Она прижала пальцы к его губам и горячо прошептала:
— Не смей со мной прощаться. Черт возьми, Андре, я запрещаю тебе это делать.
Андреас поцеловал мягкие подушечки ее пальцев, затем обхватил за талию и притянул к себе. Голод обжег. Жажда крови смешивалась с вожделением. Вся его жизнь вращалась вокруг этой женщины.
— Ты моя, Клер, — проворчал Андреас, целуя возлюбленную долго и страстно.
Воины готовились прочесывать лес. Андреас отступил от Клер, и как только их тела разъединились, он почувствовал леденящий холод от этой разъединенности.
— Мне нужно идти, — сказал он.
— Я знаю, — тихо ответила Клер. — Но ведь ты вернешься, правда? Обещай мне, Андре… ты вернешься ко мне.
Андреас бросил взгляд в черноту леса, предчувствуя жестокую схватку, и снова посмотрел на Клер, будто впитывая ее — прекрасную, необыкновенную Клер. Сегодня ночью он освободит ее от Рота. И больше ей ничто не будет угрожать. Он сделает все возможное и невозможное.
— Мне нужно идти, — повторил Андреас.
Клер посмотрела на него умоляюще, словно кинжал вонзила в грудь:
— Андре… обещай мне.
— Береги себя, Клер. Я люблю тебя.
Вместе с воинами, не оглядываясь, он направился вглубь леса.
Клер долго стояла и смотрела, как воины один за другим исчезают в темноте. Все это время она старалась держаться спокойно и мужественно, но когда они… он ушел, она вся обмякла и сникла, словно позвоночник отказался держать ее тело прямо. И вздрогнула, ощутив на плече чью-то руку.
— Эй, — тихо и сочувственно окликнула Дилан. — Пойдем в машину, Клер. Там теплее. Мы с Рио составим тебе компанию, будем ждать их возвращения вместе.
Клер послушно направилась к машине. По дороге она вдруг осознала, что Рената ушла вместе с воинами. Рио поддерживал связь с каждым из ушедшей в лес группы, включая Андреаса. И это ее как-то успокоило. По крайней мере, она может слышать его голос время от времени и знать, что он с ней. Что он жив.
Клер не хотела проигрывать в воображении возможные варианты исхода ночи. Вместо этого она прокручивала сказанные им слова любви, вспоминала теплоту и силу его объятий, его страстный поцелуй.
Он должен вернуться.
Он должен выжить.
Иных мыслей Клер не допускала.
Из приемника, прикрепленного к панели «рейнджровера», раздался низкий голос Тигана:
— Кажется, мы что-то нашли. — Послышался шорох опавшей листвы под ботинками. Тиган понизил голос до шепота: — Да, точно… полуразрушенный сарай примерно в четырехстах пятидесяти ярдах к северо-востоку от «рейнджровера».
— Понял, — послышался бас Брока. — Иду к нему.
Клер с тревогой посмотрела на Дилан, когда остальные воины доложили о приближении к объекту, обнаруженному Тиганом.
— Его охраняют двое вооруженных миньонов, — снова раздался в приемнике голос Тигана. — Андреас и я направляемся к ним. Остальные заходят с тыла.
Через несколько секунд послышался треск пальбы.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ
Вильгельм Рот отошел от мониторов камер слежения, когда Орден уничтожил миньонов, выставленных на поверхности в качестве охраны. Миньоны были расходным материалом, нужным, чтобы создать видимость охраняемого объекта. Расстели они с Драгошем к прибытию Ордена красную ковровую дорожку, воины заподозрили бы подвох. Небольшое препятствие только разожжет их энтузиазм. Пусть думают, что одержали первую победу, и глубже втягиваются в расставленную для них ловушку.
Они нашли вход в подземную лабораторию, им потребуется всего несколько минут, чтобы попасть в самое сердце тайного убежища Драгоша. И всего несколько минут — чтобы понять, что они в западне и спасения нет.
Осталось недолго ждать, и он их прихлопнет одним ударом — всех, включая Райхена.
Рот сиял, предвкушая триумф, и жестом подозвал группу G1, боевую гвардию Драгоша, которая вместе с ним находилась в помещении центрального управления.
— Двое пойдут со мной, — сказал он, нимало не заботясь, кто именно, так как все Охотники были рождены и обучены только для одной цели — вести бой и умереть. — Остальные наверх, охранять вход, смотрите, чтобы никто не вошел и не вышел.
Отдав приказ, Вильгельм Рот покинул помещение, предвкушая встречу с ненавистным Райхеном и воинами, намереваясь покончить с ними раз и навсегда.
Тиган и Нико первыми вошли в темный бетонный тоннель, спускавшийся глубоко под землю. Через короткое время Нико вернулся и подал сигнал Броку, Кейду и Андреасу, что все чисто. Охотник и Рената оставались вести наблюдение на поверхности.
Продвигаясь по тоннелю, воины убедились, что это вовсе не старый сарай, как показалось с первого взгляда, а хорошо оборудованный бункер. Через несколько сот футов тоннель развернулся в большое помещение, вполне подходящее для спортивного зала. Тусклым белым светом горели флуоресцентные лампы, у одной из стен в аккуратном порядке стояли, столы и стулья, какие обычно используются в кафе. Дверь со смотровым окошком на уровне глаз вела, по всей видимости, на кухню, где тоже было пусто, но еще витал запах недавно готовившейся пищи.
— Догадываюсь, кто собрался здесь на ужин, — тихо проворчал Кейд.
Брок, нахмурившись, кивнул:
— Люди.
— Миньоны, — поправил его Тиган, саркастически хмыкнув. — И в большом количестве. У Драгоша обширный штат сотрудников.
— Но для чего? — подал голос Николай.
— Сейчас выясним, — сказал Тиган, делая знак группе следовать за ним. Кухня вывела их в еще один коридор.
Воины бесшумно двигались по проходу с многочисленными ответвлениями и дверями, за которыми находились пустые комнаты, похожие на дортуары, — две узкие, отдельно стоящие кровати, туалет и поражающая глаз безликость.
— О господи, — выдохнул Кейд. — Сколько же миньонов служило этому ублюдку?
— Достаточно, чтобы обслуживать дорогостоящую клинику, — сказал Андреас, останавливаясь у стальной двери.
За дверью оказалась обширная лаборатория с полупустыми шкафами, неплотно задвинутыми картотечными ящиками, с осколками разбитого оборудования на полу. Видно, очень торопились, собираясь. Воины осторожно вошли в опустошенную лабораторию. Повсюду валялись микроскопы, разбитые предметные стекла и еще масса всяческих вещей, подтверждавших, что здесь проводились химические исследования.
— Вы только посмотрите на это, — раздался голос Кейда из дальнего угла лаборатории. Он указал на цилиндрическую емкость, похожую на огромную скороварку из нержавеющей стали. — Что они в ней делали?
Он сорвал пломбы и открыл крышку, воины подошли и заглянули внутрь. Отключенная емкость успела немного нагреться, хранившееся в ней содержимое было кем-то изъято, но в назначении емкости сомнений не осталось.
