парни исследовали его здания на возможность уронить свои тела.
Поймав Wi-Fi, я обнаружил: только что подписавшаяся девушка написала, что может помочь, если нам что-то будет нужно. «Конечно нужно», – пролетело с легкой ухмылкой в моей голове, и я спросил о возможности нас вписать.
– Сегодня уже не получится. Насчет завтра надо подумать, – ответила Гюзель. Так ее звали, кстати.
Вернувшийся Федя сказал, что «ща разберемся» и уговорил-таки только что узнавшую о нас девушку впустить троих, как она называла, «крейзи рашнз» к себе домой.
Гюзель жила на окраине эмирата Дубай в недавно отстроившемся небоскребе. Мы приехали в ее квартиру-студию и сразу же принялись за чистку себя, одежды и сообщений во всех социальных сетях, которые можно себе представить. Петян, не изменяя себе, забил кальян, и вот мы уже болтали за жизнь, сидя в небольшой квартирке где-то недалеко от Персидского залива.
На следующий день не хотелось делать ничего: у нас не было никаких планов, и строить их никто не планировал. Гюзель же взяла ситуацию в свои руки и потащила нас пробовать ливанскую еду. Мы, как три мешка с картошкой, загрузились в ее красную Тойоту и были доставлены в полупустой торговый центр. Как только мы оказались за столом и наша новоиспеченная подруга заказала несколько непонятных названий, плоскость перед нами начала заполняться интересными тарелками.
Любая трапеза в Ливане начинается с закусок – нам принесли хумус, протертые баклажаны с зернышками граната и еще несколько блюд, которые я даже не смог найти в Интернете, чтобы поделиться с вами. Гюзель накормила трех нищих по дубайским меркам и случайно упомянула в разговоре про бассейн на крыше своего дома.
– Подожди, подожди, что? У тебя на крыше дома есть бассейн?
– В Дубае практически у всех новостроек есть бассейн на крыше, это не считается чем-то эксклюзивным.
Квартира спасительницы Гюзель
Мы просто замерли от восторга. Получается, что прямо сейчас, как только мы вернемся в студию Гюзель, мы сможем подняться на двадцать какой-то там этаж и устроить настоящий релакс в бассейне. Так мы и сделали. На цифровом замке набрался код 1234, и мы оказались под открытым небом с видом на кучу строек посреди пустыни.
Петян достаточно быстро накупался и ушел в квартиру, а мы с Федькой остались наблюдать, как небо над нами темнеет, и представляли, как мы будем врываться на Школу молодого бауманца по приезде. ШМБ – большой лагерь для абитуриентов МГТУ, но о нем позже. Обычно если не двигаться в бассейне, то вода становится неприятно прохладной, но в этот раз такого не было. То ли потому, что мы действительно были посреди пустыни, то ли потому, что тепло было изнутри и наши встроенные обогреватели не давали сбой.
Отоспавшись второй раз в Дубае, мы поняли, что пора бы забронировать себе люкс, на который мы оставили все спонсорские деньги от «OneTwoTrip». План был спустить 30 000 рублей за одну ночь в самом крутом отеле за такую сумму. Как показывал агрегатор отелей, большинство люксов вполне себе вписывались в этот ценник, кроме всем известного семизвездочного «Паруса» и еще пары непонятных для нас наименований. Все параметры сошлись на отеле «Raffles». Судя по предложению, там нас ждал 150-метровый люкс и все, что к нему прилагается. А пока оставалось еще пару часов до регистрации, мы решили потратить их на поездку в соседний эмират – Абу-Даби.
Про Абу-Даби я знал потому, что во время игры в «Города» в детстве этот город стоял первым во всех списках. На тот момент меня даже не очень волновало, где он находится, как, собственно, и сейчас. ОАЭ в целом для нас не был заветной мечтой или местом, которое нам казалось привлекательным для посещения. Эта страна была интересна потому, что туда действительно непросто добраться, и факт, что студенты на постсоветском «ведре» доехали в мир нефтяных скважин и самых толстых кошельков в мире, вызывал недоумение даже у нас самих. В остальном Арабские Эмираты – пластмассовая страна. Не думаю, что вам непонятно, о чем я говорю.
Тем не менее мы уже доехали до Абу-Даби, и на первом же перекрестке нас догнал полицейский, чтобы рассмотреть наши документы. Кстати, после выезда из Беларуси нас остановили всего два раза. В Боснии и в Абу-Даби. И оба раза полицейские просто сверили номера на машине с номерами в документах и все. Будучи столицей, первый город в алфавитном указателе был более оживленный, чем Дубай или Шарджа, в которую причалил наш паром. Здесь объективно была видна жизнь местных жителей и город выглядел как место для постоянной жизни, нежели дорогой курорт.
Жара все еще не вызывала желания гулять по городу, поэтому наше присутствие в нем было даже несколько нелепо. Мы выехали на небольшой отросток на карте, выпирающий в сторону Персидского залива, где стоял огромный флагшток и смотровая площадка с видом на стеклянные небоскребы. Выйдя из машины, я почувствовал себя человеком, который только что приехал в Москву из Усть-Каменска-Шахто-Горно-Вознесенска и сразу же поехал делать фотки у Москвы-Сити. Другими словами, не очень нас впечатлила обстановка.
Катясь назад в Дубай по широкополосной магистрали, я изредка смотрел в машины, едущие параллельно нам, и складывалось ощущение, что здесь все люди уставшие. Им жарко, им здесь не нравится, они приехали из Пакистана или Индии, да из той же России, в поисках райской жизни, а получили Форд Фокус и жару в +45 градусов. Надо было разбавлять ситуацию.
Если посмотреть пару фильмов про Джеймса Бонда, то, скорее всего, можно увидеть сцену, как автомобили подъезжают к дорогим отелям, водитель идет на ресепшен, а лакеи забирают машину на парковку. Так вот, нас ждала такая же штука.
Оставить это без внимания мы никак не могли, потому Петя включил свой любимый из режимов – режим полного дурачка. Заехав на роскошнейший пьедестал перед обрамленными золотом дверьми, я и Федя вышли из машины. Нас сразу же окружило такое количество обслуживающего персонала, не знай бы я, кто они, подумал, что это ограбление. Пока Федя объяснял одному из них, что человек, оставшийся в машине, не в своем уме, и мы потом заберем его с парковки, я отдал весь свой багаж, состоявший из одного пыльного рюкзака, человеку-носильщику.
На удивление нам с Федей, удивления от нашего появления ни у кого не было. Никто из персонала и глазом не повел в сторону от того, что небритые грязные люди в неглаженой одежде зашли в такой дорогой отель. Не то чтобы мы хотели произвести впечатление –
