лгать и говорить, что не ведал, что творил — я знал, что этот кусок дерьма сгорит дотла, прежде чем поймёт, что его ударило.
Август, Джед и я смотрели на Вейла, разинув рты, пока я не собралась с мыслями, чтобы заговорить.
— И что ты чувствовал после? — прошептала я.
— Я не жалел. — Он смотрел только на меня.
И я не чувствовала отвращения.
Я чувствовала странную смесь благодарности и… чего-то, что не могла точно определить. Но мне больше не нужно было беспокоиться, что Морт найдёт меня, или Кит, или Яру в безлюдном коридоре и возьмёт то, что захочет.
— Ладно. Значит, ты хочешь нам помочь, но как? — спросил Джед, выпрямившись во весь рост, несмотря на лёгкую дрожь в голосе. Я протянула руку, касаясь его плеча, прежде чем он продолжил. — Конечно, мы можем отсидеться в этой дыре. Но рано или поздно нам придётся идти к Кровавому дереву. Сомневаюсь, что нахождение под землёй спасёт нас от силового поля.
— Не спасёт, — подтвердил Август.
Я опустила голову. Какова вообще цель Вейла? Он мог помочь нам пережить охоты, на которые нас назначали, но ради чего? Он не мог сохранять нам жизнь вечно. Не внутри Эндлока.
Темнота этого места почему-то облегчала честность с самой собой. Я пыталась отгонять сомнения как могла, но реальность была такова: я и близко не подошла к решению задачи, как выбраться из Эндлока. И прятки в земляной норе не приблизят нас к свободе.
Вейл и Август снова обменялись взглядом, от которого у меня заныли зубы.
— Ларч знает об этом месте, — признал Вейл.
— Он знает, что ты вырыл яму в земле, чтобы прятать заключённых от охотников? — спросил Джед.
Я прищурилась.
Вейл отрывисто рассмеялся. — Нет. Конечно, нет. Он знает, что здесь была аварийная система туннелей десятилетия назад, ещё со времён старой тюрьмы. Она проходила под всей территорией, чтобы у охраны был путь к отступлению в случае восстаний или бунтов. Некоторые входы и секции обвалились, поэтому начальник думает, что туннели разрушены. Обрушились от ветхости.
— Туннели идут под всей территорией угодий? — спросила я с недоверием в голосе. Возможность существования чего-то подобного превосходила мои самые смелые мечты. Если это правда, значит, забор, возможно, больше не будет проблемой для нашего побега.
Я уставилась на Августа. Он знал об этом и не потрудился помочь мне, пока я барахталась в поисках выхода?
— В основном, — ответил Вейл. — Некоторые части туннелей действительно обвалились. Этот вход ближе всего к Эндлоку, поэтому мы редко его используем. Слишком много охотников проходит мимо, так что нам приходится сидеть тихо, иначе есть риск, что нас поймают.
— Эта точка входа соединяется с туннелем, который выводит нас к краю поляны Кровавого дерева, — сказал Август, указывая на другую сторону того, что я считала просто ямой.
Когда я посмотрела туда, куда он указывал, то увидела частично скрытый стопкой коробок проход в земляной стене.
Вот как он выживал так долго. Он использовал туннель, чтобы добираться до Кровавого дерева.
— Вообще-то, нам пора двигаться, — объявил Вейл. — Силовое поле скоро сожмётся, и нам нужно попасть в следующий сектор.
Он подошёл к одному из стеллажей, схватил несколько фонариков и бросил каждому из нас.
Мы включили свет и последовали за ним в затянутый паутиной туннель.
— Но почему ты нам помогаешь? — спросила я Вейла, не смея поверить в вывод, к которому мчался мой разум.
Я обернулась, встречаясь взглядом с Августом, пытаясь спросить его без слов, может ли то, во что хочет верить моё сердце, быть правдой.
Это то, о чём я думаю? Я попыталась передать эти слова глазами, и, возможно, сработало, потому что губы Августа скривились в ухмылке как раз в тот момент, когда Вейл мне ответил.
— Потому что я не хочу, чтобы вы здесь умерли. Я помогу вам выбраться.
Глава двадцатая
— Ты — что? — Мой голос сорвался на сдавленный шёпот, и я споткнулась, прежде чем упереться рукой в стену туннеля.
Я не могла правильно расслышать Вейла — и не собиралась давать волю надежде, пока он не подтвердит, что у меня не галлюцинации.
— Я помогу вам с планом выбраться отсюда, — повторил Вейл, сбавляя шаг, чтобы идти рядом со мной. — И отправлюсь с вами в Северное поселение.
— Ты же помнишь ту часть, где ты охранник, да? — спросила я; недоверие сквозило в каждом слове. — На случай, если забыл. Хочешь сбежать с кучкой зэков?
Я не дала ему времени ответить, вместо этого обернулась через плечо и уставилась обвиняющим взглядом на Августа. — И ты. Мы вроде как должны работать вместе. Но ты удобно забыл упомянуть, что планируешь прихватить с собой охранника. Не думал, что это важная деталь? Остальные об этом знают?
— Они все знают про Вейла, — ответил Август, тяжело наваливаясь на Джеда и хромая следом за нами. — Ты должна понять: я бы никогда не сделал ничего, что поставило бы под угрозу Яру, Кит или Момо. Когда ты только прибыла, я тебе не доверял. Ты охотница за головами, Рейвен. И более того, твоё отчаяние в попытках спасти Джеда делало тебя уязвимым звеном. Откуда мне было знать, что ты не сдашь нас ради собственной выгоды, если это поможет Джеду?
Рот открылся, но слова не шли. Август был прав. С его стороны было бы глупо рассказывать мне что-либо. До того, как я узнала их поближе, я бы, наверное, и правда сдала их, если бы это дало мне какой-то рычаг для побега.
Я молча повернулась к Вейлу, требуя объяснений с его стороны.
— Я попросил Августа не говорить тебе, — признался Вейл. — Я не знал, смогу ли заставить себя помочь тебе, пока думал, что ты повстанец. А когда узнал, что нет… я не думал, что ты сможешь довериться охраннику. Только узнав тебя получше, я решился рискнуть и открыть правду.
Его инстинкты сработали верно. Я бы плюнула ему в лицо, попытайся он убедить меня в желании помочь, когда мы впервые столкнулись в Эндлоке.
Я покачала головой. — Так в чём же правда? Ты сказал мне, что не с Коллективом, а просто хочешь помогать людям. Это распространяется и на помощь в побеге заключённых? — Я сделала паузу. — Или это как-то связано с твоим долгом Эрису? В ту ночь, когда мы встретились, ты сказал, что должен ему. Это твоя расплата?
— Ты виделась с ним до Эндлока? — прошипел Джед у меня за спиной.
Я поморщилась. — В таверне «У Верна». Объясню позже.
— Я не говорил, что должен ему, —
