лицо полотенцем.
— Ты просила у них работу? — поинтересовалась она.
— Да.
— А что за работа?
— Ничего особенного. Что-то связанное с опытами.
Пенелопа пренебрежительно усмехнулась.
Мери еще раз вытерла лицо и вернулась в комнату. Несмотря на свой буйный темперамент, Пенни не так уж была и плоха. Время от времени на нее что-то находило, и тогда она становилась упрямой и эгоистичной, но душу имела необычайно добрую и в трудную минуту всегда приходила Мери на помощь.
«…Завтра позвоню Дарку, — решила Мери. — Ему я обязана больше всего и должна делать так, как он скажет. Кстати, если бы не он, я бы никогда не узнала об этой работе…»
На следующее утро, оторвавшись на несколько минут от своих конторских бумаг. Мери позвонила из автомата Дарку и прочла ему письмо фирмы «Черил».
— Чудесно, — сказал Дарк. — Это, вероятно, означает, что они выбрали по фото. Иначе не пригласили бы вас на медицинский осмотр. Вы, очевидно, одна из десятка серьезных претенденток.
— Вы дадите мне какие-нибудь советы? — спросила Мери.
— Да, мисс Стенз. Прежде всего, ни в коем случае не прихорашивайтесь. Забудьте о косметике. Будьте такая, какая вы есть. Не проявляйте чрезмерной заинтересованности, ведите себя как можно непринужденнее. И еще одно. С сегодняшнего дня не звоните ни мне, ни мисс Мейсон в редакцию. Я дам вам свой домашний телефон. Есть у вас под рукой карандаш?
— Минутку, — сказала она, вынимая из сумки авторучку и записную книжку. — Слушаю.
— Вэ-четыре-два-сорок-четыре, — продиктовал Дарк. — В любое время после семи. Звоните и рассказывайте все до мельчайших подробностей, какими бы несущественными они вам ни казались. А мы тем временем глубже поинтересуемся фирмой «Черил» и ее руководителями. Чует мое сердце, что из этого получится чрезвычайно интересный материал.
— Будем надеяться, — искренне сказала Мери.
— Итак, звоните. Буду ждать в пятницу вечером.
— Хорошо, — пообещала она.
— И еще одно. Обратите особое внимание на врача, который будет производить осмотр. Врачи — всегда заметные фигуры в таких делах. Мне кажется, что в этом опыте он играет не последнюю роль.
— Я сделаю все, что смогу, — заверила Мери и повесила трубку.
VI
Доктор Джеймс Рафф был человеком сложного и противоречивого характера. Он ценил свою личную независимость, которая базировалась на довольно существенной материальной основе — ежегодной ренте, унаследованной от богатого родственника, умершего несколько лет назад. Какое-то время доктор Рафф проводил исследовательскую работу в биохимической лаборатории большой фармацевтической фабрики и, работая в области эндокринных гормонов и искусственных ферментов, открыл сложное молекулярное соединение, которому дал название стимулин.
Стимулин обладал свойством усиливать деятельность тех или иных эндокринных желез и поддерживать их в таком состоянии на протяжении длительного времени. Другие исследователи в Америке и Европе тоже выделили это соединение и, дав ему разные условные названия, проводили осторожно клинические испытания над животными и больными с нарушением эндокринной деятельности. Но доктор Рафф почти сразу сообразил, какие перспективы открывает стимулин в его узкой области, и смело пошел вперед.
Клиника Мортимера — небольшая частная больница для ограниченного круга лиц — помещалась в уютном особняке на западной окраине Лондона. Она специализировалась на секретных операциях. Кроме шести человек медицинского персонала и женщины-врача, там сотрудничало немало специалистов консультантов, среди которых был и сам доктор Рафф. Почти все свое время в клинике он посвящал улучшению внешности пациенток.
Со временем его настойчивый труд стал привлекать к себе внимание, и, по мере того, как слава о нем ширилась в городе, число его пациенток возрастало.
Аманда Белл, узнав о чудесном методе доктора Раффа от одной своей приятельницы, которая после курса лечения неузнаваемо изменилась, решила сама встретиться с ним. Где-то в уголке ее сознания уже зародился план оригинального и смелого рекламного трюка, и она сразу же связала его с новым косметическим кремом, который в ту пору разрабатывался в лабораториях фирмы и должен был появиться на рынке в следующем году.
Рафф встретил ее холодно и неприветливо — не потому, что относился к ней с предубеждением, а просто из-за своего нелюдимого и мрачного характера. Он производил впечатление неразговорчивого и замкнутого человека, который интересуется только своей работой, но ему, очевидно, до смерти надоело изо дня в день наводить лоск на лицах бесконечного множества пожилых пациенток. Его заветной мечтой, как узнала Аманда, была собственная частная практика, и для ее осуществления ему нужны были только время и деньги.
Лишь при второй встрече с Раффом Аманда осмелилась заговорить о том, что задумала. Перед этим она собрала о нем, какие могла, сведения и узнала кое-что из его прошлого. Теперь ей стало понятна нелюдимость Раффа, и, чтобы завоевать его доверие, она открыто высказала свое предложение. Сначала Рафф вообще отказался разговаривать на эту тему, но постепенно, по мере того, как перед ним все отчетливее вырисовывалась кругленькая сумма, сопротивление его слабело и, в конце концов, он нехотя дал свое согласие.
Рафф принял это предложение не только из чисто материальных соображений, его заинтересовала и сама работа — ведь он никогда еще не проводил экспериментов в таком широком масштабе. По сути, ему представлялась полная свобода действий, и он получил возможность начисто изменить внешность девушки, пользуясь всеми методами физиологической биохимии. Для эксперимента с косметическим кремом он согласился поставить фирме небольшое количество стимулина, который в микроскопических дозах должен был войти в состав нового препарата. Теперь фирма «Черил» имела основание утверждать, что каждый тюбик крема «Бьютимейкер» содержит в себе тот же препарат, с помощью которого обыкновенная, некрасивая девушка из рекламных объявлений превратилась в сказочную красавицу. Этическая сторона такого коммерческого трюка мало интересовала Раффа. Он потребовал только одного, — чтобы его участие в эксперименте осталось в тайне. Основные клинические процедуры решили провести под наркозом, чтобы подопытная девушка даже не знала, что с ней делали. А в рекламных объявлениях будет сказано, что она прошла усиленный курс лечения стимулином — главной составной частью крема «Бьютимейкер» — под наблюдением известного специалиста, который из профессиональных соображений захотел остаться в тени.
Рафф не боялся, что его представление о физической красоте женщины может отличаться от представления других людей. Он полагал, что красота — понятие чисто расовое, и каждая раса имеет свои собственные критерии. Настоящая красота — чрезвычайно редкое явление, и если она где-то появится, сразу же получает признание всей расы, а часто и всего мира. Он ставил своей целью создать такой тип красавицы, который прежде всего отвечал бы представлениям читателей рекламных объявлений в Англии и вообще в Европе, а также в Америке, то есть там,
