Бывший командир раздражал Хаски все больше и больше. Неприятно осознавать, что кто-то старательно подчищал память, а он этого не заметил.
Правда, доказать что-то подобное практически невозможно. Разве что Феринэ согласится провести исследования, но связываться с ней как-то не хотелось. Проще оставить все как есть и учитывать возможность вмешательства в память на будущее. Мало ли с кем столкнешься. Наверняка ведь есть какие-то способы проверки, если верить Араю, в истории попадались командиры, которые боялись собственных подчиненных и поэтому старались сделать их глупее, чем они были.
Хаски постарался выбросить пробелы в образовании из головы и сосредоточиться на происходящем. Стоять в круге напротив Тошиминэ было неуютно. Хаски казалось, что кто-то стоит за спиной и рассматривает и рассматривает его как кандидата на обед. Хотелось обернуться и убедиться, что никого там нет, а делать этого было нельзя. Пол под ногами светился, то ли для того, чтобы обозначить границы круга, то ли просто энергия утекала. Больше вроде ничего не происходило. Стоят трое командиров за пределами круга, лица сосредоточены, глаза закрыты, что делают неясно.
— Тошиминэ, пора, — сказала Ритке Каедар, прерывая затянувшуюся тишину и заставляя невидимку стоявшего за спиной трусливо отступить на шаг.
Тошиминэ кивнул, стянул с плеча пыльный плащ и набросил его на голову Хаски.
— Идиот, — высказался первый помощник, выпутавшись из плаща.
— Носи его с честью, — немного насмешливо произнес Тошиминэ. — Тебе, кстати, носить его придется все время, даже спать рядом с ним. Настройки привязаны к этой тряпке, как к символу.
— Я счастлив, — сказал Хаски. Неужели нельзя было плащ постирать? Или для Тошиминэ его непрезентабельный вид дело чести?
Наблюдать со стороны за ритуалом обмана города с его накопителями было довольно интересно. И оказалось, все происходит довольно быстро. Время растянулось для восприятия участвующего в ритуале, для всех остальных оно оставалось прежней неспешно текущей сквозь них рекой.
Тэйтэ стояла в круге гордо вскинув голову, непривычно одетая в струящееся по ее фигуре платье. Прекрасная и недоступная, словно воплощение какой-то скучающей богини.
Феринэ излучала злость. Недовольная настолько, что казалось вокруг нее сейчас воздух загорится.
Арай был как всегда спокоен и невозмутим. Стоявший напротив него Хасамин добродушно улыбался. Словно был взрослым добрым дядюшкой, которого малолетние племянники пытаются пугать страшными историями.
Тош чувствовал себя неуютно и изо всех сил пытался это не показать. А Тарен смотрел скептически. То ли своей заменой был недоволен. То ли тоже считал, что его первый помощник будет пререкаться и выяснять ненужные подробности, а стоявший перед ним Тош не сможет поставить Рино на место. Не слышал он каким тоном этот парень умеет разговаривать. Даже склочник Нирен сразу умолкает.
Лишь бы на самом деле не пришлось изображать из себя командиров. Ничего хорошего из этого наверняка не получится.
— Тэйтэ, — позвал Хаски хмурую блондинку идущую на шаг впереди. — Меня давно интересует один вопрос. Почему ты согласилась стать третей в таком жалком секторе как желтый? Ты наверняка могла найти что-то получше.
— Мне стало его жалко, — тихо сказала блондинка не оборачиваясь. — Вы куча болванов, которые чаще всего не понимают, что творят. А он слишком честен. Он, даже зная, что его наказали, не смог бы предоставить вас вашей судьбе. Взвалил на себя за вас ответственность. Слишком тяжелая ноша для мальчишки на самом деле.
— Понятно, — сказал Хаски.
Пожалела, подумать только. Помочь решила. Странная она. Сына отпустила в горы, а о чужом ребенке беспокоится.
Пройдя сквозь арку стационарного портала четверо командиров оказались в городе переполненном солнцем. Точнее, сначала они вышли в гулкий, пустой, холодный каменный зал с узкими высокими окнами. Там их ждали. Семь воинов в чешуйчатых доспехах, с непокрытыми головами и одинаковыми кривыми мечами. Сосредоточенные и недоверчивые. Очень юный парень, почти мальчишка в белой широкой одежде, на голове намотана странная тряпка украшенная черным камнем. Смотрит с любопытством и нетерпеливо переминается с ноги на ногу. Слева от мальчишки немолодой мужчина с крючковатым носом. Он тоже в белом, но у него по рукавам и низу туники речными волнами струится синяя вышивка. Головной убор такой же как у мальчишки, а выражение лица как у Арая. Совершенно непроницаемое. Трое в красных халатах одетых поверх зеленых рубашек и черных штанов стоят левее мужчины с вышивкой. На головах у них нечто похожее на цветочные горшки. Роста они как на подбор небольшого, один упитан, двое тощие. У всех на лицах спесь, самодовольство и недоверие. Справа от мальчишки стоит женщина закутанная в зеленую хламиду полностью скрывавшую ее фигуру. Она старается приветливо улыбаться и держится за какую-то блестящую штуковину висящую на шее. Возле женщины стоят тоненькая девушка в белом платье с синей вышивкой и двое мужчин обряженных в черное. Вместе эта компания выглядела очень странно.
Впрочем, командиры одетые как попало, даже без объединяющих плащей оставшихся в родном пределе наверняка для этих людей выглядели не менее необычно.
— Приветствуем путников, — наконец сказал мальчишка, слегка склонив голову. — Я Гушт, третий сын светлого Меядея, чьим владениям принадлежит этот остров волей Великого Императора. Эйна и Батас служители Изменчивого Океана, — указал на девушку и мужчину с крючковатым носом. — Каяра, великая заклинательница ветров, представил женщину в хламиде. — Дайх и Вирей, хранители знаний.
Красно-зеленых коротышек и воинов он представлять не стал.
Арай шагнул вперед и монотонно представился сам и перечислил спутников, не забыв указать, кто командир какого сектора. Спеси после этого на лицах коротышек поубавилось, у одного даже испуг промелькнул. Девушка на гостей уставилась с любопытством. А крючконосый мужчина безошибочно нашел глазами самого молодого командира и одарил его недоверчивым взглядом. Остальные попытались сохранить спокойствие и невозмутимость. Похоже прихода четырех командиров они не ожидали.
Третий сын Меядея поинтересовался тем, не устали ли гости? Узнав, что не устали, сразу же пригласил их поговорить с отцом, который ждет на загадочном Белом Пути. Пока шли сначала по залу, потом по городу переполненному солнечным светом, желтыми стенами и цветущими деревьями, Тошиминэ думал о том, что бы это могло быть? Вряд ли местный правитель собирается встречать гостей посреди дороги. Оказалось, узкое и длинное помещение выкрашенное в белый цвет. Даже под ногами был какой-то белый камень.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
