Полдень давно минул, и Черил начала одеваться, когда обнаружила нож. Лунан все еще лежал в постели, он был слишком счастлив, чтобы двигаться, и смотрел на нее. Она вытащила его брюки из вороха их одежды и уже хотела бросить их ему, но вдруг ощутила вес пряжки на поясе.
Сначала она внимательно осмотрела большую украшенную стальную пряжку. Потом из любопытства потянула ее. Обнаружив защелку, нажала на нее, и пряжка отделилась от пояса, превратившись в рукоятку ножа с пятидюймовым лезвием.
– Ты это мне не показывал, – сказала она. Лунан усмехнулся.
– Ты и так волновалась. – Она кивнула.
– Он кажется… опасным. Идти весь тот путь от гаража и знать, что за тобой не наблюдают охранники. Почему ты ставишь машину так далеко?
– Ну…
– Я знаю, ты хочешь, чтобы машина была в безопасности, ты мне говорил. Но как ты можешь чувствовать себя в безопасности, возвращаясь назад пешком? Для этого этот нож? Настоящий нож?
– Мне еще не приходилось пускать его в ход.
– А если у грабителя будет пистолет? – Лунан сел улыбаясь.
– Волнение возбуждает тебя?
Черил улыбнулась в ответ. Она не может отрицать это, подумал Лунан. Совсем не может. Она была возбуждена этой ночью, и вот чем это было вызвано.
– Я чувствовала… приключение. Я никогда раньше не делала ничего подобного, – сказала она. Она покачала головой, и ее локоны закачались. – Как будто когда-то в прошлом… как в фильмах с Клинтом Иствудом, вокруг нас враги, и только единственный сильный мужчина защищает меня.
– Я не Клинт Иствуд, и я совсем не такой сильный, но я согласен…
Они приехали к концу дня. Он показал ей замки на двери, дешевую стереоаппаратуру на виду и ценную аппаратуру в укромном месте, ружье под диваном, и следил за ее реакцией. Он предполагал, что ее придется успокаивать, но оказалось наоборот. Это возбуждало ее. Они сразу занялись любовью, и сделали это дважды. Они выбрались из постели только для того, чтобы приготовить обед.
Ей понравилось смотреть, как он, стараясь произвести на нее впечатление, изображал из себя шеф-повара. Она в своей жизни не приготовила ни одного блюда. Он закончил готовить вовремя – они ели во время передачи лунановского фильма о Тодос-Сантосе.
А я наглый обманщик, подумал Лунан. Бедные телезрители, несчастные телезрители! В Тодос – Сантосе нет места для бесстыдных наглецов…
Она не согласилась с частью того, что говорил его телевизионный образ. Они долго спорили ночью. Он собрал более чем достаточно материала, чтобы начать снимать следующий фильм. Дэн Разер, берегись!
Но ее отношение… заставляло задуматься. Он решил снова связаться с Боннером, и поскорее. Если остальные обитатели Тодос-Сантоса думают так же, как она, тогда Томас Лунан там нужен. Следующий шаг, который предпримет Тодос-Сантос, может сделать Томаса Лунана знаменитым. Он смотрел на нее, хорошенькую, но не прекрасную девушку, привлекательную, но не неотразимую, и абсолютно не сознающую, что она является ключом к богатствам Индии…
В этом единственном смысле встреча с Черил Дринкуотер была лучшим случаем в его жизни.
Когда она бросила ему его штаны, он вернулся к реальности и стал одеваться.
Она остановилась на пороге, когда они выходили.
– Что случилось? – спросил он. Она внимательно смотрела на него.
– Здесь было прекрасно, Том. Но я не думаю, что вернусь сюда.
Лунан ожидал это. Конечно. Вряд ли ты вернешься. Но мы оба получили, чего хотели…
– Я всегда буду тебе очень рад. – Она покачала головой.
– Я понимаю, – сказал Лунан, – это приключение. Ты не должна обязательно повторять приключение. Но возможно когда-нибудь ты изменишь свое мнение. – Он знал, что этого не случится.
Ангел вышел посетить трущобы. Не более того. Однако – сколько может быть разновидностей юношей в Тодос-Сантосе? Для Черил было бы интересно испытать любого анджелинос. Она отрезана от основного потока. Один из нас…
Как бы то ни было, я постарался сделать это для нее интересным. Видит бог, мне тоже было интересно, и возможно, я ей за это обязан. И если я немного разозлился, она об этом не узнает…
Барбара проснулась в полутьме. Снаружи горели огни на пирсе, и слабый желтый свет просачивался сквозь шторы на окнах каюты и падал на стол, образуя странные узоры на ее аккуратно сложенном сшитом на заказ костюме и полосатых трусиках. Ее бюстгальтер сверху этой стопы вообще не походил на одежду. Она лениво подвинулась, прижалась плотнее к Боннеру, и ощутила, как его рука плотно обняла ее.
– Твоя бедная рука должна спать, прошептала она.
– Ничего…
– Почему мы не подумали об этом раньше? Он тихо усмехнулся.
– Я думал об этом пять лет.
– Хмм, я тоже. Но не совсем об этом… – В его голосе все еще звучал смех.
– Конечно. Я думал, как…
– Да. Мы просто должны это выяснить, правда? – Она засмеялась. – И вот мы здесь, и обоим интересно, как можно заниматься любовью с использованием телепатии, а мы до сих пор не знаем.
– Мы можем это выяснить.
– Или нет, – сказала она. – Арт, ты уверен, что мы хотим это продолжить? Мы не работали целый день. Могу поспорить, там все сходят с ума, не зная, где мы. Они сейчас удивлены. Они должны узнать это о нас?
– Тебя это беспокоит?
Мой дорогой, меня это ни черта не волнует. Это тебе нужно волноваться. – А тебя?
– В данный момент я не хочу даже возвращаться туда.
– Минуточку, мистер! Это не смешно даже в качестве шутки.
– Почему? – Его голос был пугающе спокоен. – Мы оба богаты. Нам в общем-то и не нужна наша работа…
– Черт, как это не нужна? – возразила она. Секунду он молчал.
– Ну, конечно. Это Грейс никогда не могла понять. Что я могу любить свою работу, и продолжаю ее любить…
– Вот ты собирался и сказал это.
– Что сказал?
– Это слово. Люблю. Это любовь, Арт?
– Это называется заниматься любовью.
– Черт, не шути. Это серьезно.
– Да?
– Может быть. – Он долго молчал.
– Ты правда так думаешь? – Да.
– Это хорошо.
– Я думаю, мы любили друг друга эти годы, – сказала она. – Если любить означает делить заботы, беспокоиться и уважать друг друга.
– Хмм. Любовь без близости.
– Нам была не нужна близость. Мы могли получить все, что хотим, в любое время, – сказала она. – И получили.
– Конечно, но любовные связи совсем не то же самое…
– Нет. – Она придвинулась к нему плотнее и укусила за сосок.
– Ой. Давай будем играть в открытую…
– Пока нет. Я считаю, ты прав. Один из нас должен быть здравомыслящим. Ты не будешь возражать, если я иногда буду терять голову из-за тебя?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
