жили же здесь! И ничего.
— Жили! И что? Мы так же должны? Повторяю, сколько ресурсов будет уходить на обогрев, на производство пищи? Сейчас мы, фактически, пользуемся ресурсами старого мира. А надо уже готовится к тому, что этих ресурсов будет всё меньше и меньше. А потом вообще их не останется, пригодных для использования. Человечества осталось очень мало. Оно неизбежно начнёт откатываться назад, в средневековье, если вообще не в каменный век. И лучше всех устроится тот, у кого на добывание еды, будет уходить меньше времени и сил для того, чтобы заниматься развитием.
— А что ты предлагаешь, Марк? — Спросила у меня мама.
— Я предлагаю переселение.
— Куда?
— Южнее. Максимально южнее.
— Как ты себе это представляешь? А куда мы денем скот, а урожай? Как мы всё это увезём? Ты представляешь караван какой будет? Это сколько горючего нам потребуется? Транспорта?
— Я уже всё продумал. Мы пойдём по железной дороге. Сформируем состав. Туда всё войдёт и скот, и урожай, который соберём. И всё что нам необходимо в дороге возьмём. И поедем с комфортом в спальных вагонах. Кушать в вагоне ресторане будем. На платформы, установим технику. Так что вооружение серьёзное будет. И продовольствие с собой возьмём столько, сколько нужно. В рефрижератор загрузим мясо, рыбу со складов Росрезерва. И машинист у нас есть, готовый! — Я усмехнулся, глядя на Георгича.
— По железке это хорошо. — Проговорил Георгич. — Но у такого состава есть слабое место. Эшелон пойдёт только там, где есть рельсы. Нас могут заблокировать очень легко.
— Могут. Но впереди пойдёт платформа с краном. Даже если разберут рельсы, что мало вероятно. То с помощью крана мы установим их назад.
— Тащить с собой ещё и платформу с рельсами?
— Зачем? Сама железка и есть склад с рельсами. Разбирай соседний путь и все дела.
— А если мост какой-нибудь будет взорван?
— Это уже сложнее, но там будем действовать по обстоятельствам.
Георгич с мамой сидели задумчивые. Мама посмотрела на своего спутника. Георгич пожал плечами.
— А что, может сработать. И если честно, самому любопытно, а что там дальше?!
— Тоже мне, Миклухо Маклаи путешественники! Вы понимаете, что это такое — сорваться с насиженного места, где всё понятно, и к которому мы уже привыкли? И уйти в неизвестность?
— Да понятно всё, мама. Но я бы рискнул. Всё же жить на берегу тёплого моря или океана лучше, чем на северном полюсе! Тем более, здесь за городом и при цивилизации было холоднее. В городе пусть на пять градусов, но было теплее. Меня это беспокоит.
— И куда идти?
— Пока не знаю. Нам, по сути, что на запад, что на восток. Одинаково.
— А на восток, это куда?
— До Владика, а там найти судно побольше, загрузится и уйти южнее.
— А на запад куда?
— Можно уйти к Каспию либо к Чёрному морю. Субтропики. Зима там минимальная. Зато большая часть года тепло. Можем загрузиться на корабль и уйти южнее в Средиземное.
— А ты уверен, — мама смотрела на меня вопросительно, — что люди захотят пойти?
— Я никого насильно с собой не потащу. Но я лично, не вижу здесь перспективы. Учитывайте плотину и нефтехимический комбинат.
— Надо будет всех собрать и вынести это на обсуждение общины. — Проговорила мама.
— А мы уже называемся общиной? — посмотрел на маму удивлённо.
— Конечно. Что тебя смущает, дорогой?
— Ничего. Просто первый раз об этом слышу. Ты, мам, прозондируй почву на этот счёт среди женской половины общины. — Последнее слово выделил особо.
— Марк, а если всё же большинство не пойдёт с тобой?
— Это их право, мама. Я пойду. Пойду с теми, кто захочет шагнуть в неизвестное. Но как я понял, Георгич не против? — Он усмехнулся и кивнул. — Вот видишь мам. Поэтому задавать тебе вопрос: «Ты с нами?», думаю не стоит?
— Не стоит. Куда же я денусь от вас?
— Вот и славно. Ольга со мной пойдёт, стопудово. И Анна с Ильёй! Тем более, Илья с Краснодарского края. Так что команда у нас уже набирается!
— То есть, ты собрался на Запад идти? — Мама усмехнувшись, посмотрела на меня.
— Не знаю пока. Но если пойдём на запад, то он точно пойдёт.
Глава 7.
Стас, в итоге, заминировал вход в электростанцию. Плюс они вывели из строя пульт управления. Дождь, наконец, начал заканчиваться. Ольга ко мне не приходила, очень обиделась. Полностью меня игнорировала. А у нас свадьба накануне! Попытался с ней поговорить. Бесполезно. Носик свой задрала и отвалила, сказав, чтобы я отдыхал. И вообще, я не единственный здесь мужчина. В итоге плюнул. Никакой дисциплины. Детский сад, вторая группа. Пошел к нашему учёному, Софье Константиновне. Она корпела над микроскопом, что-то стучала по клавишам ноутбука и опять смотрела в микроскоп. Полная хрень. Что она там видит? Наконец, ученый меня заметила.
— Здравствуй, Марк! Давно тут сидишь?
— Здравствуйте, Софья Константиновна! Сижу уже минут пятнадцать. Чем можете порадовать или огорчить?
— Марк, это невероятно! — Её глаза лихорадочно блестели.
— Софья Константиновна, по подробнее пожалуйста?!
Она подошла и села напротив меня. Улыбалась.
— Скажи, Марк, кто мы такие?
— Не понял? Мы это кто?
— Мы, хомо сапиенсы?
— Как кто? Вы меня удивляете, Софья Константиновна! Мы, это человек разумный!
— Правильно, но я не об этом. Кто мы люди по сути своей? Кто все ныне живущие живые существа по сути своей?
Я завис. Честно, ответа на этот вопрос просто не знал.
— Марк, это же элементарно! Мы все есть суть мутации! Смотри, миллиарды лет эволюции. Сначала бактерии. Происходит у них мутация, под воздействием внешних факторов. Что провоцирует, в свою очередь, внутренние факторы. Итог — новый вид. Мхи, водоросли. Следующий этап — опять мутация и появились медузы, членистоногие и рыбы. Потом спустя миллионы лет, опять мутация. Хотя она и не прекращалась всё это время. Дальше земноводные. Потом динозавры, после млекопитающие. Это всё мутации. Возьмём нас, людей. Кто были первыми? Приматы. Человекообразные, которые выделились из другого вида приматов, порядка пять миллионов лет назад. Почему выделились? Мутация! Та же самая Люси. Девочка, останки которой нашли в Африке, которой пара-тройка миллионов лет назад. Генетически, уже к нам ближе, чем
