— Закрой пасть и слушай!
Колечко в руке у Гарриша сверкнуло, джинн тут же болезненно сморщил губы и зло взглянул на брата.
— Сейчас ты выведешь нас к порталу, откроешь выход и как только мы окажемся по ту сторону, я отдам тебе кольцо.
Джинн недобро прищурился и с плохо спрятанной ехидцей пояснил:
— Твоя глюпый, моя колец не имеет доступ, охрана не пропустить!
— С охраной разберемся, — задумчиво оглядел нас Гарриш. — Яр и Сандр, старайтесь не путаться под ногами, все остальные пытайтесь за ними приглядывать. Охрану будем снимать тихо, не хватало еще весь город на ноги поднять.
— Слюшай, ты савсэм сдурел? — изумленно взглянул на Гарриша джинн, — Охрана! Понимаэшь? Тебя убивать! Кирдык! Отдай вэзето и вы уйти!
Гарриш только отмахнулся и властно гаркнул:
— Запрещаю поднимать тревогу и выдавать нас. Теперь веди к порталу.
Джинн покорно кивнул, но злобно блестящие глазки явно показывали, что доверять такому не стоит. Точно готовит какую-нибудь свинью нам.
Указав на дальний угол комнаты, он тут же подлетел к вычерченным кругам на полу, испещренных всевозможными рунами, и стал водить над ними руками. Пока все пялились на действия существа, я шепотом спросил у нага отчего у джинна такой акцент.
— Они между собой разговаривают ментально образами, голосовые связки у них чуть другие, и джиннам очень тяжело общаться из-за этого с другими расами. Это ифрит, так что еще более менее, а вот гули вообще не могут говорить.
Гарриш снова развернулся к нам и подозвав Миху, Кита и вампира, стал вместе с ними разрабатывать дальнейшие действия. Я тут же почувствовал себя ненужным и никчемным. Сандр вон полог держит, парни выясняют как нейтрализовать гулей, чтоб успеть в портал выскочить, а я будто на буксире у всех. Тоже хотелось стать худо-бедно полезным, но как ни копался в памяти прежнего Яроша, так и не разобрался занимался ли он хотя бы рукопашными боями или еще чем, чтоб не быть ненужной обузой для всех и постоять хоть за себя. Решено, как только вернемся в академию, стану боевые искусства изучать наравне с менталистикой и исцелением, не делая себе скидок. Старательно гнал от себя навязчивую 'если' — если вернемся, если доберемся, если…
Тем временем руны в кругах постепенно светлели и, когда заискрились зеленоватым цветом, джинн удовлетворенно кивнул сам себе и приглашающе махнул нам рукой, даже поклонился, вот только вышло у него это как-то издевательски.
Гарриш тут же рявкнул, чтоб мы не отходили от Санра, который выглядел всё хуже и хуже, краше в гроб кладут. Видимо и впрямь эта паутина высасывала у него много сил.
— Ты, — указывая на джинна цыкнул брат, — Пока мы снимаем охрану, открываешь портал. Всех кто тебе мешает — убей. Это приказ.
Джинн только злобно сверкнул глазами, но возражать не стал, покорно кивнув.
Перемещение оказалось мгновенным, только вступили в круг, как тут же очутились в огромном зале, я даже испугаться не успел. А тут уже нас ждал сюрприз, неприятный.
Прямо на нас уставились около десяти жутковатого вида джиннов. Они очень отличались от нашего ифрита. У всех нервно дергающиеся хвосты, у некоторых даже по нескольку, на пальцах длиннющие когти, вместо волос какие-то шевелящиеся веревки, больше напоминающие маленьких змеек. Пока пялился на них, всё вдруг пришло в движение. Ребята рванулись к гулям, наш джинн метнулся в центр зала и, присев возле возвышения, стал что-то рисовать в воздухе, Сандр резко выдохнул и стал заваливаться на пол, пришлось ухватить его за шиворот и поддерживать. Дальше началось светопреставление, по-другому и не скажешь. По всему залу зазвучали глухие удары, потом в ход, видимо, пошли кольца, и то там, то сям стали мелькать искры, от ледяных, замораживающих всё на своем пути, до огненных, которые оставляли после себя запах гари и черные проплешины на белоснежных стенах.
Пришлось чуть ли не на себе тащить Сандра в сторону нашего ифрита, ибо сам парень уже еле передвигал ноги.
— Сними ты эту долбанную паутину, ведь нас уже заметили, — на ходу рявкнул я.
— Не могу, тут какая-то защита и не дает некре втянуться, меня будто высасывают.
Вдруг прямо перед самым носом выскочил один из гулей и, оскалившись, размахнулся, явно желая своими когтями располосовать нас. Но я даже не успел дернуться, как перед нами уже нарисовался Гарриш и, размахнувшись, смачно приложил того кулаком, затем тут же выстрелил в него в упор из кольца.
— Держи, — быстро всучил он мне в руку колечко: — Не давай ифриту в руки, сам приложишь, когда руны начнут светиться.
Последние слова он уже говорил на бегу, ринувшись к остальным, на которых сейчас наседали гули. Ребята хоть и держались, но с трудом. По сравнению с четкими действиями Гарриша, выходило у них немного неуклюже и нескладно.
Добравшись к ифриту, я нервно оглянулся снова. Гулей вроде бы даже прибавилось, а те кто падали, тут же рассыпались в какой-то маслянистый туман и то с одной стороны, то с другой, ввысь подымалась небольшая дымка этого марева. Ребята тоже выглядели жутковато, ободранные и в кровавых разводах, с горящими лихорадочно глазами и тяжело дышащие. Надеюсь, что раны не слишком опасны, хотя и выглядят ужасно. Кровь была, кажется, повсюду.
— Давай кольцо, — прямо над ухом раздался голос ифрита, я даже отшатнулся.
Только сейчас заметил, что руны уже стали переливаться золотистым цветом. Лихорадочно стал искать куда втыкнуть кольцо, и только уже вконец отчаявшись, заметил в самом центре круга небольшое гнездо круглой формы, подходящее по размеру. Тут же заорал ребятам, чтоб подходили, вставил кольцо. Парням второго приглашения и не понадобилось, все гурьбой рванули к кругу и тут же провалились в какую-то темную пустоту, которая только через пару напряженный секунд начала медленно рассеиваться, и мы недоуменно стали оглядывать место, куда нас переправил ифрит.
— Вот же сволочь, — устало вздохнул Гарриш, присаживаясь прямо на траву возле круга. — Прямо в лес сатиров закинул.
— Моя не сволочь! — тут же раздался возмущенный возглас ифрита. Я в шоке развернулся, был ведь уверен, что он остался в зале. — Моя никто нэ сказал куда!
Пока пялился на джинна, мое колечко снова стало сползать с пальца и, уже привычно возвращая его на палец, я заорал от боли, которая распространилась, кажется, по всей руке, обжигая. Взглянув на свою пострадавшую конечность, я даже втянул от страха воздух, забывая дышать. Вся кисть была в огне, но самое странное, что даже одежда не обугливалась, пламя будто старалось не причинить вред. Жаль, что эти усилия были не очень заметны, потому как щипало и жгло руку довольно сильно, хотя ожогов видно не было.
