Первой по старшинству и рангу отца была представлена претендентка из рода Фудзивара. Девушка была, безусловно, хороша, образованна и воспитана, как и подобает дочери министра. Она поклонилась госпоже Аояги в соотвествии с дворцовым этикетом, её мать и отец стояли чуть поодаль, преисполненные уверенности в том, что их дочь – одна из самых желанных девушек Киото.
Госпожа Аояги прекрасно знала, как Правый министр Фудзивара мечтает ввести свою единственную дочь в императорские покои. Она ничего не имела против юной прелестницы, но вот сам Фудзивара с его непомерными амбициями и жаждой власти настораживал.
Госпожа Аояги вежливо улыбнулась. Далее по правилам Церемонии юная претендентка должна была грациозно пройтись по залу, поклониться своим родителям, госпоже Аояги и церемониймейстеру. Девушке не составило труда это сделать, она часто бывала во дворце на различных придворных празднествах и оттого чувствовала себя совершенно уверенно, и сие обстоятельство не ускользнуло от цепкого взора хозяйки Малого императорского двора. Госпоже Аояги не понравилась эта излишняя самоуверенность, во всём присущая Фудзивара, поэтому она раскрыла белый веер, взмахнула им, что означало: представление окончено…
Юная Фудзивара смутилась. Правый министр побагровел от обиды и едва сдерживался, понимая, что неосторожным жестом или словом сможет навлечь на себя гнев госпожи, а потом – жди беды, охотников занять его пост предостаточно.
Следующей по списку шла дочь Левого министра, недавно ей исполнилось двенадцать лет. Искусно наложенный грим и обувь на высокой подошве, надетая по такому случаю, делали её много старше. Но госпожа Аояги знала истинное положение вещей: юная претендентка была излишне застенчива, вряд ли только своей невинностью и юностью она сможет доставить удовольствие Гендзи-тенно. Хозяйка Малого императорского двора снова раскрыла веер и взмахнула им…
Следующая претендентка, дочь Главного министра, понравилась госпоже, и она не торопилась расставаться с девушкой, изъявив желание услышать её пение и игру на бива. Дочь Главного министра прекрасно пела, искусно аккомпанируя на инструменте, её превосходство над предыдущими соперницами становилось всё более очевидным. Госпожа Аояги, вполне удовлетворенная выступлением, кивнула церемониймейстеру, и тот взмахом кисти поставил около имени девушки «галочку», что означало – избрана. Главный министр просиял от удовольствия, впрочем, также как и его супруга…
Церемония продолжалась, госпожа Аояги тщательно отбирала наложниц для своего сына.
Наконец настал черёд Ихары. Она приблизилась к трону и поклонилась, семейство Тайто в полном составе последовали за ней и опустились на колени.
Госпожа Аояги не удержалась и в нарушении этикета, а также правил Церемонии, поднялась с трона и подошла к Ихаре. Та растерялась: отчего такое повышенное внимание к её скромной особе?
Госпожа Аояги, словно почитав мысли девушки, сказала:
– Твоё смущение понятно, ведь ты – впервые во дворце.
– Да, госпожа, – кротко ответила девушка.
Госпожа пристально всматривалась в претендентку и, чем больше она это делала, тем сильнее охватывало её волнение – сходство Ихары и Оды Нобунаги было очевидным. Госпожа Аояги приблизилась к Хитоми.
– Госпожа Тоётоми Ода?
Хитоми, всё ещё склонившаяся в поклоне и пребывавшая на коленях, подняла голову.
– Да, госпожа…
– Вы – дочь господина Оды Нобунаги, не так ли? – уточнила Аояги то, что было и так ясно без вопросов, внешность женщины говорила сама за себя. – Я хотела бы поговорить с вами…
– Почту за честь, госпожа…
Аояги улыбнулась, позволив семейству Тайто подняться с колен. Далее Церемония шла своим чередом: Ихара прошлась по залу, поклонилась – её манеры и стать были безупречны… Госпожа Аояги невольно залюбовалась претенденткой, в её сердце всколыхнулись уже забытые чувства и она невольно почувствовала симпатию к юной Ихаре и госпоже Тоётоми Оде, правда, теперь уже официально не считавшейся матерью девушки.
* * *
Церемония закончилась поздно, почти в час Собаки. Гости, переполненные волнением, некоторые возбуждённые успехом своих дочерей, не в силах скрыть своей радости, всё ещё толпились в парадном зале, уже после того, как госпожа Аояги удалилась в свои покои.
По правилам Церемонии гости могли покинуть зал лишь после того, как церемониймейстер объявит о её окончании. И вот он встал посередине зала и произнёс:
– Церемония завершена. Избранные претендентки и их семьи должны провести предстоящую ночь в покоях госпожи Аояги.
Зал наполнился шуршанием тяжёлых дорогих одежд, отвергнутые девушки и их сопровождение удалились, остались лишь Ихара и две девушки, дочери Главного министра и Второго среднего советника, в сопровождении своих родителей.
– Прошу вас следовать за мной, – важно сказал церемониймейстер и направился к выходу из зала.
Гости шли вслед за ним по нескончаемым коридорам, освещённым масляными фонарями. Наконец, они достигли специальных комнат для гостей. Церемониймейстер разместил девушек в отдельных небольших комнатах, где они должны были встретиться с императором. Сопровождающих же их родителей он препроводил в специальное гостевое помещение, увы, но предстоящую ночь им предстояло провести всем вместе. Но они не роптали – главное, их дочери достигли чести разделить ложе с императором.
Женщины быстро навели порядок в комнате, в углу стояли многочисленные сложенные ширмы, видимо припасённые для подобных случаев – вскоре они были установлены таким образом, чтобы каждая семья имела своё отдельное пространство.
Не успели родители девушек расположиться, как вошли служанки. Они принесли ужин и футоны для сна.
* * *
Госпожа Аояги, утомлённая церемонией, немного отдохнув и отужинав, сменила кимоно на более лёгкое и направилась к сыну. Тот же, как обычно в последнее время, пребывал в вялом расположении духа.
– А это вы, матушка… – вяло заметил он. – Как прошла церемония?
– Прекрасно. Я выбрала для вас трёх девушек, причём одна из них – внучка Оды Нобунаги. Вы помните его?
Неожиданно Гендзи встрепенулся и проявил интерес.
– Да, конечно. Он служил отцу, помогал мне в трудные времена содержать ненасытную Китайскую гвардию! – воскликнул император. – И что эта девушка хороша собой?
– Очень хороша. Думаю, что она ко всему прочему ещё и умна. Вы можете увидеть её, если, конечно, пожелаете…
– Да, я желаю! Где же она? – император выказал нетерпение.
– В гостевых дворцовых покоях.
– Вы помните правила Гендзи? – уточнила госпожа Аояги.
– Да. Если девушка меня устраивает, как наложница, то секретарь уведомляет её родителей в письменной форме, после чего они покидают дворец.
