.
— Нет! Она моя возлюбленная, и это я буду лежать у ее ног и служить ей до конца своего существования! — пылко ответил Носферас.
Франц Леопольд застонал.
— Мы с ним еще намаемся. Я уже не знаю, такой ли удачной была эта затея.
Иви грустно улыбнулась.
— Ты прав, но теперь слишком поздно, и нам всем придется как-нибудь с этим справиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
