По словам Фаенга и Ларисара, и Нионарила чувствовали себя средне — но вполне сносно. Находились они вместе с остальными пленницами в специальных комнатах — и пока к ним никто не приставал. Добычу у уртваров было принято делить уже после того, как компания закончится. В принципе, вполне себе правильная идея — особенно учитывая то, что часть уртваров просто напросто не вернется с войны. Заботились о пленниках энторцы, которые и не помышляли о том, чтобы восстать против своих "владык". Им было удобнее согласиться с требованиями уртваров и продолжать жить, чем погибнуть. Я их не винила, даже не презирала за это. Каждый делает свой выбор сам и если такой выбор сделал целый народ — значит, им действительно так проще. Им, но не мне. Я буду биться до конца. Хотя, думаю, скоро и так все закончится.
Я всерьез задумывалась над тем, чтобы последовать примеру Фаенга и стать духом-хранителем после своей смерти. Попрошу Дорена обучить меня всему, а Лари попрошу создать временный якорь. Ведь сделала она якорь для своего любимого? Вот пусть и мне сделает. Эту просьбу я и передала через духа. Хотя, будет ли у меня достаточно сил остаться тут, а не уйти? Вопрос. Обычно духу очень сильно помогали, напоминали о том, что он обещался, что он нужен тут. В случае Фаенга все было вполне логично: последнее желание было очень сильным, да и любил он Лари по-настоящему. Ладно, посмотрим. Но на всякий случай подстраховаться не мешает. А время подумать есть.
Было. Неужели уже пора? Что-то рановато. Дверь открылась, внутрь вошло трое уртваров, один из которых внес мерцающий светильник. Я зажмурилась. Все-таки после полной темноты даже такой свет довольно сильно режет глаза. Эти ребята были мне незнакомы, вынуждено признала я, после того, как рассмотрела этих троих. Показались мне они молодыми и слишком осторожными. Пока один одевал на меня странного вида ожерелье, второй расковывал мои затекшие руки и ноги. Потом меня сняли со стола, опустили на пол, явно не намереваясь тащить меня на себе. Ага, наивные, раз назвались похитителями — то и не отлынивайте. Тем более что затекшее тело явно не желало меня слушаться — вот я и упала на подогнувшихся ногах, неудачно попытавшись схватиться за стол. Боль в ногах заставила вскрикнуть, я отчетливо поняла, что пока я не смогу не то, что убежать или сопротивляться — я не смогу даже и шага ступить. Слезы навернулись сами собой, скорее от боли, чем от обиды. Ну, я предполагала, что состояние моего обессиленного тела будет плачевно, так что была морально подготовлена, так сказать. А вот уртваров этот цирк как раз и убедил в том, что я — всего лишь сломанная беспомощная самка, которая не преподнесет никаких сюрпризов. Вот и хорошо.
Меня подняли, связали руки, потом закинули на плечо одному из воинов, связали для чего-то ноги. Вот идиоты. Неужели они думали, что я смогу в таком состоянии сделать хоть что-то? Видимо, они просто делали по привычке, не думая. Ну, это тоже не плохо. Меня понесли по тем же коридорам из серого, самого обыкновенного камня, что и до этого. Вынесли в тот же дворик, в котором мы оказались тогда с раганом. Внутренний двор верхнего замка, так говорил Фаенг. Потом троица обменялась парой фраз с уже находящимися во дворе уртварами, я почувствовала легкий ветерок — и брусчатка замкового двора сменилась примятой жухлой осенней травой. Меня перебросили через седло на обыкновенной лошади, связали ноги и руки вместе внизу. Да уж… Можно подумать, что я смогу спрыгнуть из такого положения и скрыться в лесу. Лошадка тронулась в путь, меня начало трясти, я постаралась приноровиться к её движениям.
Я старательно изображала из себя совсем отчаявшуюся тушку, которая ничего не может и не хочет — и изображала очень хорошо. Я действительно ничего не могла. И ещё больше меня смущал этот медальон. Не пожалели, гады, хорошую цепочку прикрепили, качественную. Линии заклинаний разноцветные, шероховатые, колючие. Опа, а откуда я знаю, какие они наощупь? Да уж, прогрессируем… Так… как бы разобраться, что это за дрянь такая… Что-то отдаленно похожее на плетение щитов, только интересное, нестандартное. Не, не разберусь. Снимать надо, однозначно. Нехорошее это что-то, как пить дать. Хорошее они на пленницу цеплять не будут.
Я попыталась почувствовать эмоции — и не могла. Вот как… Плохо… Значит, вот на что они рассчитывали, вешая на меня этот медальон. Они боялись, что я применю свои навыки. Идиоты. Я не хочу становиться самоубийцей, когда есть шанс отомстить. А шанс был.
* * *
Кажется, совсем недавно тут закончился дождь, трава была мокрой, копыта коней оставляли четкие следы, глубоко втаптывая отжившую свое траву в размокшую землю. Через пару нирм проехать будет очень тяжело. Даже по хорошим дорогам. Или даже раньше, чем пара нирм?
О, лошадка остановилась. Я вздохнула с облегчением. Что дальше? Меня развязали. Правда, руки оставили связанными, да и медальон не сняли, что было довольно неприятно — но терпимо. В крайнем случае, медальон я и связанными руками могу снять. Поставили на землю, выпрямилась я уже сама. Стою. И это уже прогресс. Передо мной широко улыбается раган. Чем бы его треснуть, чтобы его ровные белоснежные зубки превратились в крошево? Мда, кровожадная я стала. Ну, сами виноваты. Жаль, что только мысленно могу прокручивать то, что я бы хотела с ним сделать. Ах жаль…
— Выглядишь ты конечно не особо, но, я думаю, твой господин не передумает из-за слегка попорченного внешнего вида, правда? Он же любит тебя. Вон, сделал, как велели, приехал только с одним реном.
Он отошел — а я увидела Макса на противоположной стороне поляны. Он уже спешился и сейчас разговаривал с Кайнфом. С этим фреем я провела слишком много времени, чтобы не узнать его даже в их форменной одежде. Да и вообще, фреев оказалось не так тяжело различать, несмотря на всю схожесть их внешнего вида. Все семеро были на серрах. Оружия на Максе я не заметила. Никаких магических щитов тоже не было. Черт, он точно собрался выполнить все их дурацкие требования и теперь готов был всерьез обменять свою жизнь на мою. О звезды… Колени подогнулись сами собой, меня поддержали в последний момент.
— Ну что же ты так, наложница. Нельзя. Нельзя так. Тебе надо дойти до фреев — а Максир должен дойти до нас. И без всяких выкрутасов, поняла? Если что — убьем обоих. И фреев с собой прихватим. Давай, вперед. — и он вытолкнул меня на поляну.
Максир сделал шаг по направлению ко мне. Я тоже пошла. И гори все пропадом: я дойду до него. Но вот к уртварам — не пущу. Пусть убивают. Пусть что хотят делают — не пущу. И с места не сдвинусь. Звезды светлые… Он же ещё не совсем отошел от истощения. Бледный, худой, но идет уверенно, хотя и знает, что ему предстоит после того, как дойдет. Я оглянулась, пересчитывая уртваров. Десяток. И големы тут же, готовы сорваться в бой в любой момент. Гады… Всех убью. Всех, до единого.
