Заведующая несколько удивилась. Ей хотелось спросить, а о чем они думали раньше, но она не решилась. Если бы это были безалаберные юнцы, она бы не преминула им на это указать. Но перед ней стояла зрелая, солидная пара, причем женщина, явно недовольная принуждением, с возмущением посматривала на спутника, но именно это и решило вопрос в пользу Николая Ивановича.
– Хорошо, пишите заявление и приходите в пятницу на следующей неделе, время узнаете у дежурного специалиста.
Выйдя из здания, Наталья Владимировна сердито обратилась к жениху:
– И для чего было выставляться на посмешище? Эта девица у входа на меня так смотрела!
Николай Иванович, радужное настроение которого невозможно было поколебать подобной мелочью, философски ответил:
– Просто мы ей очень понравились.
Раздосадованная невеста быстро прошла к машине, раздумывая, всегда ли теперь будет так – ее слова будут звучать не взвешенно и уверенно, а капризно, как из уст балованной девчонки, и им, естественно, никто не будет придавать нужного значения?
О грядущем бракосочетании необходимо было сообщить дочери, иначе было бы просто неприлично. Наталья Владимировна промаялась до четверга, и лишь в обед, сообразив, что Саше придется отпрашиваться на работе, решилась позвонить. Разговор был до неприличия краток:
– Саша, ты не могла бы завтра к двум часам подойти к Ленинскому ЗАГСу? Понимаешь, мы с Николаем Ивановичем решили зарегистрироваться. – Не ожидая реакции онемевшей дочери, быстренько закончила: – Приходи, мы будем очень рады! – И положила трубку, тяжко отдуваясь, будто пробежав полноценную марафонскую дистанцию.
Сообщать такую новость коллегам не стала – не хотелось поздравлений и каверзных расспросов. Потом и сами всё узнают.
На следующий день в полвторого они стояли в ЗАГСе, ожидая своей очереди у дверей небольшого зала. Рядом с брачующимися стояла принарядившаяся Саша с цветами в руках. Вид у нее был несколько обалдевший, впрочем, невеста была ей под стать.
Хотя на Наталье Владимировне был очень симпатичный и явно дорогой костюм из тонкого джерси цвета утреннего весеннего неба, который очень подходил к ее глазам, делая их еще ярче, выражение лица у нее было как после хорошей пирушки, когда не особо понимаешь, что творится вокруг.
Зато жених просто светился от удовольствия. Евгений Георгиевич, обряженный в строгий черный костюм, вполне соответствующий исполняемой им сегодня роли шафера, насмешливо покосился на друга и прошептал, наклонившись к самому уху, чтобы не слышали дамы:
– Что, история повторяется?
Тот, недовольно хмыкнув, возразил:
– А что, разве цель и в этот раз у нас была одна? А как же Лариса?
Евгений Георгиевич хмуро усмехнулся и принял вид торжественный и строгий, как и подобает добронравному свидетелю.
Ровно в два их пригласили в кабинет и нарядная дама, постоянно сбиваясь с патетического тона, быстренько провела процедуру, уверенная, что для немолодой пары это далеко не первый визит в их учреждение.
Наталья, впервые выступающая в роли невесты, была несколько разочарована заурядностью процедуры, но никак свое недовольство не показала. Пригубив бокал шампанского, подумала, что перед ней стоит еще одна непростая задача – сообщить дочери, что у той скоро появится брат или сестра, а то и оба вместе.
Почувствовав, что на данном этапе это ей явно не по силам, отложила попытку на неопределенное время. Потом видно будет. Это ни к чему не обязывающее словосочетание частенько выручало ее из жизненных передряг.
После окончания регистрации гордый новобрачный пригласил всех в ресторан, но Евгений Георгиевич отказался, сославшись на неотложные дела на заводе. Хлопнув друга по плечу, разрешил:
– Тебя, как молодожена, на сегодня от них освобождаю. Кстати, обязательно расскажу коллегам о твоей женитьбе. Так что в понедельник готовься принимать поздравления.
Николай Иванович, которому всё было нипочем, лишь широко улыбнулся в ответ на это предупреждение. Евгений Георгиевич поцеловал на прощание дамам ручки и уехал, скрывая озабоченную физиономию. Оставшиеся пошли в ресторан, где и просидели до шести часов.
Саша, несколько удивленная тем, что мать только пригубила шампанское, нервно спросила у нее, не больна ли она, но получила успокоительный ответ:
– Просто боюсь, как бы не заболела печень.
Саша успокоилась и ушла ровно в шесть: ей нужно было бежать за дочкой в садик. Молодожены посидели еще немного и тоже отправились восвояси. На улице было так хорошо, что Наталья остановила усердно ловящего такси мужа:
– Давай пройдемся, погода сегодня замечательная.
Немного подвыпивший Николай посмотрел вокруг. Он ничего замечательного не увидел, по его мнению, было слишком грязно и сыро, как всегда в начале весны, но возражать не стал. Гулять так гулять, тем более ей это полезно.
Он плоховато знал, что должна делать дама в положении, но по опыту предыдущего брака, от которого у него остался уже выросший сын, помнил, что гулять нужно довольно много. Заниматься этим скучным занятием он не любил, но его полезность признавал.
Глубоко вдыхая свежий весенний воздух, Наталья шла под руку с мужем по главной улице, любуясь нарядными витринами магазинов. Задержавшись около симпатичного летнего платья, по привычке чуть слышно вздохнула, увидев ценник.
Муж тут же предложил:
– Давай зайдем и купим, если хочешь.
Наталья Владимировна только тут осознала, что получила восхитительную возможность покупать всё, что хочется, без оглядки на стоимость. Сделав нерешительный шаг в сторону входа, неожиданно услышала громкий оклик. Повернула голову и вздрогнула – навстречу им шли кумушки из школы.
Надеясь, что Николай будет вести себя достаточно скромно, она не стала скрываться, а спокойно пошла им навстречу, напрочь забыв о важной улике – кольцах, сияющих на безымянных пальцах.
Ольга Павловна, первая заметившая кольцо, громко воскликнула:
– Вы что, замуж вышли, Наталья Владимировна?
Посмотрев на выдавшее ее украшение, та обреченно кивнула головой. Отпираться было бессмысленно.
– Ой, а почему вы нам ничего не сказали? Мы бы вас поздравили!
Подавив желание сказать, что именно поэтому она им ничего и не говорила, Наталья Владимировна скромно объяснила:
– Не хотела шумихи, только и всего.
Сослуживица восторженно продолжила, сверкая глазами. Еще бы – это так романтично: одинокая женщина средних лет наконец-то нашла свое счастье!
– Но мы вас в понедельник всё равно поздравим, обязательно! – и, на радостях облобызав молодоженов, они умчались, спеша сообщить потрясающую новость остальным.
