же не прямо сейчас уйду или завтра. Кто-то захочет уйти со мной. Кто-то захочет остаться, посчитав, что здесь всё налажено и соваться куда-то не стоит, по принципу — от добра, добра не ищут. И в чём-то будут правы. Так как поход дело рискованное. Что там впереди никто не знает. Привычного мира, который мы знали уже нет. Поэтому я и не тащу с собой кого-то против воли.
— Скажи Марк, почему нужно здесь всё бросить и уйти? — Задала вопрос Дарья.
— Я говорил уже об этом и со своей матерью, с Георгичем и с твоим мужем, Даша. Но повторюсь. Скажи Даша, где в первую очередь зарождались первые цивилизации? — Я посмотрел на неё вопросительно. Дарья пожала плечами.
— На юге. — Вставил свои пять копеек Павел, один из парней Стаса, ещё со Строгово. Я кивнул, соглашаясь.
— Всё верно. То есть там, где тепло. Где не надо тратить ресурсы на то, чтобы обогреться. Там, где урожай можно собрать и два, и три раза в год. Мало того, эти цивилизации возникали либо на берегах крупных рек, либо на морских побережьях. В этом нет ничего удивительного. Теплое море, это неиссякаемый источник биоресурсов. Продуктов питания. Рыба, морепродукты, даже водоросли. Всё идёт в пищу. Живя на берегу моря только ленивый останется голодным. А сейчас морские биоресурсы восстанавливаются очень быстро, так как никто уже не вылавливает сотни и тысячи тон той же рыбы. Не кому. Людей осталось мало. Земли много. Здесь и сейчас, мы в основном будем пользоваться тем, что нам оставил прежний мир. Это наследие будет приходить в негодность с каждым годом всё больше и больше. Уже наши дети будут шить себе одежду сами, как и обувь. Из чего? Из шкур?
— Почему из шкур? Есть лён. Из него хорошая одежда получается.
— А зимой?
— А зимой да, из шкур, меха.
— Вот именно. У нас тут так называемая зона рискованного земледелия. Все об этом знают. А если неурожай? Извините, но супермаркетов не будет. Апельсинов, мандаринов и прочих витаминов С тоже не будет.
— Ну и что? В Сибири раньше таких фруктов не знали, имею ввиду первую половину 20 века. И жили же!
— Жили. Даже знаю, где брали витамин С — шиповник, например. Но, всё же считаю, что со временем наша жизнь превратиться в борьбу за выживание. Техника постепенно придёт в негодность. Горюче-смазочные материалы тоже. Перейдём на конную тягу. Соответственно обработать более качественно и тот объём земли, как это делают сейчас с помощью техники уже не сможем. Плюс у нас западнее Химкомбинат. Там произошла техногенная катастрофа. Большая территория отравлена. Здесь, я не знаю, сколько продержится плотина, тем более есть те, кто хотят её разрушить. В конце концов, они этого добьются. То водохранилище, которое не далеко от нас, исчезнет. Река вновь войдёт в старые берега, которые были до строительства ГЭС. Вот только переправляться на другой берег, придётся уже на лодках, так как мосты будут снесены волной. И, кстати, пострадает очень много складов, которые расположены по берегам реки. Вы же в курсе. Нас наводнение не коснётся, так как мы по другую сторону платины. Но от этого не легче. Ресурсная база резко сократиться. В итоге начнётся война за ресурсы. Сейчас столкновений на этой почве нет. Всего много. Но сами понимаете. Чем дальше, тем будет меньше и хуже.
— Командир. — Заговорил Артём. — Ну хорошо. Хотя доводы твои спорные, но всё же. Куда идти и как? Я слышал ты хочешь по железке?
— Да. На мой взгляд, это наиболее оптимальный вариант. Особенно если пойдут многие. По железке мы можем забрать весь урожай, который снимем. Скот, птицу, корма.
— То есть, загрузится всем табором? — Артём усмехнулся.
— Было бы неплохо. На железке всё есть, даже санитарный вагон можно подцепить с операционной и прочим медицинским оборудованием. А медики у нас есть.
— А куда идти?
— Тут только два варианты или на восток, к Тихому океану, а там уходить южнее, но уже своим ходом на транспорте. Например, загрузится на какой-нибудь корабль. Или уходить на юго-запад. К Чёрному морю. По сути, нам что в одну сторону, что в другую расстояние почти одинаковое. До Тихого Океана правда поближе будет. Но есть одно НО!
— Какое, Марк? — Это спросил уже Илья.
— Если посмотрим на карту советских железных дорог…
— Почему советских? — Посмотрел на меня удивлённо Стас.
— Потому, что на бывшем советском пространстве железнодорожная колея одна. А так как сейчас нет границ, как и самих государств, то вся система опять на некоторое время стала единой.
— Понятно.
— Так вот, если мы посмотрим на карту, то станет ясно, что на восток мы можем двигаться только по Трансибу. Есть вторая ветка, Это БАМ. Байкало-Амурская магистраль. Она идёт параллельно, но далеко на севере. Нас могут попытаться заблокировать. Но и то, только на железнодорожном мосту, например, взорвать его или ещё что-то. Даже просто разобрать или повредить колею мало. Впереди, перед локомотивом будет платформа с краном. Мы просто восстановим путь, взяв рельсы с соседнего пути. Или позади себя. Нам ведь всё равно в одну сторону и что там дальше с дорогой будет после нас, нам ведь всё равно, так как возвращаться мы не собираемся. Так вот, в случае если сам мост будет повреждён, но Трансиб для нас будет заблокирован. Ещё есть тоннели. Тоже самое. Но на восточном направлении нет объезда. Если только возвратиться назад и пойти по БАМу. А это не вариант. Слишком огромный крюк делать, в тысячи километров. А вот западнее, там сеть намного развита. Она как паутина покрывает территорию не только России, но и того же Казахстана. Если в одном месте не сможем пройти, сдадим назад на ближайшее ответвление и уйдём, либо севернее, либо южнее. И чем западнее, тем их будет становится всё больше, обходных маршрутов. Я не думаю, что кто-то будет рвать все мосты. Кому это нужно? Один, какие-нибудь неадекваты может и рванут. Ничего, пройдём по другому.
Народ молчал. Кто-то стал задавать ещё вопросы. Кто-то нет.
— Так, друзья мои. Времени ещё вагон и вагонетка. Все могут хорошо всё обдумать. Но, хочу сразу сказать, что определиться нужно будет к сентябрю. Это для того, чтобы знать, какой состав будем формировать. — Посмотрел на маму и Георгича. — Мама,
