рук Марио стакан с красным вином. Тот сбегал за добавкой и принес вполне приличное шардоне. — За премию, естественно.
— Попробуем. Но море может измениться в любую минуту. Вообще странно, что оно такое.
— Почему?
— Небо свинцовое. Луна в пелене. Шторм будет.
Фил ушел на корму, чтобы остаться в одиночестве. Он переживал за Лиду. Она прислала прощальное письмо, значит, ей очень и очень плохо. Женщины все драматизируют, этого не стоит отрицать, но, если больной человек в панике, к этому нужно отнестись серьезно.
«Глупостей наделает! — сокрушенно подумал Фил. — Вместо того, чтобы отправиться в больницу. На лекарствах она еще несколько дней протянет, а там, глядишь, и вопрос решится!»
Донор еще не нашелся, но готовая принять Лиду клиника — да. И она в Сербии, а туда можно без визы.
— Ты чего такой хмурый? — услышал он голос Марио. — Неудачно съездил?
— Я не хочу говорить об этом, извини.
— Ладно.
Он не ушел, но замолчал. Уселся на палубу и стал играть пуговицей с пижамы Жени. Через какое-то время спросил:
— Откуда у тебя это?
— Я достал пуговицу с морского дна.
— Я знал, что душу Джинни забрало море, — блаженно улыбнулся Марио. — А не небо, как говорили.
— Кто говорил?
— Не знаю точно. Просто слышал чей-то разговор, и эти люди говорили, что на теле покойной были белые перья. Как будто ангелы спустились за ней и забрали на небо…
Естественно, то были перья альбатросов. Этих птиц полным-полно во всех приморских городах, они огромные, наглые, крикливые и любят посиживать на крышах заброшенных домов — там их никто не беспокоит.
— Хочешь еще выпить? — Марио протянул собеседнику бутылку. — В меня пока не лезет.
Но не лезло и в Фила.
— Что-то меня укачало, — пробормотал он.
— Ты просто устал. Поспи.
Фил прислушался к дельному совету и лег прямо на палубе, положив под голову спасательный круг вместо подушки. Думал подремать только, уснуть не надеялся — качало, но сам не заметил, как отключился.
Его разбудил Марио и указал на берег.
— Успели! — сказал он, после чего велел глянуть в противоположном направлении. А там черным-черно. — Шторм вот-вот начнется!
Фил расплатился с мужиками на пирсе. Марио не хотел брать деньги, но он все равно сунул их ему. Немного, потому что наличка кончилась, но хоть столько. Бакинец не может не отблагодарить за помощь, таков неписаный закон. Распрощались, разошлись.
Открыв машину, Фил сразу достал из багажника ноутбук. Нужно понять, где сейчас Лида. Он еще вчера оставил в ее сумочке маячок. Сунул в потайной кармашек, к которому была пристегнута божья коровка. Если Лида на вилле, он отправит туда «скорую», а затем сам рванет в Сан-Джиминьяно…
Но его ждал сюрприз! Маячок показывал другое местоположение. Город — Марина-ди-Пиза. Улица… Та, где расположен дом Евгении. Она там? В ее квартире? Фил увеличил карту, но не смог ничего рассмотреть: интернет начал тормозить. Быть может, из-за погоды, она стремительно менялась.
Плюхнувшись на водительское сиденье, Фил завел мотор и тронулся в строну дикого пляжа. Путь на машине занял девять минут. Сигнал лучше не стал. Но сама точка горела ярко, значит, Лида все там же. Припарковавшись у насыпи, Фил вышел из авто. Дом Жени находился в двадцати метрах. Все его окна были темны. Фил оставил компьютер в салоне и хлопнул дверью машины, чтобы ее закрыть. Получилось громко.
— Мадонна миа!
Голос женский, визгливый. И доносился он из дома Жени.
Фил начал шарить глазами по окнам, пока не увидел…
Клетку! В ней сидела взъерошенная птица. Она была недовольна тем, что ее разбудили. Так вот кто кричал в ночь убийства! Попугаиха Лаура. Это она спугнула Валерия. Разбуженная выстрелом, она издала испуганный вопль: «Мадонна миа!» Птица, а не женщина, и тем более не вдовец Лауренцио.
Стоп!
Разве сосед Жени не приехал в Марина-ди-Пиза на следующий день?
В голове Фила мысли завертелись, как палые листья, подхваченные смерчем. Он именно так это себе представлял. Чтобы лучше думать, он рисовал перед внутренним взором картинки. Обычно мультяшки.
Вспомнился сам Джузеппе. Таким, каким предстал перед Филом в ночь обнаружения тела Жени. Халат поверх уличной одежды, тапочки, шелковый платок в кармане…
Синий с золотым. Расцветка, обожаемая Джинни Россини, роковой женщиной, появившейся на голубом кабриолете в Марине. У Марио пропали ее вещи как раз этого периода. Среди них был и носовой платок.
Выходит, Джузеппе тоже болен джинниманией?
Громыхнуло! Потревоженная птица возопила: «Мадонна миа!» У нее в запасе только два слова? Или их больше, но эти она использует, когда пугается?
Если бы хозяин был дома, то занес бы Лауру в дом. Но она так и сидит, бедолага, одна на балконе. А Лида где-то поблизости…
Фил мигом сорвался с места. Перемахнув через насыпь, он бросился к недостроенной хижине. Засунув руки между камнями, нащупал рукоятку пистолета. Хорошо, что он еще тут, пригодится! Достав вальтер и сунув его в карман, он направился туда, где, как ему думалось, он найдет и Лиду, и Джузеппе.
Главное — успеть вовремя!
* * *
На нем была простая хлопковая пижама со штанишками на резинке и майкой с рукавами. Если б не лампасы и погончики, можно было бы подумать, что он в нательном белье. Штанишки длинноваты, майка узковата, она натянута на пузике, и через материал выпирает пупок. На ногах стоптанные плюшевые тапки. При всем при этом шею обвивает шикарный шелковый шарф. Синий с золотым.
Вид на первый взгляд комичный, но если присмотреться…
Без всегдашней улыбки лицо Джузеппе оказалось мрачным, напряженным, неприятным. Пухлые щеки не умиляли, опущенные уголки глаз не придавали взгляду мечтательности, а делали его угрюмым, короткая верхняя губа не закрывала передних зубов, и рот напоминал крысиный. Перед Лидой стоял как будто совершенно другой человек. Уже не забавный, а настораживающий…
Как злобный клоун из ужастика!
Но тут Джузеппе улыбнулся, и чары рассеялись.
— Лиде, это ты! — всплеснул толстыми ручками славный кондитер. — А я думал, любопытные подростки забрались, чтобы на место преступления поглазеть! — Он сделал шаг и остановился у пролома в крыше. — Как бы не свалиться отсюда в темноте.
— Тебе лучше сюда не ходить, — сказала Лида. Она чувствовала исходящую от Джузеппе опасность, но пока не понимала, что ее пугает. Возможно, это из-за морфина, он притупил сознание. — Крыша не выдержит двоих.
— Вас с Джинни выдерживала. Я видел вас тут несколько раз. Вы сидели спина к спине и смотрели по очереди то на море, то на город.
Крыша на самом деле была крепкой,
