Джокер покачал головой:
– Для этого крови надо побольше – тут совсем крошечная доза, самый кончик иглы едва замазан. А ауру ты, часом, не догадалась посмотреть?
Боже Ари, вот дура! А ведь могла. Тем более что для этого мне ничего особенного не требовалось. Я грустно покачала головой.
– Мне по-прежнему ничего не комментировать? – насмешливо осведомился напарник.
– Не надо. И без твоей помощи сейчас заклюю себя. – Я опустила голову и продолжила мысленное самокопание.
Джокер бросил взгляд на мою мрачную физиономию, повернулся ко мне, взял за плечи и посмотрел в глаза.
– Перестань немедленно. Я пошутил, – спокойно и без тени иронии произнес он. – Конечно, если бы ты просканировала ауру, это было бы неплохо. Но! Твоя задача – защищать Тали. И ты с ней прекрасно справилась. Все происходило быстро. Если бы ты начала сканировать ауру или, более того, пробивать блок – а наверняка он там был, – потеряла бы драгоценные доли секунды. И кто знает, может, нашему «ненаемнику» этого хватило бы, чтобы выстрелить первому. Поэтому повторяю: свою работу ты сделала прекрасно. А ловить преступника – моя задача. И я его не поймал. – Джокер секунду помолчал, затем грустно добавил: – Его можно было догнать, если бы я сразу начал его преследовать. Но я не мог уйти, не убедившись, что ты жива.
Подобная забота меня здорово растрогала. Видимо, что-то «такое» отразилось у меня на лице, поскольку Джокер неожиданно хмыкнул и уже совсем весело закончил:
– Так что расслабься и не погружайся в ненужные горестные раздумья, пока еще кто-нибудь из‑за угла по голове не стукнул.
– Спасибо, мне уже полегчало.
– То-то же. – Джокер отпустил меня, отступил на шаг и продолжил: – В любом случае, не думаю, что в этот раз человек был загипнотизирован. Раз уж он не всадил следующий болт себе в сердце и не попытался прорваться на крышу, чтобы спрыгнуть. Думаю, пора идти в госпиталь. Сама дойдешь или помочь?
Я дала знать Тали, что можно идти, и мы двинулись вслед за девушками. Я продолжала размышлять о сбежавшем.
– И все-таки… – наконец озвучила я беспокоивший меня вопрос. – Почему не подействовал яд?
– Я тоже об этом думаю… Можно допустить, что нам попался совершенно уникальный тип, имеющий природный иммунитет. А может, он знал о предстоящем нападении с твоей стороны и специально принял противоядие. Или… – Джокер, не закончив мысль, посмотрел на меня и рассмеялся. – Ты такая забавная, когда делаешь такое вот серьезное лицо.
Я подняла удивленные глаза. Глаза мужчины хитро блестели.
– На самом деле я думаю, что все просто. Скорее всего, он – ашенец.
Ашен был расположен далеко к югу и от Адании, и от Исталии. Полностью покрытая пустыней, эта маленькая страна не интересовала своих соседей ни как торговый партнер, ни как военный союзник, ни как добыча – кому нужен этот крошечный кусочек выжженной земли… Как там умудрялись жить, или точнее выживать, люди – мне было неведомо. К моему стыду, ни о самой стране, ни о ее обитателях я ничего не знала. Поэтому сначала с умным видом кивнула – мол, ну да, конечно, ашенец! Это же все объясняет! Но затем не сдержалась и таки задала вопрос, которого ждал Джокер:
– И что?
– А то, что в Ашене водится достаточно различных гадов, и наша змея шу не исключение. Ашенцы с грудного возраста получают в пищу небольшие дозы основных ядов. Сначала совсем мизерные, затем больше и больше, пока организм не выработает иммунитет. Не знаю, что нам это даст, но в городе не так уж много ашенцев, поэтому найти его будет проще.
– Главный жрец! – Пришедшая в голову мысль тонким вскриком вырвалась наружу.
Я даже неожиданно резко остановилась и собралась бежать в храм. Но Джокер успел ухватить меня за рукав и развернуть обратно:
– Подробнее, пожалуйста.
– Главный жрец – наполовину ашенец! По внешности не особо заметно – он все время проводит в своих подземельях, поэтому бледен. А волосы если и были когда-то черными, так под сединой этого не видно. И к рейтингам у него доступ есть! Его надо задержать.
Взгляд Джокера моментально стал серьезным.
– Откуда ты это знаешь?
– Мне Кир дал кучу досье на людей, так или иначе связанных с конкурсом. Я их в свободное время почитываю, – негромко, уже успокоившись, констатировала я.
– Странно. Мне он их не дал.
– А он тебе не доверяет, – просветила я спутника и едко процитировала по памяти: – «Я Джокера, конечно, уважаю, но мне не нравится, что он здесь шастает». Не расскажешь, с чего вдруг такая «любовь»?
– Хм… да так… – уклонился он от ответа. – Как бы там ни было, я не думаю, что это был жрец. Сама подумай – фигура была худощавая, да и слинял наш беглец вполне шустро.
Да… Подумать прежде, чем начать действовать, я, как всегда, не успела. Это точно – полноватый пожилой жрец никак не годился на роль нашего несостоявшегося убийцы.
– Да, ты прав. Но мы ведь все равно к нему зайдем?
– Непременно, – задумчиво ответил Джокер и как-то машинально погладил меня по голове. Затем встрепенулся и уже более осмысленно закончил: – Но сначала госпиталь! Пока тебе не вылечат сотрясение, никаких разговоров!
Целители быстро привели меня в порядок. Затем мы навестили Лессу. Она не видела нападавших, да в принципе это уже не являлось существенным. Мы и так знали, чьих рук дело. Из госпиталя направились прямо в храм, точнее, почти прямо – нельзя было отпускать Тали одну, пришлось сделать крюк до общежития.
Немолодой полноватый господин Лабар чинно выплыл нам навстречу, приветственно протягивая руки. Длинные полы церковного одеяния мерно колыхались в такт его движениям. Приветливое лицо озарилось улыбкой.
– А‑а‑а, здравствуйте-здравствуйте, господин… – медленно, растягивая слова, произнес главный жрец странно тонковатым для мужчины голосом и замялся на секунду. – Леман, правильно? Вы, как всегда, шикарно выглядите. Надеюсь, есть какие-то хорошие новости?
Я только сейчас вспомнила, что Джокера-то пригласил именно жрец. Чрезмерная любезная вежливость последнего меня насторожила.
– Предлагаю обойтись без церемоний. Тем более что девушка, – Джокер кивком головы указал на меня, – в некотором роде моя коллега.
– Ах вот как! Уж не Гейша ли… – забавно всплеснул руками милый толстячок. – Имею честь быть знакомым с вашей матушкой. Невероятная леди… Да что же вы застыли на пороге? Проходите, проходите, дети! Я вас чаем угощу.
Жрец, суетливо помахивая ручками, поспешил в глубь храма. Я с удивлением взглянула на Джокера, но тому, похоже, подобное поведение не показалось странным.
