— Давид, тссс. — И для верности пальчик к губам прикладывает. — Ты хуже меня, уже сам надумал и сам поверил. Я... не из-за тебя, короче. Можно про это не говорить?
— Сашуль?
— Мама мне снилась. Мне иногда снится, только лица не вижу. И... я не хочу вспоминать. Ну пожалуйста.
Черт. Я не хотел её расстроить. Но с другой стороны, если не знать о ее мыслях, то не буду знать, с какой стороны подойти. Где помочь, где утешить. И чувствую, трудное еще впереди.
— А про... ну про то... Я хочу, чтобы так повторилось. — Смущается и быстро добавляет: — Только не сегодня.
— Это почему не сегодня, м?
Занервничала. Спустила ноги с кровати, отвернулась. Ну что ты будешь делать?!
Присаживаюсь перед ней на карточки:
— Опять стесняемся? Мы же говорили про это.
Саша неловко машет рукой и роняет пульт под ноги. Наклоняюсь и... Не понял?!
— А это что на ноге за аппликация из пластырей?
— Все нормально. Я царапину заклеила. Упала утром немножко.
— А на царапины теперь четыре штуки клеить надо? Это фен—шуй так диктует?!
Тяну руку и отклеиваю это безобразие. Да уж! Зашивать, конечно, не надо. Но упасть и так глубоко порезать коленку надо уметь.
— Обработала?
— Я водой помыла. Аптечку я не искала.
— Сиди здесь, катастрофа моя.
Выхожу из Сашиной спальни, соображая, есть ли в моей все необходимое. Вроде да, поэтому захожу в свою душевую, достаю ящичек и возвращаюсь.
Сидит моя принцесса и морщит нос. Правильно, водой она промыла. И весь день еще так проходила. А теперь получи - кровь сочится, наверняка еще и ноет или щиплет.
Вновь присаживаюсь, достаю перекись и смачиваю тампон.
— Потерпи, моя хорошая. Я буду дуть. Ладно?
— Ладно.
Терпеливо выдерживает моё лечение. Сам переживаю, чтобы больно не сделать. Предлагаю забинтовать, но получаю такой отпор. Поэтому просто накладываю повязку и фиксирую опять же пластырями.
— Ты герой. — Шутливо чмокаю в коленку.
Ловлю ее внимательный взгляд и вот уже аптечка летит в сторону, а я припадаю к манящим губам.
Чтобы Саше было удобнее, встаю у кровати на колени, прижимаясь к ее. Они мешают прижать к себе теснее, и мне хочется развести их в стороны, но боюсь напугать. Хотя ничего, выходящего за рамки, я делать не собираюсь.
Кладу руку на затылок, распустив девочке волосы. Они рассыпаются волной по спине, а я пропускаю локоны сквозь пальцы. Жидкий шелк.
Потребность прижаться друг к другу ближе доходит до критической точки. И не только у меня. Саша сама обнимает ногами, и теперь между нами только одежда. Бл*дь, как же она сейчас мешает!
Веду руками по голым ножкам, двигаюсь вверх, поглаживая колени, перехожу на бедра. Слежу за любыми изменениями в лице и дыхании своей девочки. Напугать сейчас, равно разрушить то хрупкое, что есть между нами. Как сапер. В любой момент могу подорваться.
Веду языком по скуле к ушку. Прихватываю мочку губами. Дыхание сбивается у обоих. Ласкаю ушко, параллельно поднимаюсь выше, к краю шортиков. Осторожно, провожу пальцами под тканью, вызывая россыпь мурашек.
Моя ласковая девочка. Возвращаюсь к губам, врываюсь языком в ротик, нахожу ее язычок. Накрывает лавиной нежности.
Продолжая поцелуй медленно и практически невесомо провожу ладонями по плечам. Саша должна привыкнуть к моим прикосновениями. Обхватываю талию. В который раз поражаясь, какая она тонкая. Большими пальцами скольжу вверх, задевая заострившиеся вершинки. Совсем чуть-чуть, словно случайно.
Ощущаю дрожащие пальчики на своей шее, в волосах. Моя смелая девочка.
Слегка тяну за волосы, чтобы Саша запрокинула голову. Спускаюсь поцелуями по шее. Девочка дрожит, но тело расслаблено, а значит, можно пробовать продолжать.
По виску стекает капля пота. Это напряжение дается мне с трудом. Все мышцы напряжены, а в штанах вообще пожар. Не знаю, как выдержу, но должен.
Завожу руки под футболку и глажу животик. Саша вздрагивает, но молчит. Ее руки мой индикатор. Сейчас они, обхватив плечи, тянут к себе. Еще ближе. Еще теснее.
Накрываю ладонями грудь. Самая лучшая, самая идеальная. Для меня.
— Ааах.
Замираю. Слегка сжимаю, одновременно лаская губы. Ловлю новый тихий стон.
Черт, рискнуть или не стоит? Попробую. Миллиметр за миллиметром тяну футболку вверх. Напряжение, распахнутые глаза.
— Тише. Помни, я не сделаю ничего плохого. — Шепчу в губы. — Позволь мне снять с тебя кофту. Кожа к коже намного приятнее.
Ну, на сегодня, видимо, все. Проверил границы. Последний аргумент:
— Я не буду смотреть. Только немного поглажу. А ты меня. Хорошо?
И тут Саша меня реально удивляет. Потому что... кивает. И сама тянет мою футболку вверх!
Аккуратно снимаю ее, сдергиваю свою. Куда отшвыриваю - не знаю. Думать некогда.
— Я не смотрю. Закрывай глазки, доверься мне.
Уже знаю, что поцелуи расслабляют мою принцессу, поэтому тянусь к губами. Продолжаю гладить и прижимать напряжённые горошинки. Девичьи пальчики на моем торсе, спускающиеся вниз по животу, уносят фантазию в неведомые дали.
Спускаю руки к ножкам. Массирую ступни, маленькие пальчики. Ловлю себя на том, что я ненормальный, но безумно хочу поцеловать эти пальчики. Смотря в глаза, поднимаю Сашину ножку, и втягиваю пальчик губами. Выражение глаз начинает стремительно меняться, поэтому тороплюсь прошептать:
— Ты обещала не стесняться. Помни, ничего плохого...
Снова целую пальчики, поднимаюсь губами по ноге. Прокладываю влажную дорожку до начала шортиков и кайфую от ее рук. Кажется, она сама не понимает, что исследует мое тело везде, куда дотягивается. Не знаю, на каких ресурсах сейчас держусь.
