она стала моей, некоторые старшекурсницы использовали в своих целях. Это их скарб.
— И они запросто позволили прибрать такое тебе? — бровь Алви картинно изогнулась.
— Прибрал всё это мистер Носок, а они почему-то не его, а меня пытались заставить вернуть их вещи.
— Разумеется, ты же теперь хозяйка помещения. Комендант — демон и следует соглашениям и правилам, даже когда их нарушает, — усмехнулся Алви.
— Теперь у вас интересные фигуры речи, понятнее изъясниться не можете?
— Если просто, то когда домашний демон общежития законно отдал кому-то комнату, предыдущие договоры не действуют, а всё, что было тут ранее, он может изъять в кладовые замка по своему усмотрению.
— Но ведь они ему что-то платили!
— Видимо, незаконно. Почему, кстати, тебя поселили в отдельную башню, а не ко всем?
— Не знаю. Вроде других мест не было. Леди Элбери решала этот вопрос с комендантом, хотя, кажется, она тоже была недовольна его распоряжением.
— Ясно-ясно, хитрая куча хлама возжелала заполучить себе вот эти очень дорогие вкусняшки, вот и провернула дельце, официально тебя разместив и перебив тем незаконный договор.
— Так можно?
— Если очень хочется. — Алви достал из кучи невзрачный мутный флакон с непонятной закорючкой и запечатанным сургучом колпачком. — Знаешь, что это?
— Нет.
— Последний выдох невинно казнённого.
У меня округлились глаза.
— Зачем он нужен?
— Если направить его с правильным заклинанием в губы недавно умершего, он расскажет свои секреты.
— Ничего себе…
— А вот это менее трагично, зато пикантно. — Алви хитро сощурился, раскрыв передо мной деревянную шкатулку. В нескольких отделениях лежали клыки, мелкие косточки и сушёные сморщенные шарики. — Можно вызывать страсть у любого мужчины и даже свести его с ума, если перетереть каждый ингредиент в порошок и подсыпать в питье вместе со своим волосом.
— Волосы… в питьё… — брезгливо поморщилась я.
— А сушёные тестикулы дикого орангутанга, убитого в поединке за самку, более приятны? — хмыкнул Алви.
Я глянула на сморщенные шарики и, залившись краской, еле выдавила из себя:
— Кто такие омерзительные вещи только достаёт?
— Лучше скажи, кто ими пользуется?
— Ведьмы… — Я содрогнулась.
— Правильно говорить: маги тёмной стороны.
— Это тайное сообщество, — сказала я, на мгновение переборов нежелание быть предательницей. — Я знаю из участников только Лили Пелье, Наяду Сирадэ и Агнешку Ковальски. Они принимают в свои ряды первокурсников за выполнение определённых заданий. Минни Рупер, к примеру. Она делала те приворотные духи, только я об этом не знала…
— Ясно. Что тебе известно про Данку Маджоре?
— Это моя догадка, но когда я высказала её вслух, Минни растерялась. И платье… — я покраснела, так как говорить об этом Алви не хотелось — он и так держит меня за деревенщину.
— Что платье? — испытующе посмотрел Алви.
— То, в котором я попала к штогринам с лестницы после взгляда Данки. Это она его заказывала у модистки, а потом отказалась. И я купила готовое. Так сложилось.
— А вот это уже горячо! — воскликнул с азартом Алви. — Платье неси сюда! Скорее!
* * *
Несколько секунд спустя я протянула платье Алви.
— Надевай! Мигом найдём нужный артефакт! — сказал он.
Я бросилась было поднимать юбку форменного платья и вовремя опомнилась. С красным, как у рака, лицом поспешно опустила юбки, уже задранные почти до бёдер.
Алви расхохотался и ткнул в меня пальцем:
— Ага! Купилась!
Я так возмутилась, что, забывшись, стукнула его кулаком в плечо.
— Ах ты… Тьфу… вы!
Нахал рассмеялся ещё громче, потирая плечо:
— Тяжёлая у тебя рука, Стоули! Но преподавателей бить нельзя! Даже страшно подумать, что будет с твоим рейтингом…
— Да выгоняйте! — сдув прядь, упавшую на лицо, выпалила я. — Сяду на виверну, которую приручила сегодня, и поеду странствовать. Вот так!
— Приручила? — удивился Алви и глянул в своей преподавательский журнал. — Когда успела? Пометок нет об этом.
— Утром, до завтрака.
— Не врёшь?
— Проверь…те. Меня б дракон к себе не пустил, если б не приручила. Это было его задание.
— Вот же балбес лопоухий! Уши оторву Джестеру за то, что не отметил!
— Эка вы о председателе студенческого сообщества…
Алви поморщился, а потом добавил с долей злорадства:
— Поздравляю, Стоули, ты благополучно выплыла из минусов. Приручение виверны засчитывается, как экзамен экстерном. Так что за вычетом долгов у тебя плюс двадцать баллов.
— А у Джестера их убавилось?
— Это не твоя забота, Стоули. Ну что ж, — потёр руки Алви, — давай сюда платье. На нём наверняка осталась энергия мисс Маджоре, и с её помощью можно будет найти, с каким артефактом она связана.
Он выдвинул из кучи котёл на треножнике. Положил сверху платье, вывернутое наизнанку. Порыскал в плетёной прямоугольной корзине с массой склянок. Достал одну из них и высыпал содержимое на ткань.
— Полезное вещество, определяет даже остаточные следы энергии на вещах. Розыскники вовсю им пользуются.
— А зачем оно девушкам?
— А зачем частицы орангутанга? — хмыкнул Алви.
Я опять покраснела до кончика носа. Фиолетовый порошок разлетелся по подолу и засветился крупицами на ткани, стоило Алви произнести заклинание. Крупинки фиолетового света потянулись ко мне. Алви сделал отменяющий пасс и повторил:
— Стартацея лифас!
Порошок из крупиц собрался в светящуюся нить, которая закружила над платьем, как маленькая змейка. Она осыпалась на шов. Затем метнулась от платья направо к артефактам, просочилась струйкой вглубь кучи.
Алви нырнул вслед за ней. Встал на колени на пол и принялся разгребать ненужное: склянки, книжицы, шкатулки, кованные безделицы, мешочки, перья, металлические предметы.
Умирая от любопытства, я наклонилась над ним. Потом тоже встала на колени рядом, помогая.
Чёрт, как же приятно от него пахнет! Нашла о чём думать! — одёрнула я себя. Тут наши локти соприкоснулись, и в комнате внезапно стало душно. Алви глянул на меня и продолжил поиски.
Наконец, он вытащил с самого дна кучи окружённый змейкой из фиолетового порошка
