к нам с бокалом в руке.
— О чём разговор, господа?
— О красоте жизни, — сказал я.
— А, это да. Жизнь прекрасна. Особенно когда ты только что выиграл Кубок Короля.
Бернд был в хорошем настроении. Редкость для него — обычно немец держался холодно, отстранённо. Но сегодня даже он позволил себе расслабиться.
* * *
К девяти вечеринка набрала обороты.
Музыка стала громче, народ веселее. Шампанское и много чего покрепче лилось рекой, и голоса становились всё громче.
Я допил свой второй бокал шампанского и решил, что на этом хватит. Режим есть режим. Да и я за рулём вообще-то. Тут нет политики нулевой терпимости к алкоголю, в такой расслабленной стране она смотрелась бы инородно, но в любом случае нужно держать себя в руках. Ехать сюда завтра за машиной из-за пары лишних бокалов вина или или шампанского? Да ну нафиг.
И тут приехали девушки.
Их было человек десять или двенадцать — я не считал. Молодые, красивые, одетые так, что сразу всё становилось понятно. Мини-юбки, декольте до пупа, макияж боевой раскраски. Профессионалки.
Они высыпали из двух такси и уверенно направились к дому. Охрана на входе даже не попыталась их остановить — видимо, их ждали.
Я посмотрел на Заварова. Он посмотрел на меня.
— Саня, — сказал я тихо, — это то, что я думаю?
— Похоже на то.
— Кто их вызвал?
Заваров пожал плечами.
— Без понятия. Но явно не Хосе Рамон — он же это всё организовывал для команды, а не для… такого. Скорее всего, кто-то из друзей Кристобаля. Типичный мальчишник, сам понимаешь.
Действительно, в углу я заметил нескольких парней, которых раньше не видел. Не футболисты — обычные ребята, друзья жениха. Один из них, коренастый тип с золотой цепью на шее, широко улыбался и что-то говорил девицам, показывая на дом. Похоже, это была его идея.
Алешанко тем временем стоял у бара с Мигели и о чём-то оживлённо разговаривал. Когда он заметил вновь прибывших, лицо его вытянулось. Он явно не ожидал такого поворота. Я видел, как он что-то резко сказал Мигели и направился к тому парню с цепью. Но было уже поздно.
Девицы тем временем рассредоточились по вечеринке. Одна повисла на Урбано — молодом полузащитнике, который был явно не против. Другая подошла к Карраско. Третья — к кому-то из дубля. Атмосфера изменилась мгновенно. Ещё минуту назад это была просто шумная вечеринка победителей — шампанское, музыка, разговоры о футболе. Теперь это становилось чем-то совсем другим.
— Хосе, может быть всё-таки разогнать этот балаган, — обратился я к Алешанко когда возле отапливаемого бассейна началось шоу, парочка девиц приехали уже подготовленными, в бикини, — как бы это всё не вышло нам боком. Тут половина если не больше женаты. Жёны за порог, а «Барселона» по шлюхам?
— Да ладно, Алекс. что ж теперь, — махнул рукой Хосе Рамон, — пусть молодые развлекаются. Мы наоборот присмотрим за порядком.
— Это большая ошибка.
— Я тебя умоляю. Это Испания!
И вот тут стало понятно что пора уходить.
* * *
Я отошёл в холл первого этажа, нашёл телефон. Набрал домашний номер.
Катя ответила после второго гудка.
— Слава? Что-то случилось?
— Всё в порядке. Слушай, я сейчас уезжаю домой.
— Уже? Так рано?
— Да. Вечеринка… В общем, здесь появились люди, с которыми мне лучше не светиться рядом. Понимаешь?
Пауза. Катя была умной женщиной. Она поняла сразу.
— Шлюхи?
— Да. Буду через полчаса. Оденься, мы идём гулять.
— Гулять? Куда?
— На Рамблу. Хочу провести вечер с женой, а не с этим всем.
— Хорошо. Жду. Люблю тебя
— я тебя тоже
Я повесил трубку и пошёл к выходу.
По пути столкнулся с Заваровым. Саня тоже направлялся к двери.
— Уходишь? — спросил он.
— Ухожу. Ты?
— Тоже. Не нравится мне это всё. Чутьё подсказывает — будут проблемы.
— Правильное у тебя чутьё. Мы с Катей собрались в город. Ты как, составишь нам компанию? Твоя-то на яхте сейчас.
— Да ну, домой поеду. Увидимся на тренировке.
— Давай.
Мы вышли на улицу, где стояли наши машины. Попрощались, разъехались в разные стороны.
Домой и думал
Думал о том, какой это может быть скандал, если информация просочится в прессу. Думал о том, что Алешанко, капитан команды, будет крайним, хотя он явно не заказывал этих девиц. Думал о том, что мне нужно алиби. Железное, неопровержимое алиби.
И тогда я сделал то, что в нормальной ситуации никогда бы не сделал.
И тогда я сделал то, что в нормальной ситуации никогда бы не сделал.
Когда я ехал на вечеринку, на выезде из Педральбеса заметил полицейский патруль. Двое копов с радаром на обочине — стандартная засада на богатеньких любителей погонять по ночной дороге. Я тогда ещё подумал: надо же, работают ребята.
Теперь эта засада была мне на руку.
Я выехал из ворот особняка и направился в сторону города. Тот самый участок — прямая дорога, ограничение сорок, фонари через каждые пятьдесят метров. Патруль стоял на месте. Я вдавил газ. Стрелка спидометра поползла вверх — пятьдесят, шестьдесят…
Замигала мигалка. Полицейский вышел на дорогу, поднял жезл.
Я остановился.
— Сеньор, ваши документы.
Я протянул права. Полицейский посмотрел на имя, потом на меня. Узнал — ещё бы, моё лицо было на половине рекламных щитов в городе.
— Сеньор Сергеев?
— Он самый.
— Поздравляю с победой в Кубке Короля. Два гола вчера — это было что-то!
— Спасибо.
— Но вы превысили скорость. Шестьдесят в зоне сорока. Радар не обманешь.
Я развёл руками.
— Виноват. Торопился домой, к жене.
Полицейский улыбнулся понимающе.
— Бывает. Но правила есть правила. Я должен выписать штраф.
— Конечно. Выписывайте.
* * *
Домой я приехал без пятнадцати десять.
Катя уже была готова — лёгкое платье, туфли на низком каблуке, лёгкий макияж. Красивая. Моя.
— Как Сашка? — спросил я.
— Спит как ангел. Няня уже приехала, может идти
— Отлично. Поехали.
Мы оставили машину у дома и пошли пешком. От нашей квартиры до Рамблы — минут двадцать прогулочным шагом. Вечер был тёплым, улицы — полны людей. Барселона праздновала победу в Кубке Короля.
На Рамбле было многолюдно даже по меркам этой улицы. Туристы, местные, уличные артисты, продавцы цветов. Живой поток людей, который никогда не останавливается.
Нас узнали почти сразу.
