Темпл прихватила одеяло и отправилась на нос, оставив Люси и Панду одних.
Глава 16
Красными и фиолетовыми зонтами взорвались над ними первые фейерверки. Люси пристроила голову на спинке скамейки, идущей во всю ширину кормы. Панда последовал примеру Люси, и они стали молча наблюдать. На удивление, молчание получилось каким-то уютным.
– То, что ты сегодня сделал для Софи, настоящий подвиг, – наконец нарушила тишину Люси, глядя на потухающие россыпи огоньков.
Она почувствовала, что Панда пожимает плечами.
– Ты сама хорошо плаваешь. Не будь меня, вмешалась бы ты.
Ей понравилось, как уверенно он это заявил. Она взглянула на него и увидела трио серебристых комет, сверкавших в его глазах.
– Прибой был сильный. Наверняка я не смогла бы ее вытащить.
– Ты бы сделала то, что надо, – коротко бросил Панда и потом добавил: – Людям нужно лучше смотреть за детьми.
Резкий тон его казался неуместным.
– Дети такие шустрые, – заметила Люси. – Да любому родителю трудно следить за ними каждую секунду. – В тишине между взрывами позвякивали снасти, и в корпус яхты плескались волны. – Ты понимаешь детей. Меня это как-то удивило.
Он скрестил лодыжки. Фиолетовые пальмы рассыпались звездами, и развернулись оранжевые цветы.
– Работая копом, поневоле имеешь дело с детьми.
– Часто сталкивался с бандами?
– Банды. Беспризорники. Плохое обращение. Все, что душе угодно.
Во время работы Люси тоже сталкивалась со многими проблемными детьми, хотя и подозревала, что не так часто, как Панда. Она так привыкла смотреть на своего бывшего телохранителя, как на неизвестную форму жизни, что никогда бы не подумала, что у них может быть что-то общее.
– Софи не хотела тебя отпускать.
В темноте засверкала серебристая плакучая ива.
– Милая девчушка.
По вине ли ночи, фейерверков или того, что зашкаливали эмоции после событий, которые могли обернуться ужасной трагедией, только у Люси невольно вырвалось:
– Когда-нибудь ты станешь отличным отцом.
Короткий хриплый смешок.
– Этому не бывать.
– Ты передумаешь, когда встретишь правильную женщину. – Звучало слишком сентиментально, и на помощь пришла Гадюка: – Ты узнаешь ее, когда увидишь. Ухватишься за нее. Особо не выделываясь.
– Нет. – Он улыбнулся. – Одно из преимуществ современной науки.
– Что ты имеешь в виду?
– Вазeктомия. Дар медицины парням, вроде меня.
Канонада выстрелов взорвала воздух. Это так неправильно. Сегодня Люси видела Панду с детьми, наблюдала, как естественно он вел себя с ними. Не стоило бы ему предпринимать настолько безвозвратный шаг.
– Не думаешь ли ты, что слишком молод, чтобы принимать такие решения?
– Когда речь о детях, я столетний старец.
Она чересчур долго имела дело с защитой прав детей, чтобы не знать, с чем сталкиваются полицейские, и в полумраке Люси померещилось, что у него такой вид, словно его посетили привидения.
– Я видел слишком много трупов, – признался Панда. – Не только подростков, но и малышей – пятилеток, у которых еще не выпали молочные зубы. Пострадавших от взрывов, потерявших конечности. – Люси вскинула голову. – Я видел родителей в самый страшный день их жизни, – продолжил он, – и дал себе зарок, что никогда не пройду через такое. Самое лучшее решение, которое принял в жизни. Трудно делать свою работу, когда каждое утро просыпаешься в холодном поту.
– Ты видел самые худшие сценарии. А что насчет миллионов детей, которые прекрасно выросли?
– А что насчет тех, кто не вырос?
– В жизни ничего не гарантировано.
– Неправда. Чикнуть – тут, чикнуть – там. Вот вам и чертова отличная гарантия.
Небо расцветилось со взрывами, треском и шипением в великолепном финале, и разговор как-то закончился. Люси уважала людей, которые прекрасно понимали, что не смогут стать хорошими родителями, но чутье ей подсказывало, что Панда – не тот случай.
Натура Люси хотела вмешаться, но она понимала, что это ни к чему, и сурово напомнила себе, что большинство мужчин относятся к отцовству, как Панда. Можно даже зарубить себе на носу. Несмотря на то, что она бросила Теда, Люси все еще хотела выйти замуж и родить детей. Что, если она влюбится в человека, похожего на Панду, который не захочет стать отцом? Один из многих вопросов, с которыми не столкнулась бы, не сбеги она из техасской церкви.
Вернувшись с носа яхты, к ним присоединилась Темпл, и они отправились в обратное плаванье. Панда остался с яхтой, поэтому домой Люси и Темпл возвращались вместе.
– В фейерверках что-то есть, – заявила Королева–Дьяволица, когда они достигли вершины лестницы. – Навевают на меня какую-то грусть. Странно, правда?
– У всех по–разному. – Люси сама не чувствовала веселья, но фейерверки были тут ни при чем.
– Большинство людей испытывают счастье, глядя на фейерверк, но есть что-то гнетущее в зрелище, как быстро умирает вся эта красота. Словно, если мы не будем осторожны, подобное произойдет и с нами. Вот ты ярко сияешь на пике своей игры. А в следующую минуту – падаешь, и никто даже не вспомнит твое имя. Иногда поневоле задумываешься, а в чем смысл?
Дверь веранды со скрипом открылась. Через окна лился свет от висевшей в кухне поддельной лампы под Тиффани.
– У вас депрессия, потому что вы совсем оголодали. И между прочим… на мой взгляд, вы выглядите отлично.
– Мы обе знаем, что это неправда. – Темпл бросилась на одну из кушеток, которую Люси накрыла алым пляжным полотенцем. – Я выгляжу как хрюшка.
– Прекратите так говорить о себе.
– Говорю, что вижу.
Ветер опрокинул цветочный горшок, и Люси подошла к этажерке поправить его. Запах розмарина и лаванды всегда напоминал ей о Восточном саде Белого дома, но сегодня у Люси на уме было другое.
– Быть ранимой – это не грех. Вы говорили, что встретили кого-то, и у вас ничего не получилось. Большинство женщин в таких случаях впадают в панику.
– Думаете, я нашла утешение своему разбитому сердцу на дне коробки мороженого?
– Типичная ситуация.
– Кроме того, я сама порвала отношения, – горько заявила Темпл.
Люси взялась за лейку:
– Кто сказал, что от этого менее больно? Говорю по своему опыту.
Королева–Дьяволица слишком погрязла в своих горестях, чтобы признать несчастья Люси.
– Макс называет меня бесхарактерной. Вы можете поверить? Меня? Бесхарактерной? Макс такой человек… – Она изобразила в воздухе кавычки: – «Послушай, Темпл, мы можем это исправить». – У Темпл упали руки. – Неправда.
– Вы уверены?
