можно понять, что передо мной на самом деле кто-то примерно моего возраста, а значит, вряд ли этот незнакомец будет действительно мастером. Максимум — эксперт боевых искусств.
Правда, думаю, эксперт бежал бы куда быстрее, и я бы точно не смог его вот так догнать, что, впрочем, не отменяет того, что меня загоняли сюда специально. Такое тоже нельзя было исключать.
— Кто ты такой, чужеземец? — вдруг хрипло спросил у меня этот воин.
Такое чувство, что он пытался говорить громче, но единственное, что у него получалось, лишь громкий шёпот, который звучал с некоторой долей надрывности. Немного неприятно для слуха, но говорил незнакомец на имперском, а значит, мы могли вполне понять друг друга.
— Обычный наёмник, — пожал я плечами, не отрывая взгляда от своего противника. — И вы мешаете моей работе.
— Обычный наёмник, говоришь? — наклонил голову набок клановый и тут же бросился на меня.
Места на крыше не так много, так что мы уже в следующий миг скрестили наше оружие. В руках наёмника был нож, ну а у меня мои излюбленные дубинки, которыми я и заблокировал его выпад. И ведь он со мной не собирался «играть», а сразу ударил так, чтобы нанести удар в жизненно важные органы.
— Вот значит как⁈ — усмехнулся я и пинком ноги отбросил воина от себя. — Сразу нападаешь?
— Обычный наёмник ничего не стоит перед воином тени! — пафосно воскликнул клановый.
Вместе с его словами рядом с ним действительно, казалось, заклубились тени, которые стали охватывать собой часть пространства на крыше. Как раз он стоял на участке, на который отбрасывалась тень от соседнего здания с куда большей высотой, чем то, на котором мы находились.
Теперь я понимал, благодаря наставнику Флетчеру, что это лишь визуальное проявление взаимодействия с духовной энергией, когда она начинает подчиняться воле мастера боевых искусств и преображает мир. Но всё равно это смотрелось довольно фантастично, будто мой противник был магом, как из какой-нибудь книжки фэнтези.
Отчасти то, что я видел, походило на то, что я увидел у той женщины из тёмного клана. Вот только её тени были куда более материальными и ужасающими. Если не понимать, что именно против тебя используют, то можно подумать, что она направляла на меня души убитых ею людей, что нехило так деморализовало и сковывало разум.
Здесь же всё куда проще. Тени были лишь сгустками темноты, которые бросились на меня расплывчатыми снарядами.
Только в этот раз я знал, с чем я столкнусь, и заставил внутреннюю энергию сильнее раскручиваться по моему телу, ускоряя её бег. Мгновение на переход в боевую стойку, а затем нанести несколько стремительных ударов и под конец глубокий выпад, который разрубает последний сгусток темноты, что мой противник бросил в меня.
— К-как ты… — расширенными глазами смотрел на меня клановый.
Раз уж мой противник пытался сыграть в пафос и не преуспел, то и мне можно попробовать сделать то же самое. Тем более это выйдет куда эффектнее, чем у него. Уж после такой демонстрации точно.
— Тому, кто слышит шёпот тьмы, тени не страшны, — медленно произнёс я, направив в сторону парня одну из своих дубинок.
Хорошо, что рядом никого из моей команды не было, а то повторение этой фразы точно бы заставило меня покраснеть. Звучало очень по-дурацки, но ведь работало!
Мой противник даже на миг остановился, судя по всему, опешив от того, что я произнёс. Правда, ещё до этого я разрубил его мистическую технику, что, видимо, раньше не давала осечек.
— Может, поговорим? — предложил я, раз уж так сложились обстоятельства.
К сожалению, мой противник к этому пока не готов и набросился на меня. Нельзя сказать, что этот бой был таким уж простым — всё же я несколько раз чуть не напоролся на лезвие его ножа. В этом плане клановый был действительно хорошим бойцом.
А вот мне из-за того, что нужно произвести определённое впечатление, показывать, что я устал или что у него есть все шансы, чтобы достать меня, просто не мог. Это разрушило бы весь тот образ, что я создавал до этого.
И кажется, у меня даже получалось.
Сначала я позволил ему нанести несколько ударов по мне, которые принимал на свои дубинки, а потом уже я стал отвечать ему чаще, контратакуя на противоходе, чем нападая напрямую. Мне необходимо вымотать этого бойца, чтобы он стал думать уже о других путях решения нашего боя.
Как и в других моих сражениях, для противника становилось большой неожиданностью то, что в моих дубинках есть ещё и электрошок, причём достаточной мощности, чтобы пробить очень многих, несмотря на всё их сопротивление боли. Впору задуматься о том, что и у моих следующих врагов тоже может оказаться что-то подобное, и это мне может сильно не понравиться. Так что стоит внимательно относиться к действиям любого противника, ведь и у него быть что-то, чего я совсем не буду ожидать.
Ну а пока электрический разряд становился самым действенным способом вести переговоры. Как-то сложно сопротивляться, когда твоё тело скручивает от разрядов электричества. Так ещё и я специально бью в точки, где находятся уязвимые места, поэтому спектр ощущений у кланового был весьма разнообразным и болезненным.
Причём даже не столько болезненным, сколько просто обидным. Всё же перестараться я в этом деле не хотел, и мне действительно было интересно узнать, почему нашей журналисткой вдруг помимо прочего, заинтересовались представители кланов. Что же она такого сумела найти, чтобы к её действиям отнеслись столь серьёзно.
— Надеюсь, настрой теперь поменялся? — заинтересовано посмотрел я на своего противника, который лишь глухо стонал в ответ на мой вопрос. — Ты, конечно, извини, но это для твоей же безопасности, — пояснил я свои дальнейшие действия.
Пусть я и победил его в этой схватке, но это совсем не означало, что мой противник так просто сдастся, и что от него не следует ожидать каких-нибудь фокусов. Он уже продемонстрировал, что может использовать мистические техники, а этого мне точно тут не нужно.
Проблема, правда, в том, что неизвестно, как вообще его техники работают, и может ему не нужны для этого обязательно свободные руки и ноги, но всё же лучше будет их связать. Так, по крайней мере, мне будет спокойнее.
— Ты не простой наёмник, — зло посмотрел на меня клановый, когда после связывания я усадил его на поверхность крыши.
— Ты так говоришь, будто
