Клер высвободилась и побежала вглубь леса, сердце бешено колотилось, как заклинание она повторяла имя Андреаса.
Каждая клетка тела Райхена кричала и требовала, чтобы он всю свою ненависть выплеснул на Вильгельма Рота. Превратить этого ублюдка в горстку пепла было для него секундным делом.
Но уничтожить Рота одним огненным плевком означало бы оказать ему великую услугу — проявить милосердие. Злодеи, подобные ему, заслуживали мучительной смерти, особенно после того, как он, выказав ничтожную трусость, разбил реле, привел в действие систему уничтожения и лишил воинов надежды выбраться из клетки живыми. Его противостояние с Ротом не должно стать причиной гибели кого-то из Ордена.
И потому Андреас нашел в себе силы сдержать ярость и не ударить огнем в панель управления, которая занимала целую стену. Он бросал маленькие огненные шарики в кнопки и реле, пока не раздался громкий хлопок и весь бункер не погрузился в темноту.
Андреас повернул голову и с облегчением увидел, что воины поспешно выбираются из клетки. Вместе с общим светом отключилось и ультрафиолетовое излучение. На короткое мгновение он отвлекся и не сразу заметил, что Рот сумел проскользнуть в боковую дверь.
— Райхен! — раздался громкий голос Тигана. — Уходим! Оставь этого сукина сына, ему здесь все равно крышка.
В голове Андреаса искрой вспыхнула и погасла мысль: «Он прав, надо уходить». Но его тело превратилось в раскаленную лаву, все мысли нацелились на одно — уничтожить. И он понял: момент, которого он так боялся, настал.
Он переступил черту. Огонь разгорался, не зная преград, и он уже не мог его контролировать.
— Андреас, черт тебя возьми! — крикнул, остановившись, Тиган, когда остальные воины побежали к выходу. — Оставь ты этого Рота, спасайся, пока здесь все не взлетело ко всем чертям!
— Ради меня позаботься о ней, — с трудом прохрипел Андреас, обдирая пересохшее горло. — Чтобы она была в безопасности… для меня сделай, Тиган.
И уже не слыша, как Тиган зло выругался, он направился следом за Ротом, храня надежду, что воин — его друг — выполнит эту просьбу. Знать, что Клер в безопасности, — это все, что Андреасу было нужно.
И еще знать, что Вильгельм Рот мертв.
Андреас шел по коридору в ту сторону, где исчез Рот. Он превратился в живой кокон обжигающей энергии и видел, как, протестуя под натиском жара, коробятся сталь и бетон, пустые металлические тележки, на которых перевозили грузы, корежились и плющились, когда он проходил мимо, дребезжали и плавились стекла кабинетов и маленькие дверные.
— Вильгельм Рот! — взревел Андреас вслед вампиру, убегавшему, как шакал, что вполне соответствовало его природе. И словно повинуясь его оклику, Рот вначале сбавил скорость, а затем остановился. Возможно, он наконец почувствовал неизбежность надвигающейся смерти — в лице ли Андреаса или в результате взрыва, который сам спровоцировал.
Рот медленно повернулся к Андреасу лицом:
— Ты меня удивляешь, Райхен, я думал, твоя любовь к моей неверной Подруге по Крови сильнее ненависти ко мне.
Андреас заворчал. Он не собирался обсуждать с этим подонком свои чувства. Рот должен знать, что через три минуты никто из них живым из бункера не выйдет.
Райхен сделал к нему несколько шагов, сдерживаясь, чтобы не испепелить мгновенно. Он хотел, чтобы Рот мучительно считал последние секунды своей жизни, сгорая медленно, по дюйму. Роту ничего не оставалось, как пятиться к концу коридора.
Андреас, продолжая надвигаться на него, видел, как начала краснеть кожа на лице Рота, как потекли струйки пота со лба, увлажняя шею и грудь. А он все надвигался, слыша шипение горящей плоти, обоняя запах опаленных волос.
Рот закричал, когда задымилась его одежда.
— Ну же, завершай свое дело, — брызгая слюной и задыхаясь, выпалил он и с трудом скривил обожженные губы в садистской ухмылке. — Ты разве забыл, что я связан кровью с Клер? И пока я жив, она будет испытывать ту же самую боль, что и я. Ты не меня, ты ее мучаешь!
Клер закричала и упала на колени. Она увидела, как впереди, за деревьями, Рената, Охотник и Рио расправились с последним G1 Драгоша, а из зияющего чернотой входа в бункер появились Кейд и Нико, за ними — Брок и Тиган. Но где же Андреас? Она хотела окликнуть воинов, но ее пронзила такая острая боль, что она задохнулась. Обжигающий жар охватил тело, словно она провалилась в горнило ада. Не она — Вильгельм Рот горел в адском огне. Это его боль отозвалась в ее крови.
«Андре».
Это он вершил суд над Ротом. А значит, он жив. Он жив и находится где-то в бункере, и у него еще есть шанс выбраться оттуда, пока не случилось непоправимое.
Вдохновленная надеждой, Клер поднялась на ноги.
Превозмогая боль, которая передавалась ей от Рота, она снова побежала. Если воины вышли из логова Драгоша живыми, значит и Андреас идет следом за ними.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ
Слова Рота словно громом поразили Андреаса. Он не хотел причинять боль Клер. Пирокинез, как и кровожадность днем, напрочь отключили все его мысли, разорвали связь с реальностью. Ярость и огонь поглотили его полностью.
— Зачем ты сделал это? — пророкотал он. — Зачем тебе была нужна Клер?
Рот еще шире растянул в ухмылке обожженные губы:
— Затем, что она была нужна тебе. Потому что она не видела, что я лучше тебя. По сравнению со мной ты был полным ничтожеством. Таким и остался. Чтобы подобраться к Клер, я устранил препятствие…
— Женщину, которая уже была твоей Подругой по Крови, — прорычал Андреас.
Рот посмотрел на Райхена, словно никак не мог вспомнить, кого он имеет в виду.
— Она покинула вечеринку и сидела под дождем на балконе, — подсказал Андреас. — Я дал ей свою куртку. — В памяти всплыло растерянное лицо женщины, удивленной вниманием и заботой. — Она замерзла и плакала, я попросил своего водителя отвезти ее домой.
— Ты унизил меня перед моими друзьями и — что еще хуже — перед подчиненными. В тот вечер вы с Ильзой оба меня унизили.
— И поэтому ты ее убил? — возмущенно прорычал Андреас.
— Пришлось договориться с отверженным, — беззаботно ответил Рот и пожал плечами. — Ко мне вопросов не было, все сделал мой доверенный агент.
— Без причины ты убил ни в чем не повинную женщину, которая доверила тебе свою жизнь. Затем ты сделал своей Подругой по Крови Клер, чтобы досадить мне.
— Ну, это все мелочи, в моей жизни были дела и посерьезнее, — презрительно усмехнулся Рот. — Я не просто хотел досадить тебе, я сделал все, чтобы навсегда от тебя избавиться. Без объяснений ты исчез на целый год, и все считали тебя мертвым. Только Клер не могла тебя забыть.
