class="p1">– Вульф, мы не можем… – Выходя на улицу, я думала о поцелуе, а не о том, что меня застанут на поминках с мужчиной под моей юбкой. – А что, если кто-то…
Он проводит пальцем по центру моих трусиков, но из-за ткани мои ощущения слегка притуплены. Вульф запускает палец под мои трусики и продолжает дразнить меня, касаясь всего, кроме клитора.
– Пожалуйста, – наконец стону я. – Вульф…
Вульф приникает ко мне ртом, и я прикрываю глаза от удовольствия, несмотря на то что он сосет мой клитор через ткань.
– Ты божественно пахнешь, – говорит он, проводя носом по моему центру.
Он опускает мою ногу и стягивает с меня трусики, а затем, когда я скидываю их, снова раздвигает бедра. Мне не стыдно опустить руку на его голову поверх платья, принуждая сильнее впиться в мою плоть.
– Я держу тебя, – говорит он и сначала целует нежную кожу на внутренней стороне моего бедра, а затем начинает покусывать ее.
По моим рукам пробегают мурашки, а по центру разливается жар. Он продолжает дразнить меня, то покусывая, то целуя бедра, но я уже начинаю задыхаться и пытаюсь направить его туда, куда хочу, а Вульф лишь хихикает в ответ.
Я крепко зажмуриваюсь, думая о том, что последнюю неделю мы с ребятами привыкали к тому, что снова находимся вместе в одном пространстве. Особенно странно проходили наши ночи. Я пыталась уложить их всех в одну кровать, но один или двое из парней отнекивались и уходили спать отдельно. Возможно, потому что я храплю или им просто не нравится спать вместе. Но за последние семь-восемь месяцев уже многое изменилось, а значит, изменится и это.
Внезапно язык Вульфа касается моего клитора, и я прикусываю губу, чтобы не закричать. Он вводит в меня два пальца, сжимая и потирая местечко внутри меня, от прикосновения к которому у меня подкашиваются ноги. Вульф удовлетворенно стонет и поочередно то сосет и лижет мой клитор, то трахает меня пальцами. Но когда мне кажется, что я вот-вот кончу, он отстраняется.
– Блин, – стону я. – Почему?
Он быстро поднимается на ноги, расстегивает ширинку, а затем, перехватив меня за колено и широко раздвинув мои ноги, вонзается внутрь.
Его губы заглушают мой крик, и я немедленно кончаю. Мое тело покалывает от уплывающего удовольствия, и я сжимаю его плечи, пока он пытается достигнуть своего. Его язык вторгается в мой рот совсем так же, как член вторгается в мою киску. Он забирает все, что хочет.
– Ты вернешься в этот дом с моей спермой, стекающей по ногам, – говорит он, слегка отстранившись от моего рта.
То, как двигаются его губы, когда он говорит, практически прижимаясь к моим, – это особенная форма поцелуя, которую я называю грязной.
– Они почувствуют ее на тебе. Джейс и Аполлон почувствуют запах секса и так чертовски возбудятся, что, держу пари, каждый из них попытается украсть тебя. Но я сегодня оказался внутри тебя первым.
Я киваю, и Вульф проводит языком по моим губам. С каждым его толчком я ударяюсь о стену, и все, что мне остается делать, – это пытаться удержаться на ногах, пока он ищет свою разрядку.
Мгновение спустя он замирает, и, почувствовав, как пульсирует его член, изливаясь в меня, я обнимаю Вульфа за плечи, не желая, чтобы этот момент заканчивался.
Спустя несколько секунд Вульф выходит из меня и поправляет сначала свою одежду, а затем мое платье. Он берет меня пальцем за подбородок и, приподняв лицо, проводит большим пальцем по нижней губе.
– Хорошо, что ты сегодня не накрасила губы, – говорит он. – Это выдало бы меня с головой.
Я позволяю себе слегка улыбнуться, а затем оглядываюсь по сторонам.
– Что ты сделал с моим нижним бельем?
– Они у меня в кармане, – ухмыляется он.
– Вульф… – пытаюсь отчитать его я, но он лишь пожимает плечами и направляется обратно в дом.
– Вульф, ты же не можешь…
– Посмотрим, как долго они смогут продержаться, цветочек, – улыбается он, открывая раздвижную дверь.
Вульф исчезает в толпе людей, собравшихся на кухне, и я стискиваю зубы от досады, но не могу злиться на него. Я поправляю платье и прическу и, убеждаясь, что с ними ничего не случилось из-за мгновения страсти, делаю вдох и захожу внутрь.
Я беру со стойки свой забытый напиток и отпиваю глоток, понимая, что никто даже глазом не моргнул, когда мы ненадолго исчезли. Так как в бокале в основном текила – она обжигает горло, и я наслаждаюсь теплом, которое распространяется по моему телу и приносит расслабление мышцам.
Осмотревшись вокруг, я вижу, что Артемида и Аполлон сидят на диване в гостиной, а Джейс разговаривает с бойцами Олимпа в другом конце комнаты. Поскольку Вульфа рядом нет, я решаю, что он вышел с кем-то из друзей Антонио на улицу, и улыбаюсь про себя, направляясь к Аполлону и Артемиде. Аполлон широко раскрывает глаза, когда я опускаюсь на диван рядом с ним.
– Привет, детка. – Он наклоняется и целует меня в щеку, а затем задерживает свое лицо у моего и вдыхает.
Да, черт возьми, я пахну сексом.
Его взгляд падает на мои колени, и он слегка хмурится, поджав губы.
Я прижимаюсь к нему плечом и смотрю в полузакрытые глаза моей собутыльницы. Тэм улыбается мне, держа в руках новую бутылку пива.
– У тебя что, неприятности?
– Что? – смеюсь я.
– Мой брат выглядит так, будто хочет наброситься на тебя, как пещерный человек, – пожимает она плечами. – Черт, как я скучаю по сексу.
Ох, милая.
– Я скоро вернусь, – говорит Аполлон и вскакивает с дивана, а я, хихикая, придвигаюсь к Тэм поближе и сжимаю бедра, пытаясь удержать внутри сперму Вульфа.
Конечно, мне следовало зайти в ванную, чтобы привести себя в порядок, потому что, конечно же, его сперма уже стекает по моим ногам.
– У тебя есть салфетка? – шепотом спрашиваю я, и когда она мне протягивает ее, слегка приподнимаюсь.
Артемида никак не комментирует то, что я пытаюсь незаметно провести салфеткой по внутренней стороне своих бедер, и поскольку я сижу лицом к ней, то надеюсь, этого больше никто не видит. Неважно, что мы сидим в переполненной людьми гостиной. Неужели кому-то есть дело до того, что я засунула руку под платье?
– Кора… – хихикает Тэм. – Ты смелая.
– Так лучше, – вздыхаю я и, опускаясь обратно, запихиваю салфетку в одну из пустых пивных бутылок.
– На тебя пялятся два парня, – бормочет она.
Ну, отлично.
– Я не буду на них смотреть.
– Хорошо.
– Итак, в твоей жизни не происходит ничего романтичного? – Я подталкиваю
