нужно беспокоиться обо мне.
Я всегда беспокоилась о нем. Это была моя работа как его сестры. Но по хмурому выражению лица Тибриса было ясно, что он готов сменить тему.
— Итак… как много ты знаешь о вине и эле?
Тибрис рассмеялся.
— Меньше, чем ты знаешь об уборке.
— Моя работа в пекарне Херика, должно быть, была для чего-то хороша, — сказала я.
Я надеялась, что с ней все в порядке. Надеялась, что деревня не наказала ее за то, что она наняла одну из продажных людей. Она была достаточно взрослой, чтобы ее не нужно было оценивать, но…
Сколько неприятностей я ей причинила?
Мы завернули за угол, и в поле зрения появился замок. Он был похож на крепость, построенную для защиты от какого — то древнего врага, с каменными стенами, такими темными, что они казались почти черными — каждый кирпич был вырезан в виде идеальных прямоугольников. Над нами возвышалось несколько башен, уходящих в небо крошечными окнами, разбросанными, казалось, через случайные промежутки.
Я потянулась к руке моего брата.
— Мне страшно, — призналась я.
Было очень мало людей, которым я призналась бы в такой слабости.
— Мне тоже.
Тибрис посмотрел на меня и покачал головой от того, что увидел на моем лице.
— Я был напуган с тех пор, как вернулся домой и обнаружил, что тебя нет. С тех пор, как я услышал, что ты сбежала, а Асинию похитили. С тех пор, как мама… — мускул дернулся на его челюсти.
— Но каждый раз, когда я думаю об этом, о том, как часть меня задавалась вопросом, мертва ли ты тоже, страх уступает место ярости.
Сосредоточься на этом, Приска. Сосредоточься на всем, что они отняли у нас. Сосредоточься на Асинии.
Месть горела у меня в животе. Тибрис был прав. Ярость была лучше страха. Лориан сказал то же самое, когда дело дошло до использования моей силы.
Наша карета проехала мимо замка и длинной вереницы безлошадных экипажей, большинство из которых были белыми с золотым. Вероятно, дворяне прибыли на какую-то вечеринку. Мы продолжали ехать прямо, свернув на следующем повороте направо, и карета замедлила ход у стражей. Несколько охранников стояли у ворот для слуг, и я заставила себя замедлить дыхание.
— Стой, — произнес чей-то голос, и карета остановилась.
Я достала свои бумаги и спрятала другую руку в складках платья, чтобы скрыть дрожь. Стражники ожидали, что у нас будут нервы — в конце концов, мы были крестьянами, которые вот-вот начнут работать в замке. Но слепой ужас заставил бы их присмотреться повнимательнее.
Один из охранников высунулся в окно кареты, его пристальный взгляд скользнул по нам обоим.
— Документы.
Мы передали их. Он просмотрел их и кивнул, протягивая их нам обратно, чтобы мы их взяли. Ворота открылись, и карета проехала к следующему контрольно-пропускному пункту. Теперь, когда мы прошли первое испытание, мои конечности ослабли.
Следующий охранник потратил больше времени, вчитываясь в каждое слово и сравнивая описания с нашими лицами. Я опустила взгляд, как и следовало ожидать.
— Откуда ты идешь? — спросил он.
Моя кожа натянулась под его жестким взглядом.
— Миструн, — сказала я без колебаний.
Тишина затянулась, пока он продолжал изучать наши документы. Струйка пота скатилась по моей спине, и я изо всех сил старалась сохранить нейтральное выражение лица, немного скучающее. Наконец, он кивнул, протягивая наши документы. Карета поехала дальше, и я судорожно вздохнула.
— Я думала, меня вырвет прямо на себя, — пробормотала я.
Тибрис затрясся от смеха, и было легко увидеть его наступившее облегчение.
— Мы сделали это, — сказал он. — Самая трудная часть позади.
Я покачала головой, когда экипаж снова остановился прямо перед входом для слуг.
— Почему-то я в этом сомневаюсь.
Мы вышли из экипажа, у каждого в руках была сумка с нашими немногочисленными пожитками. В дверях появилась женщина с суровым лицом.
— Вы новобранцы из Мистрана.
— Это верно.
Тибрис улыбнулся ей.
Ее взгляд слегка смягчился.
— Ну, тогда двигайтесь.
Мы оба бросились, следуя за ней в замок. Вход для слуг открылся в узкую комнату, где ждали несколько мальчиков-разносчиков. Один из них злобно посмотрел на меня, и я наградила его убийственным взглядом.
Тибрис толкнул меня локтем, и я снова заставила себя опустить взгляд.
— Имена, — рявкнула женщина.
— Я Сетелла, а это Лукас, — сказала я.
— Меня зовут Неля. Я управляю организацией замка. Лукас, ты пойдешь в соседнюю комнату, где один из других слуг подвала выдаст тебе форму и покажет твою кровать. Сетелла, следуй за мной.
Тибрис ободряюще улыбнулся мне и исчез. Я последовала за Нелией, отмечая в уме каждый поворот. Обычно я не была хороша в указаниях, но к тому времени, когда я покидала этот замок, я знала каждый его дюйм.
Неля провела меня через кухню, где было так жарко и парно, за что я сразу же была благодарна Вайсеру за то, что моя должность не имела ничего общего с приготовлением пищи. К тому времени, как мы прошли мимо ревущего огня — и повара, который кричал на служанку, — я вспотела в своем плаще.
Мы вышли из кухни в длинный коридор.
— Это коридоры для прислуги.
Неля кивнула на разные двери, которые, должно быть, открывались в другие коридоры.
— Они позволяют нам путешествовать по замку, не беспокоя знать.
Потому что напоминать знати, что есть люди, потакающие любой их прихоти, было бы верхом невоспитанности.
Неля, казалось, ждала ответа, поэтому я кивнула ей.
— Скажи мне, что ты не очередная пустоголовая, медлительная дура, — прорычала она, шагая по коридору.
Я побежала за ней.
— Нет, вовсе нет, — запротестовала я. — Просто принимаю все во внимание.
— Двигайся быстрее.
На следующем перекрестке она повернула налево и повела меня вверх по лестнице. Взглянув на бумагу в своей руке, она кивнула.
— У нас есть пустая кровать в
